В сердце Африки

Экли Карл

Б большинстве популярных книг и учебников говорит !я, будто гориллы живут большею частью на деревьях. Эго утверж щние совершенно правильно до-отношению к шимпанзе, но никак, но по отношению к гориллам. Порою мне казалось правильным предположение, что горилла покончила с фазой обитания на деревьях и стоит на грани высшей фазы — передвижения па двух ногах при вертикальном положении тела, — ибо она единственное животное, которое может в этом отношении подражать человеку. Чтобы держаться вертикально, не теряя равновесия, необходимо обладать пяткой. Гипсовый слепок ноги отчетливо подтверждает факт, которым естествознание располагало уже раньше, что у гориллы эта пятка существует. Ученые Ныо-Порка, исследовавшие труп умершей гориллы Джон Даниэль, установили, что горилла обладает

всеми мускулами ноги, дающими возможность человеку вертикально пости св-ое тело. Гориллы, которых я видел в Африке, касались во время бега земли и руками и ногами, но основная масса тела поддерживалась ногами. У гориллы длинные руки, пеги ее укорочены, тело наклонено вперед на сорок пять градусов. Но, опираясь руками об землю, она не етавиг их ладонями вниз, что давало бы ей возможность удерживать на руках все тело. Пдгеяно эта черта и кажется мне признаком перехода от четвероногого к двуногому. Если бы гориллы жили пройму щоствеяно на деревьях, у них не образовалась бы пятка и не развились бы ножные мускулы так, как они развиты у животных, свободам) передвигающихся по земле.

Горилла обладает развитым большим пальцем, который тоже сближает ее скорее с человеком, чем с животными. Казалось бы, этот факт не имеет большого значения. Однако, большой торчащий в сторону палец

на ноге, так же как и на руке, дает возможность цепляться за ветви и помогает при лазании. Большой же палец hoi а, растущий параллельно другим пальцам, служит при ходьбе, но бесполезен при лазании.

Само собой разумеется, горилла не утратила признаков, характеризующих ее как животное лазающее. Длина руки, широкая кисть и сила хватки унаследованы ею от . азающих предков. Но я не могу не указать, что мне пришлось только однажды за время юхоты наблюдать гориллу на дереве — в тот раз, когда я фильмовал самку и двух детенышей. Каждый не слишком неуклюжий человек прошелся бы по наклонному дереву с неменьшой легкостью, чем заснятые мною гориллы.

Немецкий путешественник Эдуард Рейхенов, наблюдавший за гориллами в тех же областях, где и я, подтверждает, что они лишь изредка заоираются иа деревья:

«При переходах на новые места оба вида обезьян (гориллы и шимпанзе) передвигаются по земле, но вообще гориллу приходится наблюдать на дереве гораздо реже, чем шимпанзе. Если горилла в поисках пищи взбирается на дерево, она затем спускается с пего. При преследованиях гориллы яе могут переека-I нвать с дерева па дерево, как это делают шимпанзе».

Рука гориллы так же своеобразна, как и пога. II ногтями и другими деталями она напоминает человеческую руку. Поддерживая яа ходу свое тело руками, горилла упирается в землю суставами, а не ладонью. Вытягивая руки, она сжимает пальцы в кулак, это тоже ее характерная особенность. Она может разжать ладонь, лишь согнув руку в сочленении. Я пробовал вкладывать палку в мумифицированную руку детеныша гориллы. Пальцы этой мертвой руки так 160

11 В сердце Африки.

Гипсовые слепки рук и ног гориллы. Слева —рука и нога самки, справа—сжатый кулак самца.

крепко смыкались вокруг палки, что я поднимал па пей с земли гориллу. По-моему, это наследие той эпохи, когда горилла жила на деревьях; несмотря на позднейшее развитие пягки, мускулов и пальцев, горилла полностью сохранила его. Однако, в быгу своем, по моим наблюдениям, горилла Центральной Африки почти совсем. позабыла навыки этк й прежней эпохи. О гориллах, водящихся в низменностях западного побережья, я ничего не могу сказать. Хотя, согласно рассказам Дю-Шайю, они устраивают гнезда на деревьях и не взбираются на них в поисках пшци.

В некоторых естественно-научных книгах говорится, будто гориллы сплетают себе род гамака из вьющихся растений и, растянув его между ветвями, спят в нем. По-моему, здесь произошел подмен навыков гориллы навыками шимпанзе. Шимпанзе не обладает достаточными силами, чтобы отбиться от хищных животных, поэтому ему приходится устраивать логово вне

пределов их досягаемости. У гориллы же нет врагов в животном мире. Среди хищников, водящихся бок-о-бок с гориллою, нет опасных для нее крупных пород. Сама же она остается вегетарианкой. Горилла живет в мире со слонами, буйволами и другими дикими соседями. Возле горы Микено туземцы совершенно спокойно пасут скот в лесах, населенных гориллами. Не имея врагов, горилла не нуждается и в особо скрытом или особо устроенном логове. Горилла, сколько мне пришлось наблюдать, устраивает себе постель из листьев. Она собирает с земли полную их охапку, широко растопырив длинные руки и пе сходя с места. Пег оснований думать, чтобы горилла несколько роз пользовалась такой наскоро устроенной постелью. Горилла ‘не строит жилища, не кутается от холода и не пользуется никакими орудиями. В смысле умственного развития го-102 piijuia еще не подошла к порогу сознательной жизни, но некоторые естествоиспыта ели утверждают, что развитие нёба я соответствующих мускулов могло бы дать горилле физическую возможность выработки членораздельной речи. Но определить, насколько близка или оггдалеяна зга возможность пользования речью для современной нам разновидности гориллы, конечно, абсолютам невозможно.

Исследованием мозга Джона Даниэля было установлено, что обладатель его находится в стадии развития двухлетнего ребенка'. Если бы гориллу с ее мозгом, напоминающим мозг ребенка, можно было бы научить управлять голосом, хотя бы как это делают попугаи, то мы бы весьма приблизились к недостающему современному нам «промежуточному звену». Конечно, это не случится в действительности, да и не нужно, чтобы случилось. Исследуя мозг, мускулы и привычки гориллы, паука, даже помимо предполагаемой способности пользования речью, приобретает на этом материале большое количество важных для эволюционной теория данных.

Из факта наличности у гориллы нёба, схожего с человеческим, нельзя делать непосредственного вывода, будто горилла во что бы то ни стало достигнет высшей фазы развития — фазы пользования членораздельной речью. У гориллы на шее имеются особого рода мешки, которые надуваются, когда она ревет. Замечательно, что у человека можно установить признаки того же органа, хотя с течением времени он почти сошел напет. Похоже на то, что если: горилла никогда не выучится говорить по-человечески, то человек в давно минувшие времена ревел, подобно горилле²⁷.

Человек отличается от большинства животных богатством вариантов, отличающих одну человеческую особь 11* 1вз

от другой. Так, измерения полдюжины: львиных черепных коробок дадут более однообразные результаты, чем измерения полдюжины человеческих черешшх коробок.

Посмертные маски пяти горилл.

Горилла в этом отношении напоминает человека²⁸. Черепа разных горилл значительно отличаются друг от друга. Если сравнить между собою гипсовые маски, снятые с убитых горилл! возле Микено и возле Кари-симба, то они, по чертам и по выражению лица, легко 164

распадутся на две группы, по мосту их нахождения. Я не стану строить догадок, чем обусловлено это сходство м жду гориллами, происходящими из одной местности: географическими данными или происхождением от одного предка. Мне не приходилось наблюдать горилл-детенышей, но путешественник и, побывавшие в-тех же краях, сос ощают о них много интересного. Рей-хенов говорит:

«Мне удалось добыть маленькую гориллу, всего нескольких дней от роду. Она весила два килограмма, то есть меньше, чем новорожденный ребенок. Шерсти на ней почти не было. Только на макушке торчала .прядь коричневых волос. Это сочетание безволосого тела и пряди на голове придавало маленькой обезьянке вид человеческого детеныша. Гориллу стала кормить, грудыо одна из туземок, я она прекрасно развивалась. Несомненно, матъ-гортыга должна была проявлять величайшую заботливость и нежность по отношению к своему детенышу—он был! совершенно беспомощен».