В самое сердце
Шрифт:
– Стоп! – выделенная для меня горничная оказалась ужасной тараторкой, но при этом споро распаковывала чемоданы, и среди вещей, которые она вывешивала в шкаф, я заметила подходящее платье. – Эээ, как тебя зовут?
– Инга.
– Инга, голубое платье отлично подойдет для представления лорду Рафту.
– Это? – девушка удивленно повертела в руках мое платье. – Леди, ну вы же не спать собираетесь. Светлейший князь не в спальне, а в кабинете гостей принимает… Ну что вы, в самом деле.
Я даже онемела от неожиданности. Хотела было прикрикнуть, но Инга была настолько простодушной в своей наглости, так искренне
– Инга, именно это платье я надену. Вы понимаете, в столице не принято носить яркие цвета, это считается дурным тоном.
– Да? – Инга посмотрела на свое форменное платье грязно-зеленого цвета и призадумалась.
– Да, приведите его в порядок, пожалуйста. Князь ждет, не стоит его разочаровывать ожиданием. И скажите, почему все называют чиновника, которого ожидал князь, дрыщ столичный?
Девушка смутилась.
– Мы всех гостей из столицы так называем. Простите, леди, это не со зла. Просто князь один раз сильно уж злой был, ляпнул сгоряча, так и повелось. Я больше не буду…
Инга свое дело знала, и через двадцать минут я уже была одета, так еще и новую прическу получила. Самостоятельно я тоже могла соорудить простую конструкцию из собственных волос, но потратила бы на это гораздо больше времени и нервов. Я покрутилась перед зеркалом, но увиденным осталась недовольна – отдохнуть не успела, потому имела бледный вид, а на фоне светлого платья и вовсе выглядела как поганка. Покосилась на Ингу – горничная тоже взирала на меня с сомнением, но переодеваться времени не было.
– Ну что ж, – я вздохнула, отвернулась от зеркала и упрямо вздернула подбородок. – Я готова.
Инга открыла рот, чтобы выразить свое недоумение, но все-таки промолчала. Надеюсь, вспомнила о том, что я леди, и решила вести себя соответственно моему статусу.
– А где леди Ростби? – вспомнила я, когда мы уже шли по коридору. Инга остановилась.
– Вам обязательно нужно предстать перед князем вместе?
– Конечно, она же моя компаньонка.
– Такая шумная леди… Я сейчас узнаю, как скоро она будет готова, и вернусь.
Инга вернулась к нашим с леди Ростби комнатам, а я воспользовалась секундной заминкой, чтобы рассмотреть коридор. Ранее мне удалось побывать лишь в малом императорском дворце, и то его роскошь меня поразила, но княжеский дворец в Гельсинорсе был намного красивее. Даже в коридоре, где располагались отнюдь не парадные комнаты, царила идеальная чистота, белоснежные стены радовали глаз позолоченой лепниной, а в натертом паркете я отражалась как в зеркале. Я уже молчу о скульптурах и картинах в нишах.
В ожидании Инги и леди Ростби я шла вперед по пустому коридору, как вдруг откуда ни возьмись передо мной выскочил маленький пухлый мужичонка с мелкими ручками, пальчики на которых безостановочно шевелились.
– Леди из столицы? – визгливо спросил он. Я ошарашенно кивнула.
– Отлично! Быстрее, вас уже ждут.
Он схватил меня за руку и с неожиданной силой потащил вперед, а затем по ступеням лестницы вниз.
– Я так рад, что вас встретил! Его Светлость злится, сказал, что, если вы не придете сию минуту, он расп… эээ, плохо будет и вам, и мне.
Я, занятая тем, чтобы не свернуть шею на крутых ступенях, даже слово не успевала вставить в быстрые речи мужчины,
– И сказал же этим негодяйкам привести вас поскорее, и где их рашнарах носит? Ни одеть, ни обуть леди не могут. У князя день рождения, а он злой как сотня сергов. Они точно меня под меч подвести хотят, точно не доживу до старости. Так и сказал: Орфин, если сейчас этого дрыща не увижу, пришибу.
Из всего потока несвязанных слов я вынесла главное: князь зол, в гневе может и разрубить неудачника, попавшего под горячую руку, мечом, а я к нему спешу не совсем с радостными вещами. Да еще и леди Ростби, у которой есть доказательство моего законного притязания на статус княжеской жены, что-то следом не спешит. Точно, злая баба узнала, что есть риск после аудиенции у князя не выжить, и засела в своей комнате.
После таких размышлений идти к князю что-то совсем перехотелось, но спастись мне не дали. Камергер резко остановился перед двустворчатыми высокими дверями и спокойно, будто и не было этого марафона, от которого я запыхалась, вопросил:
– Как вас представить?
– Мисс Оливия Росс…
Не дав мне даже отдышаться, камергер натянул на лицо широкую улыбку и распахнул двери.
– Светлейший князь Заритовский, позвольте представить вам…
– Орфин, позволяю, давай быстрее, – донесся из кабинета усталый и вместе с тем раздраженный голос. Я почувствовала, как от волнения вспотели ладони, и с трудом удержалась от того, чтобы вытереть их об юбку.
– Мисс Оливия Росс, прибыла из столицы. Хочет выразить вам свое почтение.
Я шагнула вперед вслед за камергером, замершим недалеко от порога, и присела в реверансе. Голову не поднимала, но даже макушкой ощущала на себе удивленные взгляды, а тишина в кабинете казалась такой густой, что ее можно было на тарелки накладывать.
– Орфин, я же сказал чиновника привести.
Я осторожно подняла глаза, рассматривая, где же оказалась. Камергер привел меня в небольшой зал, вдоль стен которого выстроились столы с работающими за ними секретарями. Всего их оказалось четыре человека – они с удивлением взирали на меня и даже рты приоткрыли. Я подняла голову и обнаружила того, кого так опасался камергер. Князь оказался высоким и широкоплечим, как все южане, да еще и с презрительным взглядом черных глаз, которым он едва мазнул по моему лицу, и тут же все свое внимание подарил дрожащему Орфину.
– Это чиновник, ваша светлость, – звонко сказал камергер.
– Женщина?!
– Именно она прибыла на корабле из столицы, и ее привез Алазель.
О том, что я была не одна, Орфин не мог не знать, так что, скорее всего, просто промолчал, чтобы не навлечь на себя гнев князя. Я же рассматривала своего будущего мужа и не могу сказать, что не была разочарована.
Внешность была яркая, как все в этом Гельсинорсе: черные волосы, темные глаза, хищные черты лица, и как раз это мне не понравилось. Не сказать, что я была ценителем мужской красоты, но мне всегда хотелось мужа, похожего внешностью на Александра. В детстве мой старший брат был настоящим ангелом со светлыми кудрями и ямочками на щеках, да и когда вырос, пленял всех своей мягкой приятной внешностью, внушающей доверие. Жаль, что именно из-за ямочек на щеках ему и давали все эти деньги в долг, семья наша потеряла имение, а я оказалась здесь.