В путах времени
Шрифт:
Лицо светловолосого побледнело, пальцы правой руки судорожно сжали рукоять кинжала, болтавшегося на поясе. Однако, заметив вокруг себя насмешливые и угрожающие лица солдат Кальта, светловолосый вздрогнул, горделиво выпрямился и разжал пальцы.
– Мое имя Рес, - делая изрядное усилие, чтобы хоть внешне выглядеть спокойным, произнес он.
– Я тоже из славного рода Коргов. Клянусь, когда-нибудь ты, Клай Кальт, ответишь за эти оскорбления!
– с этими словами посланец от Корга повернулся, подошел к своему коню и, вскочив в седло, яростно
Кальт весело и совсем беззлобно расхохотался, наблюдая, как поспешно удаляется отряд посланцев Корга.
Когда пыль от копыт лошадей осела, он повернулся к Гори и, подмигнув ему, сказал:
– Какой сердитый мальчик! Ему не хватает выдержки!
– Повелитель, зачем вы позволили им уехать?
– спросил Бара.
– Надо было проучить наглеца!
– А...
– махнул рукой Кальт.
– Полно! Я не воюю с младенцами. Есть дела поважнее! Готовьте лошадей и амуницию. Пусть люди сегодня хорошенько отдохнут, выспятся. Выступаем завтра на рассвете.
Почтительно пожелав своему полководцу, а теперь и новому императору, лучших снов, офицеры и придворные разошлись по своим палаткам и шатрам.
В лагере ронгов еще долго в этот вечер царила суматоха. Интенданты раздавали продукты и стрелы. Заранее грузилось на повозки необходимое в походе снаряжение.
Не сразу уснул и сам Клай Кальт. Оставшись в своем шатре один, он долго изучал по картам предстоящий путь. Кружил по шатру, кусая губы от возбуждения. Наконец он поманил к себе пальцем молчаливо наблюдавшего за ним Джеби.
– Позови нашего нового друга.
Великан поклонился и вышел из шатра. Вернулся он спустя некоторое время в сопровождении человека в черном, как сама южная пасмурная ночь, плаще. Откинув капюшон, вошедший внимательно огляделся по сторонам, точно опасаясь угодить в ловушку, затем, видимо, успокоился и, низко склонив седую голову, опустился перед Кальтом на колени.
– Мой император, я приехал, чтобы служить тебе, как служил долгие годы моему старому доброму господину.
– О! Я вижу, ко мне в шатер начинается паломничество верных слуг моего умершего тестя. Да, Великий Фишу умел выбирать себе сподвижников, разбирался в человеческом материале. Плохих слуг не держал... Встань, Лепал, и садись, - Клай указал рукой на скамью перед собой.
– Я вспоминал эти дни о тебе, гадал, придет ко мне старый хитрец или предпочтет служить другому господину.
Лепал осторожно опустился на скамью, расправил плащ и, наклонив голову вперед, посмотрел в глаза Клаю.
– Повелитель, я две недели пробирался из южных провинций сюда, в твой лагерь. Наша встреча должна быть тайной. Так будет лучше... Старый Лепал многое знает, он еще не совсем потерял нюх и принесет пользу своему молодому господину.
– Да будет так, - улыбнулся Клай.
– Ты сказал, что приехал, чтобы служить мне, как служил моему тестю? Похвально, но мне ты будешь служить лучше. Я не люблю, когда мои поручения выполняют плохо или не совсем точно. Ты понимаешь, конечно,
Лепал опустил глаза, его длинные, цепкие руки зарылись в черный мех плаща.
– Дело принца Крома, - прошептал он.
– Да, мне еще долго в вину будут ставить смерть наследника. Клянусь, я честно выполнял приказ императора. Не моя вина, что принц оказался глупее, чем ему следовало быть! Бежать с острова ночью, при сильном волнении, в жалкой лодчонке... На такое мог решиться только безумец... Впрочем, разве эта смерть так огорчает моего нового господина? Разве не этот роковой случай с опальным принцем привел Клая из рода Кальтов к золотому трону императора Кароса? Скоро... Скоро ты, Клай Кальт, будешь править всей Великой Империей! Чутье не обманывает Лепала...
– Чутье - это хорошо. А роковой случай можно было ведь и организовать, если смерть принца была кому-то необходима, не так ли? Не беда, что Кром оказался глупее, чем ты о нем думал. Я опасаюсь, не оказался ли ты, Лепал, умнее, чем о тебе думал старый Фишу. Ведь могло быть и такое?
– Оправдываться всегда трудно, - после некоторого молчания выдавил из себя Лепал.
– Ни один из живущих не посмеет упрекнуть меня в том, что я когда-либо предавал интересы государства ронгов! Клянусь!
– рука Лепала легла на рукоять меча, лежавшего на столе перед полководцем.
– Успокойся, старина, - сказал Клай, похлопав по плечу начальника тайной стражи.
– Ты прав, государственными интересами можно оправдать очень многое. Я верю, ты не способен предать интересы Империи. Расследовать обстоятельства смерти принца, как ты догадываешься, мне сейчас некогда, да и не в моих это интересах. Чем быстрее забудут эту историю, тем лучше. Поговорим о другом. Положение в стране тебе, надо полагать, известно лучше, чем кому-нибудь другому?
Лепал молчаливо кивнул, уродливая улыбка мелькнула на его лице и угасла.
– В столице твоих людей, конечно, хватает? Со временем они нам понадобятся, а есть ли у тебя надежные слуги в лагере Пирона? Сейчас все будет решаться там, на южном побережье!
– Среди людей маршала есть тайные гвардейцы, - успокоительно заметил Лепал.
– Какую задачу, повелитель, вы поставите перед ними?
– Меня интересуют возможные договоренности, хотя это и маловероятно, между Пироном и Коргом, а также связи маршала Пирона с царем Харотии.
Лепал вздрогнул.
– Повелитель, вы подозреваете маршала в предательстве дела ронгов?
– Там, где пахнет захватом власти и троном, подозревать можно все что угодно! Маршал не невинный младенец, он способен на многое.
– Повелитель, у вас уже есть конкретные доказательства измены?
– Нет, конечно!
– довольно резко ответил Клай.
– Зачем бы я просил тебя их поискать, если бы они у меня были? Это просто мои предположения, прикидки. Так сказать, наименее вероятное, но наиболее неприятное, что может придумать маршал Пирон в борьбе за власть в Ронгской империи.