В постели с врагом

Алая Аля

Но вдруг чувствую его губы на своих, дрожащие и горячие. Филипп крепко прижимает меня к себе и не дает упасть:

— Ненавижу, а убить не могу, — хрипит он мне в рот, — пробралась в самое сердце, сука!

Делает со мной шаг вперед и садится на ступеньку в бассейне, его джинсы намокают. Руку уже шарят по мне снимая верх купальника и развязывая тесемки на трусиках. Притягивает к себе на колени расстегивая мокрые штаны и сажая на себя.

— Сука, какая ж ты сука, — он бешено толкается в меня и больно до крови целует в губы, — ненавижу.

Во

мне всё смешалось в дикий коктейль — злость, боль, алкоголь, скачек адреналина. Я со всей дури ударяю его ладонью по щеке и на этом месте появляется красные полоски от моих ногтей, вцепляюсь в воротник его майки и крепко прижимаюсь, двигаюсь с ним в бешеном темпе до разрядки к которой мы приходим одновременно и замираем. Разрядка не приносит удовольствия, только опустошение.

Я слажу с него и лажусь на ступеньки рядом давая воде остудить мое горящее тело.

Филипп лежит рядом и не шевелится.

— Как ты узнал? — спрашиваю я тихо.

— Пробил твои пальцы, — усмехается он, — хотел узнать о тебе больше, ты же ничего не рассказывала, Марго.

Он называет меня моим настоящим именем и меня будто царапает изнутри.

— Не надо, лучше Кира.

— И что ты думаешь делать, Кира?

— Я просто хочу домой, — я встала и сделала пару шагов вперед погружаясь в воду, — отпусти меня, Филипп.

— Алекс знает твое настоящее имя, на всех границах ориентировки и копия паспорта. Если ты попробуешь выехать — тебя сразу остановят, — выдыхает Филипп.

Я закрываю глаза и сжимаю зубы:

— Помоги мне, — я оборачиваюсь и смотрю на него из за спины.

— Убийце брата? — горько усмехается он.

— Богдан уже заплатил за его смерть, — я отворачиваюсь. — Твой брат не был хорошим человеком, Филипп, он получил то что заслужил. Знаешь, люди которые помогали мне ненавидели его. Это как надо жить в собственной стране, чтобы окружающие сочувствовали и помогали виновному в твоей смерти, а?

— Расскажи как было, — Филипп пропустил мои слова мимо ушей.

— Фабио потащил меня из клуба к себе в машину, он собирался меня изнасиловать. Богдан просто защищал. Он ударил, но твой брат не отступился, сказал что убьет его, а я отправлюсь в бордель. Богдан не удержался и ударил еще раз, а Фабио неудачно упал головой на камень. Это был несчастный случай, — я закрыла лицо руками, — и теперь моего любимого больше нет, потому что твой брат любит трахать чужих женщин и молоденьких девочек в округе. Мне местные все рассказали. Фабио — насильник малолетних девочек, — я поворачиваюсь к Филиппу, — Ты знал?

Он отворачивается:

— Я не знал подробностей, Фабио всегда скрывал свои делишки, — он устало садится и зачерпывает воду чтобы остудить свое лицо, — Мы не особенно общались, та встреча была первой за несколько месяцев. У нас была общая сделка и мы отмечали.

— Вы не похожи, — зачем-то говорю я.

— У нас всех разные матери, — отвечает Филипп, — я сделаю тебе новые документы.

—

Отпустишь? — тихо спрашиваю я и провожу руками по глади воды.

— Да, — он подходит и целует меня в шею, — тебе нужно уезжать, Алекс хитрый и умный, он тебя найдет. И уж он точно не пожалеет. — Филипп обнимает меня руками и прижимается всем телом. — Я смотрел на тебя в клубе и так завидовал твоему парню, хотел оказаться на его месте, — тихо говорит он.

— Вот и оказался, нравится? — мрачно спрашиваю я.

Не зря говорят — бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться.

Глава 24

Я лежала на груди Филиппа и медленно водила по ней подушечками пальцев. С тех пор как он узнал кто я прошло две недели, но больше мы об этом не говорим. Наши отношения построены на молчании о прошлом и разговорах ни о чем. Мы обсуждаем погоду, появляемся вместе в модных местах и проводим время как обычная парочка. Для всех я туристка которую Филипп соблазнил и увез к себе, его друзья посмеиваются, окружающие девушки смотрят на меня со смесью завести и злости. А я просто плыву по течению.

Мы оба прекрасно понимаем что наши отношения временные и будущего у них нет.

Алекс все чаще появляется где-то на горизонте и постоянно смотрит на меня. Я кожей чувствую исходящую от него опасность и стараюсь не пересекаться. Он уже давно в курсе того кто я, я это чувствую.

Филипп садится на кровати и задумчиво смотрит на меня:

— Я хочу чтобы у тебя было кое-что на память, — он достает из прикроватной тумбочки небольшую коробочку и протягивает мне.

Удивленно открываю ее и зависаю.

— Это рубин, — поясняет он.

Нежно провожу пальчиком по каплевидному камню на цепочке из белого золота:

— Он красивый, похож на каплю крови, — я замолкаю и тихо добавляю, — я буду носить.

Одеваю украшение на шею и смотрю на Филиппа. Он проводит пальцем по капле и грустно выдыхает.

— Тебе нужно уезжать, а у меня не хватает сил отпустить, — он встает с кровати и одевается.

— Алекс знает, — говорю я, — я вижу как он смотрит на нас обоих. Филипп, он скоро сорвется.

Филипп закрывает глаза и сжимает кулаки:

— Собирай вещи.

— А документы?

— Они уже неделю как готовы, — он толкает ладонью дверь и быстро выходит.

Я облегченно выдыхаю, неужели весь этот ад наконец закончится?

К обеду я собираю свой чемодан и привожу себя в порядок. Филипп нашел для меня место в вечернем самолете. Лететь буду без пересадок. Я осматриваю спальню, прохожусь по дому и выхожу в сад. Сердце разрывается от противоречивых эмоций. Сажусь на скамейку у фонтана и опять закуриваю. Похоже эта привычка теперь навсегда со мной. Вокруг прекрасная погода и светит солнце, но в душе пасмурно и холодно. Унылая весенняя Москва намного больше подошла бы мне под мое настроение. Ежусь от понимания что скоро буду там.