В постели с врагом

Лель Агата

Доктор сказал, что несмотря на внешнее затишье, присутствует большой риск повторного кровотечения, и поэтому оставил меня лежать на сохранении. Приняв решение, я позвонила в галерею и сказала, что, к сожалению, не смогу больше работать у них, утаив истинную причину ухода.

Я уговаривала себя, что Ринат прав: теперь у меня появится много времени, чтобы больше отдыхать, заниматься собой и позже подготовкой к родам. Без всякой спешки. Может, я даже начну снова писать картины.

Всё обязательно будет хорошо.

Но тот факт, что теперь

я буду жить на полном обеспечении Рината, доставлял ощутимый дискомфорт. Я никогда так не жила. Да, в галерее я зарабатывала немного, но всё равно чувствовала себя удовлетворённой, что тоже не бездельничаю и вношу свою скромную лепту в семейный бюджет. Конечно, она ни в какое сравнение не шла с заработками Игоря, но хоть что-то… А теперь я буду вынуждена сидеть на шее, и сколько это продлится — неизвестно. Неизвестно, потому что после рождения малыша я буду заниматься им лично, без всяких нянь. Просыпаться ночью, кормить грудью, менять пелёнки… Я не хочу пропустить ни одной секунды его жизни! Как минимум до детского сада, а уж потом… Так далеко я старалась не загадывать, тем более лёжа на больничной койке в отделении патологии беременных.

Ринат забегал дважды в течение дня и выглядел так, словно спал всю ночь на пуховой подушке, укрытый одеялом из облаков: свежий, отдохнувший, даже где-то успел побриться. Каждый раз, как он входил в мою палату, сердце замирало. Не верилось, что этот мужчина теперь со мной, и у нас будет общий ребёнок. До сих пор всё происходящее казалось мне каким-то сюром.

— Как ты? — спросил он в свой последний визит после обеда, нежно удерживая мою руку в своей. Дверь при этом он плотно закрыл.

— Всё хорошо, ничего не болит.

— Я говорил с Задойновым, прогнозы неплохие. Думаю, через неделю тебя уже выпишут домой. Но даже там придётся пить препараты и придерживаться режима.

Он говорил, но я слушала его вполуха, прокручивая в голове вопрос, который никак не давал мне покоя.

— Ринат… а почему ты представил меня своей соседкой?

Всё-таки не выдержала…

Он вздохнул и сжал мою ладонь крепче.

— Потому что на работе пока никто ничего не знает. Скоро я защищаю кандидатскую, не хочу, чтобы сплетни, коих будет немало, отвлекали от самого важного.

Это тоже задело. Выходит, работа для него самое важное? А не наши отношения и ребенок?

Но я решила не ковырять эту тему глубже, чтобы не ругаться на пустом месте. Возможно, он снова прав, а я просто мнительная беременная, напичканная гормонами.

— Я обязательно всем все расскажу и представлю тебя коллегам, — мягко улыбнулся он. — Когда жизнь войдёт в привычное русло, соберём всех у нас дома. Приготовим шашлык, выпьем эля из местной пивоварни. Как тебе идея?

— По-моему, отличная.

Я хотела спросить, позовёт ли он Веру, но решила не копаться и в этом тоже.

Паранойя — страшная штука. Муж мне изменял, и теперь мне всюду будет казаться неверность. Так нельзя.

Когда он ушел, я собиралась вздремнуть, но в палату

зашла медсестра и сказала, что внизу меня ждёт посетитель. Я удивилась, ведь, по сути, меня совершенно некому навещать. Не Лола же ко мне пришла, в конце концов! Да и я никому не сообщала, что попала в больницу…

Наставлений категорически не вставать от врача я не получала, поэтому решила, что ничего страшного не произойдет, если я быстро доеду на лифте вниз и посмотрю, кто же это. Было приятно, что обо мне кто-то помнит.

Запахнув пока ещё временный больничный халат (привезти мои вещи Ринат обещал чуть позже) я дошуршала в больничных же бумажных тапочках до лифта. Клиника действительно оправдывала все ожидания — ну где ещё беременным выдают комплект одежды и необходимые принадлежности личной гигиены? Правда, и палата у меня была не самая простая — ВИП. Спасибо Ринату. Всё-таки он очень хороший…

Спустившись в вестибюль вниз, я покрутила головой, пытаясь отыскать, кто же решил меня посетить, и увидела возле самого выхода Андрея. Он стоял у вращающихся дверей, удерживая в руках букет цветов.

— Привет, как ты? — взволнованно спросил он, протягивая мне цветы. Я взяла букетик карликовых пионов и с наслаждением вдохнула аромат, мысленно расстроившись, что цветы придется выбросить. Иначе как я объясню, откуда они, Ринату? Вряд ли он обрадуется, что ко мне заходил Андрей. — Ты ужасно меня напугала!

— Всё нормально. Были некие… проблемы, но сейчас всё в норме. А откуда ты узнал, что я здесь?

— Встретил Лолу, спросил, как у тебя дела. Она сказала, что вы больше не подруги, и упомянула, что видела тебя здесь сегодня утром в больничном халате.

Странно, я её не видела… Хотя несколько раз действительно выходила в коридор и спускалась на УЗИ, может, она сидела где-то там среди будущих мамочек?..

— Я волновался за тебя. С тобой правда всё хорошо? — он протянул руку и дотронулся до моего плеча, впрочем, тут же её убрал.

— Правда, — я не смогла сдержать очередную улыбку. Он выглядел таким искренним и встревоженным… — Всё хорошо.

— А с ребёнком? — он опустил взгляд на мой живот.

— С ним тоже.

Между нами повисла неловкая пауза. Для меня неловкая особенно, потому что я стояла с ним в холле, и нас мог увидеть Ринат. И ещё я ужасно переживала, как сказать, чтобы он больше ко мне не приходил. "Извини, но не появляйся больше мне на глаза, а то мой мужчина против". Так?

— Кстати, чуть не забыл, — ожил первым Андрей и достал из внутреннего кармана джинсовой куртки мини-упаковку моих любимых конфет. — Надеюсь, тебе их можно?

— Конечно, можно, — я с благодарностью забрала презент, предвкушая, с каким удовольствием выпью перед сном чай.

Он смотрел на меня внимательно, даже пристально и с каким-то обожанием. Я поймала себя на мысли, что Ринат никогда на меня так не смотрел. Его взгляды дерзкие, раздевающие, а Андрей… он смотрит так, как смотрит мужчина, который… влюблён.