В постели с волком
Шрифт:
— Держи своего зверя при себе, если не хочешь неделю пролежать в лазарете, восстанавливаясь.
— Бросаешь мне вызов, Хазард? Так знай, я всегда готов его принять.
— Ну, хватит! — я втискиваюсь между парнями, повернувшись лицом к брату. Злость, которая от него исходит, ощущается почти физически, так что я прекрасно понимаю — если не остановлю происходящее, драки не избежать. Черт возьми, да это просто невинный шабаш! Я не сделала ничего такого! Так еще и Рис подливает масло в огонь, расскаязывая про симпатии своего зверя! Вот зачем он провоцирует его?! Неужели не видит, в каком Марко состоянии?! — Перестаньте! Никаких вызовов и драк не будет! Мы сейчас
— Не указывай мне, комаришка. Тебя вообще не должно было здесь быть.
Луна, ну что он за мудак?!
— Ками, если ты хочешь остаться... — начинает Рис, но я его пресекаю. Во-первых, не хочу разжигать конфликт. Лучше я потом с Марко спокойно поговорю, что в принципе плохая идея, но хотя бы кровопролития не будет. А во-вторых, мне не очень-то и хочется оставаться. Я все равно собиралась уходить.
— Нет, я пойду. Все в порядке, Рис. Сейчас только Сэю найду, и мы пойдем в общагу, — бросаю ему вежливую улыбку, после чего снова поворачиваюсь к брату. Глаза у него буквально горят яростью. Он переводит взгляд с меня на Риса и обратно, мерцание зрачков подсказывает — он на грани некотролируемого обращения. Что, мне теперь и улыбаться никому нельзя?!
— Твоя Сэя занята, судя по звукам и запахам, тем же, чем заняты здесь большинство присутствующих. Садись на байк. Я отвезу тебя.
Марко вдруг снимает кожанку и стягивает с себя майку, затем протягивает мне.
— Надень.
7 глава
Ками
Я не могу оторвать глаз от его красивого, крепкого тела. Рельефный живот с тонкой полоской темных волос, уходящих за край джинсов, так и притягивает взгляд. Чтобы не показаться больной, разглядывающей тело собственного брата, я резко отворачиваюсь и начинаю возиться с его майкой. Поспешно натягиваю через голову мягкую белую ткань, сильно пахнущую духами Марко, затем делаю несколько шагов в сторону байка, и когда понимаю, что сам брат идти вслед за мной не спешит, снова поворачиваюсь к нему. Он смотрит пристально, изучающе, и что-то еще горит в его глазах — то, что мне непонятно, недоступно, скрыто глубоко в нем.
— Ты идешь?
— Нет пока. Иди. Я подойду через пару минут.
Снова указывает. Ну мы же решили уехать? Чего он опять надумал? Собирается разбираться с Рисом, пока я услужливо стою в сторонке?
— Марко...
— Иди, Камилла, ничего я твоему дружку не сделаю. Хочу с ним просто поговорить.
Рис насмешливо фыркает, видимо, сомневаясь, что Марко что-то может ему сделать — они по силе и выносливости примерно равны, так что самоуверенность брата даже мне кажется чрезмерной.
— Не делай глупостей, иначе я...
— Что? Пожалуешься папе, что самовольно пошла на студенческую вечеринку, где пила алкоголь и плавала на пару с волком, который непрочь тебя трахнуть? Давай, жалуйся. Может, наконец-то он заберет тебя отсюда и снимет с меня навязанную обязанность присматривать за тобой. Я буду только рад.
От возмущения и обиды у меня горло перехватывает. Ах, значит я "навязанная обязанность"?! Вот же придурок! И знает ведь, что у меня никаких рычагов давления на него. Действительно, что я ему сделаю? Расскажу кому-то из преподавателей — они отцу доложат, расскажу напрямую отцу — будет еще хуже, и как сказал Марко, он просто меня отсюда заберет. Но из его слов я могу сделать единственный положительный для себя вывод — пока о моем невинном походе на шабаш он докладывать не собирается.
— Повежливей будь, — рыкает Рис.
— Не указывай мне. У меня есть полное право требовать
Дальнейшего разговора между парнями я уже не слышу, потому что, психанув, начинаю идти к байку. Честное слово, Сэя, завтра я тебя придушу! Вот если бы ты не свалила, то сейчас мы бы вместе отправились в общежитие, а тут мне придется терпеть братца-диктатора еще полчаса, если не больше. И ночью сто процентов будут опять сниться сны о нем, которые и так меня измотали!
Усевшись на мотоцикл, я свожу руки на груди и утыкаюсь взглядом в Риса и Марко, стоящих возле воды. Они о чем-то говорят и по лицам видно, что общение им обоим не очень нравится, что неудивительно. Как бы мне сейчас хотелось иметь супер-слух, как у оборотней, и подслушать, о чем идет речь, хотя я могу себе представить: Марко запрещает Рису приближаться ко мне, Рис огрызается и говорит, что не собирается его слушать, Марко предупреждает, что следующий раз закончится дракой. Вот удивительно, что Самир такого надзора надо мной не проявляет, а ведь он мне родной брат. Это ведь странно. Ну пусть он младше, но младше-то не на десять лет же. Да и вообще я ни от кого, кроме папы и Марко, такого гиперконтроля не наблюдала.
Когда разговор с Рисом, очевидно, подходит к концу, и парни расходятся, я замечаю, что Рис одними губами говорит мне "пока" и подмигивает. Я улыбаюсь и тоже прощаюсь с симпатичным оборотнем. От Марко это не укрывается, но слава богу бить морду Рису он вроде больше не собирается, потому что продолжает идти в мою сторону, сверкая своими золотисто-синими глазами. Я вновь скольжу взглядом по его плечам, груди и животу, в какой-то миг облизываю губы, но мигом беру себя в руки и даю мысленную подзатрещину.
Ками, ты же не больная какая-то?! Что за реакция на него?!
Марко молча садится на байк передо мной. Его запах теперь еще сильнее. Он так близко — от кожи пышет жаром и приятным, сладковатым ароматом. Я даже могу коснуться его. Уткнуться носом в изгиб позвоночника, провести пальцами по красивым мышцам спины.
— Обхвати меня руками, комаришка, — приказывает Марко. Голос его почему-то звучит очень сипло. Ладно. Чем быстрее тронемся, тем быстрее доедем.
Я кладу руки на его талию и осторожно веду их к животу. Мне показалось, или мышцы его пресса напряглись, когда мои ладони коснулись его? Не знаю, но сидеть настолько близко к нему, буквально носом вдыхать тепло — оборотни очень горячие, чего не скажешь о вампирах. У волков температура тела всегда выше, чем у людей. Так вот, наша близость кажется мне нереальной...
— Ты ведь не "дуэль" с Рисом обсуждал? — спрашиваю исключительно, чтобы отвлечь саму себя, потому что мозги отчего-то начинают плавиться, а бедра гореть. Вот и освежилась в озере... Снова становится жарко...
— Лучше тебе помолчать сейчас, Камилла, — рявкает Марко, а через секунду мы срываемся с места.
8 глава
Ками
Мы доезжаем до студенческого общежития довольно быстро, что неудивительно, учитывая скорость, с которой гонит Марко. На поворотах или крутых спусках мне до того страшно, что я буквально впиваюсь ногтями в живот брата и прячу лицо, утыкаясь носом в его спину. Эти инстинктивные движения, кажется, только сильнее бесят оборотня, потому что он начинает гнать еще сильнее. Мне хочется накричать на него или хорошенько стукнуть, но я слово боюсь произнести, потому что создается впечатление, что скажи я ему сейчас хоть что-то, мы точно разобьемся.