В постели с Президентом
Шрифт:
— Бездумная фамильярность вышла из моды, — сказал Винс. — Успокойся, Роджер.
Джон быстро посмотрел на него. Винс отвел глаза.
— О небо, — сказал Джон. — Винс, ты…
Он не договорил. Джону было трудно с таким запозданием признавать, что он ошибался по поводу своего зятя, который даже теперь все еще лелеял банальные фразы жены, так в свое время всех раздражавшие.
Винс завел мотор.
— Куда едем?
— Не знаю, — сказал Джон.
— К Коксу в имение?
— Нет, — Джон покачал головой. — Мне нужно кое-что предпринять. Сделать несколько звонков.
— Ваш
— За что?
Винс отвел глаза.
— Нет, — сказал Джон. — Я тоже так думал. Но это ошибка.
— Вы уверены?
— Да. Давайте поедем — куда-нибудь. Может, к тебе? Где ты сейчас живешь?
— Нет, — сказал Винс. — Плохая идея.
— Понимаю. Может, к Гвен? Давай позвоним Гвен.
— Гвен в Париже, — сказал Винс, улыбаясь иронически.
— Как вовремя, — заметил Джон, тоже улыбаясь.
— Вот что, можно в конце концов и ко мне поехать, — сказал Винс, чтобы избежать вопросов по поводу Гвен. Не мог же он сказать отцу, что именно его дочь делает в Париже, почему она там. — Я живу у моего импресарио. Он в отпуске. Роскошный вид из окна. Карнеги Холл. Кто-то перестрелял целую вечеринку внизу пару лет назад, но в общем там мирно.
— В этом самом здании?
— Может и нет. Не знаю.
— Эй, можем и ко мне, — предложил Роджер Вудз с заднего сиденья.
Его проигнорировали.
Винс запарковался у гидранта.
— Эй, — обратился он к Роджеру, который намеревался войти за ними в здание, — ты куда это?
— Я с вами, — сказал Роджер. — Мне нужно написать репортаж, и еще задать вам пару вопросов.
В квартире Винс провел Роджера в гостевую спальню.
— Пиши свой репортаж, — сказал он. — Не показывайся в гостиной в течении следующего часа, если не хочешь узнать, что такое нокаут стоя. Холифилд против Тайсона, тысяча девятьсот девяносто пятый год.
— Мне нужен процессор.
— Вон там. К инету подключен, я думаю. Еще что-нибудь? Вдохновение, пиво, девочки не нужны ли? Не испытывай мое терпение.
— Язвительный вы, Винс, — сказал Роджер шутливо. — Это надо было предвидеть.
Винс вернулся в гостиную.
— Врежем? — спросил он, показывая гостю бутылку коньяку.
— Оставь, Винс, — сказал Джон. — Я все понял.
— Что именно вы поняли? — спросил Винс автоматически, разливая коньяк.
— Я тебя недооценил. И я неправильно понял чувства моей дочери. Я старый дурак.
— Не дурак и не старый, — сказал Винс. — В переделку вы попали. Стрессовое положение способствует грусти.
— Пожалуйста, перестань повторять все время фразы Илэйн, умоляю.
— Я… Я не замечал, — сказал Винс. — Прошу прощения. Вы правы, наверное. Насчет же особняка…
— Я хочу видеть своих внуков.
— Конечно, — сказал Винс. — Не волнуйтесь. Вы и Мора — у вас есть право…
— Мы с Морой разошлись, — сказал Джон. — Пока неофициально.
— Простите. Очень жаль.
— Не стоит жалости. Давно нужно было это сделать. Так что ты там говорил только что?…
— Я хочу выкупить ваш особняк.
— Зачем?
— Выкуплю и отдам его вам.
Глаза Джона сверкнули.
— Молодой человек, — сказал он, — оставьте
— Да. Я вот и собираюсь… Но нужно же вам где-то жить, не волнуясь, что завтра вас выселят. Это я обязан устроить.
— Ты мне ничем не обязан.
— Это нерезонно, Джон. Никто никогда не узнает. Мы сделаем все скромно.
— Ты хороший парень, Винс, но нет, спасибо, не нужно. По окраинам все еще стоят функционирующие мотели, а у берега полно недвижимости, которую я все еще в состоянии купить. Кроме того, ты не можешь выкупить особняк, и вообще ничего не можешь выкупить. Все заморожено. Спасибо.
— Если все заморожено, откуда у вас возьмутся деньги на… недвижимость у моря?
— Дома достаточно наличных, чтобы прожить год или два. Не говоря уж о том, что я, наверное, найду работу.
— Работу?
— Конечно. Я не такой беспомощный, как некоторые из моего окружения. У меня есть водительские права. Я бы мог мыть посуду. Помимо этого, у меня самый настоящий диплом, университетский. И еще я мог бы стать радикалом. Что бы не говорили о радикалах, деньги у них откуда-то всегда есть. Вот я и узнаю, где они их берут. Переменим тему. Что делает в спальне этот дурак?
— Роджер?
— Да. Что он делает?
— Он пишет статью для своей газеты.
— О чем?
— О сегодняшних событиях.
— Что за газета?
— Знаете, мне не приходило в голову спросить.
— На человека из «Таймза» он не похож, — сказал Джон.
— В городе четыре других ежедневных газеты.
— Он не очень умный, а?
— Нет.
— Хорошо, — Джон поднял рюмку, посмотрел сквозь нее на окно. — Хорошая выдержка.
— Почти столетняя, — заверил его Винс. — Представьте себе, до Первой Мировой Войны еще в бочку наливали. Семь тысяч долларов за бутылку. Психологический эффект — может еще десять тысяч человек в мире, всего лишь, пьют такое так же небрежно, как мы.
— Прости, Винс, — сказал Джон. — Ничего, если я закурю? Мне ужасно неудобно. Я… все эти годы… к тебе относился…
— Наоборот, — сказал Винс.
— Как, прости?
— Я все эти годы думал, что вы ужасно противный старикан.
Джон рассмеялся.
— Мне это нравится. Ну, что ж, мы оба ошибались. У нас будет случай все поправить после того как ты женишься на Гвен.
— Что?
— Глупо звучит, правда?
— Нет, не в этом дело… Лучше бы нам не…
— Ты не знаешь Гвен. Если эта девушка что-то себе втемяшила в голову, ее уже не остановишь. Она тебя любит уже шесть лет, Винс. Ты наверняка об этом знаешь.
— Это…
— Это неправда?
— Не знаю, что на такое сказать.
— Не расстраивайся. Она хорошая девочка, очень любящая и нетребовательная. Занята в основном собой, не мешает никому. Лучшей жены не найти. У нее также есть провидческие способности, временами бывает забавно. Может передать, к примеру, тебе же твой разговор с деловым партнером недельной давности, слово в слово, или рассказать, с кем спит прислуга. Не знаю, как она это делает. Вот только пьет она много — это да, и с каждым годом все больше. Но это ты исправишь. Только физическое воздействие не применяй. Это разрушает интим.