Шрифт:
Стив Мартин
В поисках коварного филиппинца
"Мы видели раскосого опасного джапа, мы видели коварного филиппинца..." - Марлон Брандо высказывается о кинематографе в шоу "Ларри Кинг живьем"
Коварный филиппинец. Как часто я укладывался вечером спать, а фраза эта эхом отдавалась у меня в голове. Однако, лишь совсем недавно я осознал, что никогда ни одного настоящего коварного филиппинца я, на самом деле, не
– "Получить что-нибудь взамен?" Она пристально посмотрела на меня: "А вы бы что сделали - вызвали подмогу и остались дожидаться, пока помощь не подоспеет?" Я понял, что у нее перед глазами стоит стереотип милосердного и вежливого белого англо-американца, и содрогнулся от отвращения. Я так расстроился, что чуть было не захотел разозлиться. Я решил взять в прокате фильмы, где можно будет изучить, как изображают филиппинцев. Я посмотрел "Крестного отиа", "2001" и "Унесенных ветром". В них не наблюдалось ни одного упоминания о коварных филиппинцах. Почему? Вероятно, киноиндустрия тайно управляется филиппинцами. Вероятно, это их рука прячется за такими фильмами, как "Логичный филиппинец" (1986), "Простодушный парень из Манилы" (1993) и приключенческой классикой "В дебрях коварного Лаоса" (1995). Л если это так, то не являет ли это нам их несомненное вероломство? Мой друг рассказал мне о фантастическом филиппинском иглотерапевте. Я позвонил записаться на прием. "Что вас беспокоит?" - раздался обманчиво приятный голос на другом конце провода. "Я... мне..." Эту часть плана я недоработал. "Меня... я..." Я повесил трубку. Тридцать секунд спустя зазвонил телефон. Там никого не было. Сначала я не придал этому значения, но потом признал изощренность тактического хода: определитель номера! Коварный филиппинец перезвонил мне, определив
Я вошел к нему в клинику и сел ждать в приемной. Ждать чего, интересно? Возможно, того, чтобы меня перехитрили -так или иначе. Ассистентка попросила меня заполнить анкету. Она умно подтолкнула ко мне листочек и искусно предложила карандаш. Я заполнил бланк, прислушиваясь к закодированному диалогу, имевшему место в кабинете. Банальные вопросы о погоде больше не казались пустыми любезностями: то были сложно структурированные фразы, в которых начальная буква каждого слова складывалась в фамилию моей мамы до замужества. Едва войдя в кабинет, я начинаю вворачивать доктору и его медсестре уникально американские словечки, типа "спелись". Мне хотелось увидеть их реакцию. Никакой реакции не последовало. Если не считать одного - взгляда настолько коварного, что я содрогнулся. Затем произошел такой диалог: - Здесь говорится, что вы хотите лечиться от чумки.
– Да, - парировал я. Грубую игру они тут ведут.
– Чумка - заболевание собак. Озёра пота у меня на лбу мгновенно собрались в карту штата Мичиган.
– Да, - ответил я.
– Меня беспокоит, не заболела ли ею моя собака.
– Так вы пришли по поводу нервозности? Хотите, чтобы я вылечил вас от беспокойства? Не-ет, это не пустячная пикировка двух достойных противников. Это закодированная шахматная партия слов, головокружительное проявление хитрости. Иглы впились в тело. Четыре в уши. Три в череп. Некоторые вворачивались вручную. Сквозь некоторые пропускался электроток. Десять минут спустя их вынули, и я ощутил замечательное спокойствие. Столы перевернуты. Коварный филиппинец унял мою тревогу, и я теперь у него в долгу. Он победил. Я предчувствовал какие-то формы коварства, но никогда не подозревал, что они возвысятся до такого уровня изощренности. Я вернулся домой и включил телевизор. Шоу Ларри Кинга еще продолжалось: - ...бесчастного итальянца, уклончивого чилийца, возбужденного гавайца, едкого норвежца, строгого эскимоса, громогласного канадца...
– Наше время на исходе, - сказал Ларри, и передача закончилась. Мне нужно было куда-то сбежать. Я сложил чемоданы, забронировал себе билет на "КовЭйр" (официальная филиппинская авиакомпания) и вылетел на Гавайи.