В погоне за утром

Роэн Майкл Скотт

Под действием сливовицы и прочих событий голова у меня еще слегка кружилась, подобные мысли бесцельно бродили в ней и уходили в никуда. Но постепенно я ощутил, что в голове прояснилось, и – чудо из чудес! – пульсирующая боль почти прошла. Похоже, Катька это почувствовала, поскольку мягко заставила меня выпрямиться, и осторожные пальцы занялись моей раненной рукой. Я бросил на нее только один взгляд и тут же отвел глаза – рука выглядела гораздо хуже, чем я предполагал, – устрашающее месиво из застывшей крови. Кроме того, я предпочитал смотреть на девушку: красивая или нет, она была симпатичным созданием. А теперь она прижимала

мою руку к груди, оставив кисть свободно лежать на ее коленях; это весьма отвлекало. Рядом с нами я слышал разговор Мирко и Джипа, но то, что они говорили, доходило до меня лишь постепенно.

– Так скажи мне, штурман, как же тогда все случился? Как это такой прыткий парень, как ты, позволил нескольким шелудивым Волкам свалить тебя?

– Простая небрежность, наверное. Выследили меня до двери и навалились. По их меркам, это вроде как тонкая хитрость.

– Да. Будем надеяться, что они не набираются ума. Только из-за чего весь сырр-борр? Что там такое в этом складе?

– Да все, как обычно, – голос Джипа звучал озадаченно. – Несколько старых грузов, они там уже месяцами валяются, и вещи с «Искандера» – он причалил утром, пришел с Запада. Там ничего из ряда вон выходящего. Черный лотос для Пэтчи, пара толстых шкур морских лошадей, которых прислали от Мендозы из Те Арахоа на свой страх и риск, а они померли на рынке. Груз дров на продажу, индиго, перец и кофе из Хай Бразил, пух гагарки – двадцать тюков! – и несколько тонн сушеного Корня Победителя и Ночного Глаза для магазинов в Аллее Дамбалла. Ничего такого, что выгодно было бы спереть, а чтобы вытащить хоть что-то стоящее, нужно больше троих. Там, правда, действительно был груз рома черного дьявола, пятьдесят больших бочек, да Дик-Маркитант забрал его меньше чем за четыре часа до того, как я пришел.

– Может, никто не сказать об этом Волкам, – пропыхтел Мирко.

– Может быть… – эхом отозвался Джип, но по голосу чувствовалось, что его это не убедило. Я как раз собирался спросить, что означают эти товары с дикими названиями, когда мое внимание отвлекла Катька – и как отвлекла! Я дернулся в агонии и едва не опрокинул стол. Ощущение было таким, словно, осторожно промыв рану, она неожиданно развела ее края, вонзила в нее зубы и с силой стала отсасывать кровь. Я бросил взгляд вниз и увидел, что именно это она и сделала. Более того, она продолжала это делать. Я, дрожа, откинулся назад, не в силах вымолвить ни слова, и увидел улыбавшегося мне Джипа.

– В ране может быть грязь, ты забыл? Пакостные вещи, клинки Волков, никогда нельзя знать наверное. А Катькин народ – они справляются с ними вот так, и могу поручиться, что это срабатывает, уж ты мне поверь. Имей в виду, там, в своем родном уголке они все вампиры!

Катька подняла глаза и выплюнула мою кровь точно на брюки Джипа, сшитые из материала, похожего на лоснящуюся кожу. Джип фыркнул и стер кровь.

– При том, с кем ты водишься, нечего тебе эдак задаваться, штурман! Сейчас уже не так больно, нет, мой Стефан?

Я умудрился выдавить некое подобие улыбки, а Катька взяла бутыль со сливовицей и стала промывать рану обжигающим спиртом.

– Если уж быть съеденным, так только тобой, лучшей кандидатуры я бы не придумал, – выдавил я, и девушка хихикнула.

– Особенно под маринадом? О'кей! Тогда я положу сюда еще немного бальзама, вот так, и забинтую, и через день-два ты будешь совсем

как новенький – хорошо, да?

Я с силой выдохнул и изобразил полуулыбку. Джип передал мне бутыль, но я покачал головой:

– Спасибо, но мне достаточно. Надо ехать домой.

– С такой рукой? Думаешь, будешь в порядке? Лучше оставайся-ка ты здесь на ночь. Попробуй разбойничий бифштекс Мирко с французским жареным гарниром и полбутылки старого Вара Орсино – от него волосы растут на груди и чресла наливаются, как свинец, вот так-то! А на потом – покувыркаешься с Катькой, она тебе покажет чудеса, это уж точно! А ты дашь ему все самое лучшее, слышишь, девушка, – настоящий моряцкий праздник! Это ведь мое угощение, верно? Быть бы мне сейчас волчьим мясом, если б не мой старый дружище Стив…

Я слегка заморгал и украдкой бросил взгляд на Катьку. Похоже, небрежное «коммерческое» отношение Джипа ее нисколько не взволновало, скорее, ей это даже польстило.

– Ну-у… – сказал я, и Катька обратила на меня взгляд своих больших серых глаз. У меня возникло подозрение, что они лишили многих моряков их покоя, если не что похуже. Тем не менее я потянулся за рубашкой.

– Ты ведь не уходишь? – обиженно, словно не веря своим глазам, сказала Катька. По-видимому, это была ее обычная манера поведения, но сейчас, похоже, она говорила серьезно. Или, может быть, это тоже была обычная линия поведения? Однако у Джипа и Мирко вид был такой же потерянный.

– Эй, погоди, – запротестовал Джип, и его старчески молодое лицо сморщилось. – Я же собирался закатить тебе вечеринку – я твой должник, забыл? Ты же не можешь уйти, чтоб я чувствовал себя неблагодарной свиньей, правда? Катька вон тоже разминается. Сядь! Оставайся! Ты среди друзей!

Это последнее слово чуть не убедило меня. Среди друзей – да, я чувствовал это как никогда в своей жизни. Я заколебался. Передо мной снова мигал тот же светофор, и всем своим существом я рвался нажать педаль до отказа и проскочить его – умчаться прочь, вон, в тот призрачный закат, в погоне за какой-то новой мечтой. Это было каким-то завершением, которого я не мог и представить, чем-то, что могло заполнить пустую скорлупу…

Но, надевая рубашку, я почувствовал резкую боль в руке, и моя собственная вязкая кровь облепила ткань вокруг моей кожи. Я ударил по тормозам. Хватит рваться, во всяком случае, на сегодняшний вечер:

– Я знаю. Извините меня. Может быть, в другой раз, но… мне надо ехать. Если только я найду свою машину, я припарковал ее на улице Тампере, не знаю уж, как далеко отсюда.

На какое-то мгновение я испугался, что сейчас они спросят меня, что такое машина. Однако Джип, хотя он явно был обижен и разочарован, небрежно бросил:

– О'кей, Стив. Я понимаю. Пусть будет в другой раз. Мне и самому, наверное, надо бы пойти назад на тот склад. Тампере, точно, это прямо за этим домом, вперед и за угол, мимо большого старого таможенного склада, сначала налево, потом направо, еще раз направо и вперед – там в конце ты ее и увидишь. Понял? Пошли, я покажу тебе дорогу.

– Если это так просто, я сам справлюсь, спасибо. Ты иди занимайся своими делами. И спасибо – спасибо за ремонт прокола, Катька… и за выпивку, Мирко… Спасибо вам всем. – Все это прозвучало по-идиотски. Я нервничал, мне не хотелось обижать этих странных и добрых людей. Мирко только что-то проворчал, но Катька улыбнулась.