В первый раз
Шрифт:
— Я прошу тебя об этом не из-за ребенка, — сказал он, его челюсть напряглась, в глазах читалось смятение. — Я прошу тебя не потому, что ты сделала меня счастливым, и не потому, что увидел в твоих шрамах силу. И даже не потому, что твоя смелость воодушевила меня отказаться от повышения, которое сделало бы меня несчастным.
Жак пораженно уставилась на Блейка:
— Ты отказался от повышения?
— Да.
Ее сердце смягчилось. Блейк смотрел на Жак. Она старалась игнорировать его красивое тело, скрытое под идеально сидящим костюмом, свежий морской запах. Ее вновь охватил
Блейк продолжал:
— Меня даже не волнует то, что Никки и мама, вероятно, убьют меня за то, что я упустил возможность быть с тобой.
Его взгляд был беспомощным. Жак подавила желание улыбнуться. По крайней мере его речь была близка к тому, что она ожидала услышать.
Блейк наклонился вперед, и тело Жак мгновенно отреагировало на его близость.
— Я прошу тебя выйти за меня, потому что люблю тебя и не могу представить женщину, которая подошла бы мне больше, чем ты.
В висках застучало, в ушах стоял шум. Жак начала сдавать позиции и проигрывать войну с собственными слезами.
Он любит ее.
Надежда вновь разгорелась в душе Жак.
— Ты выбрал отличное время для признания, — произнесла она обвиняюще, но вряд ли ее тон мог кого-то обмануть. Она улыбнулась, потом приподняла бровь. — А ты разве не хочешь подождать конца слушания, прежде чем вешать на себя брачные обязательства?
— Осужденная преступница или нет — ты все равно женщина моей жизни, — решительно произнес Блейк.
— Это самые романтичны слова, которые я когда-либо слышала.
Глаза Блейка блеснули.
— Жак, пожалуйста, выходи за…
— Итак! — произнес клерк. Жак готова была зарыдать от разочарования. — Технические неполадки улажены. Хотя для этого нам не нужна была целая команда техников. — Мужчина потер лысеющую голову. — Кто-то вынул кабель из сетевой платы.
Жак пораженно посмотрела на Блейка, который откинулся на скамье. Он выглядел довольным, словно кот, заприметивший аппетитную канарейку. Очень толстую канарейку. Жак узнала знакомый озорной блеск в глазах Блейка, и причина стала кристально ясна.
Жак придвинулась к нему ближе, все еще не до конца веря в свою догадку.
— Это ты выдернул кабель, чтобы дать мне фору?
Его бровь поползли вверх.
— Конечно нет, — насмешливо произнес он. — Это было бы неправильно.
Но выражение лица Блейка говорило об обратном.
Жак моргнула, пытаясь привыкнуть к странной мысли. Как он провернул этот трюк? И почему никто ничего не заметил? Блейк, который много лет следовал букве закона, придерживался строгих правил, убедил всех в своей бескомпромиссности, вдруг предстал совершенно в ином свете.
Таким образом, никто не заметил ее опоздания.
И в этот момент все приемы защиты, которые она разработала, враз стали неэффективны. Ее сердце таяло, мир ее наполнялся надеждой.
Пораженная до глубины души и тронутая невероятным поступком, она могла лишь неотрывно смотреть на Блейка.
Затем клерк объявил, что пора начинать. В зале появился судья, и Блейку пришлось поднять Жак, так как она все еще была под впечатлением от случившегося и едва ли что-то соображала.
Слушание тянулось
Вскоре с Жак сняли все обвинения, и Блейк наконец вздохнул с облегчением. Жак повернулась к нему. Глаза ее горели, лицо светилось, и Блейку потребовалось все самообладание, чтобы не податься вперед и не запечатлеть на ее губах поцелуй. Ему хотелось только одного: ослабить боль, которую вызвало отсутствие Жак. Ему была нужна эта отважная, сильная женщина.
— А сейчас, мисс Ли, — как всегда невозмутимо произнес судья Коннор, — посмотрим, сможете ли вы избежать необходимости появляться здесь снова. Что же до вашего мнения по поводу «Рамоунз»… — Глаза пожилого мужчины блеснули, когда он посмотрел на сумку, на которой была эмблема группы. — Вы ошибаетесь. «Клэш» и «Секс пистолс» повлияли намного сильнее.
Заметив подозрительно спокойное выражение лица Жак, Блейк напрягся. Но тут она покорно улыбнулась:
— Да, сэр.
Блейк облегченно вздохнул. Когда присутствующие стали расходиться, Жак невинно на него посмотрела:
— Что? Думал, я буду спорить с судьей?
— Ни в коем разе, — соврал он и улыбнулся.
Блейку нравилось, как Жак бушевала там, где обычные люди боялись сделать лишний шаг. Ведь ее смелость, ее жар, ее энергия были ему так нужны. И одно он мог сказать с уверенностью — жизнь с Жаклин Ли будет потрясающей. Правда, при условии, что она согласиться выйти за него замуж.
Блейк был весь на нервах с тех пор, как неудачно сделал Жак предложение. И вести процесс женщины, которую он любил, не зная, пойдет ли она за него, было самым тяжелым испытанием для Блейка. Если он в ближайшее время не услышит ответ, он сойдет с ума.
Значит, надо застать Жак одну.
Блейк схватил свой кейс и взяв Жак под локоть, повел ее к выходу, надеясь незаметно выскользнуть за дверь.
— Жак… — начал он с громко бьющимся сердцем.
— Я говорила, что Блейк потрясающий адвокат! — воскликнула Никки, внезапно появившись на их пути. Она была уже без костылей.
Блейк подавил разочарование и принялся терпеливо ждать, когда девушки закончат обниматься. Вскоре Никки обернулась к брату. Она улыбалась.
— Ты был великолепен, большой брат, — похвалила она, бросаясь и к нему с объятиями.
Блейку стало очень тепло. Однако он надеялся, что восторги не затянутся надолго.
— Почти так же великолепен, как его мать, — добавила Абигейл и прижала Жак к себе так крепко, словно никогда не собиралась ее отпускать.
К вящему сожалению Блейка, их стало уже четверо. Толпа прибывала. Жак послала Блейку удивленный взгляд поверх плеча Абигейл. Очевидно, она не заметила его смятения. А может, просто успокаивала его, потому что снова собиралась отклонить предложение. Наверняка Жак так и не простила его за трусливое поведение.