В переплете Книги Знаний
Шрифт:
– Как будто я их один проворачивал! – возмутился Гаузен указанием на прошлые грешки.
– Веселые были денечки, - ухмыльнувшись, согласился Арсин.
– В моей жизни было столь много веселья… И так мало радости, - грустно добавил про себя юноша, но тут же вернулся от этих мыслей к настоящему.
– Я, между прочим, тоже неплохо устроился. У меня придворная должность!
– с гордостью поделился Гаузен.
– Ну, удачи тебе! Может быть, ты тоже станешь когда-нибудь самым главным у себя во дворце, - с самодовольной насмешкой пожелал Арсин. Услышав это, юноша немного поморщился.
– Вообще-то у меня есть дела поважнее, - отказался от предложенной чести Гаузен.
– Тебе случайно неизвестно, как можно добраться покороче до ближайшего ордена Всемзнания?
Вопросы о проблеме Салочки, а также о материальной помощи юноша решил отложить на потом.
– А зачем ты туда собрался? – удивился Арсин.
– Мне нужно кое-что им передать, - уклончиво ответил Гаузен.
– Тогда можешь оставить это в монастыре, - великодушно предложил настоятель.
– К нам часто приходят служители разных богов, орденов и культов. Если придут из ордена Всемзнания, то я лично передам им твою вещь, послание или что у тебя там.
«Ага, ты, наверное, и награду решил прикарманить» - подумал юноша. Он уже засомневался, нужно ли показывать книгу приятелю детских лет, но решил, что больше спрашивать не у кого. Да еще у него созрела небольшая шутка, наподобие тех, которыми он промышлял когда-то.
– Сейчас я тебе такое покажу, что ты забудешь про свой обед до самого ужина, - прошептал юноша и вытащил книгу.
– Может быть, здесь найдется ответ на мой вопрос?
Настоятель отодвинул тарелку, обсосал каждый палец, затем вытер руки о балахон и уже после этого аккуратно взял книгу. Листая страницу за страницей, он рефлекторно поднялся с места и подошел к окну, где было больше света. Гаузен тут же уселся за стол и решительно принялся за брошенный храмовником обед.
Арсин, возмутившись подобной наглостью, с шумом захлопнул книгу.
– Я бы подождал своей очереди, но вдруг еда будет испорчена или отравлена?
– пошутил Гаузен и, капельку пожевав, добавил:
– А ты почитай, почитай!
Арсин, немного повыбирав между обедом и книгой, углубился в последнюю. Гаузен, тем временем, торопливо отъедался за предыдущие полуголодные дни.
– Ну что, узнал что-нибудь?
– наевшись, полюбопытствовал юноша.
– Я ее узнал, - произнес Арсин настолько серьезно, что Гаузен отбросил былое веселье.
– Эта книга пропала из нашей библиотеки несколько сотен лет назад!
– В какой-такой вашей? – удивился Гаузен.
– Ты ведь служишь Катапаку, а не ордену Всемзнания!
– А кто здесь говорит про орден Всемзнания? – спокойно уточнил настоятель.
– Мой орден – это орден Охранителей Книг.
– Что ты врешь, Арсин! – не поверил Гаузен.
– Орден Охранителей Книг давно разрушен! Я был на его развалинах!
– Ты прав, Гаузен, - согласился Арсин.
– Главная библиотека ордена была надежно выстроена и тщательно охранялась. Но настало время, когда все эти предосторожности вдруг оказались бесполезны перед лицом непредсказуемого землетрясения. Оно не оставило от штаба камня на камне.
А с падением власти четырех королей последние остатки ордена утратили
– Ну и дела. А я-то думал, что встретился с последним служителем этого проклятого ордена, - удивился Гаузен и произнес:
– Я не пойму, чего ты хочешь? Это всего лишь книга!
– Не просто книга. Книга Знаний! Видишь?
– показал Арсин на клеймо, выжженное на обложке книги. На нем была изображена раскрытая книга, на которой лежал ключ.
– Это символ ордена Охранителей Книг. Она все эти годы сама шла ко мне в руки, - взволнованно поведал Арсин.
– Значит, она вам все-таки нужнее, чем мне? И какова будет награда за возвращение, казалось бы, уже безнадежно потерянной реликвии? Учти, каждая страница этой книги стоит не меньше серебряной монеты. И это только за одну сторону! А корки и вовсе тянут на сотню золотых каждая!
– запросил небывалую сумму денег Гаузен, чтобы Арсин не смог расплатиться и вернул книгу обратно.
– Ты, кажется, не понял всю серьезность ситуации, Гаузен. У нашего ордена очень строгие правила. В случае несвоевременного возвращения принадлежащей библиотеке книги с человека, возвратившего книгу, взимается штраф в размере одной серебряной монеты за каждый просроченный день. То есть за несколько сотен лет, - тут Арсин замолчал, и его брови усиленно зашевелились, по всей вероятности, принимая участие в сложной арифметической операции.
– Учитывая состояние возвращенной книги, количество страниц, а также нехватку закладки итоговая задолженность, которую возвративший обязан возместить, составляет почти сто тысяч серебряных монет. И возвративший у нас ты!
И бровь Арсина, бросив подсчеты, иронично метнулась в сторону Гаузена.
Несколько мгновений пристально рассматривая выражение лица Арсина, Гаузен понял, что настоятель уже давно перестал шутить.
– А я еще денег в долг у него хотел попросить, - расстроился юноша и решил дать волю чувствам.
– Катапак забери! Книга древняя, да еще и просроченная, к употреблению, наверное, непригодна – что же ты с меня требуешь, потомок недобитый?!
Гаузен подбежал к Арсину и грубо вырвал у него из рук книгу. Похоже, от волнения, а может быть от жирной еды руки настоятеля стали излишне скользкими. В этот момент в дверях появился монах, но, судя по размерам, уже не из тех, кто привечает, а, скорее, провожает.
– Послушай, Арсин! Давай просто сделаем вид, что я сюда не приходил, твой обед не ел и книгу не показывал. Забудем все те гадости, что ты мне наговорил, а я спокойно ухожу так же, как и пришел – через дверь, - предпринял последнюю попытку Гаузен.
– Отдай книгу, Гаузен, - потребовал Арсин.
– Ты же понимаешь, что тебе некуда бежать!
«Когда некуда бежать, есть куда лететь. А без доказательств нет обязательств» – подумал юноша.
– Дружище, я тебя ненавижу!
– бросил он напоследок и выкинул книгу в окно.