В ожидании чуда

Чейз Эллен Рако

— Всего миллион? — ухмыльнулся Раф, укладывая ее вдоль своего тела. — Вперед, задавай свои вопросы.

С большим трудом она старалась не замечать, что в такой позе желание Рафа стремительно растет и крепнет.

— Когда ты решил, что не влюблен в Трейси? — требовательно спросила она, упираясь локтями ему в грудь.

— Я никогда не был влюблен в Трейси.

Ее подбородок дрогнул, и она покачала головой.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что никогда не был в нее влюблен? Ее сестра уверяла меня, что вы практически помолвлены. Ты хотел, чтобы она отправилась с тобой в круиз. И это

была твоя идея заставить ее сдаться, используя меня.

Раф, слушая, наматывал на пальцы ее длинные рыжие локоны.

— Меня не волнует, что тебе говорила эта маленькая белокурая интриганка. Я никогда не был помолвлен с Трейси. Я и встречался-то с ней всего пять раз — трижды в доме ее родителей, когда у меня были общие дела с Джеком, и дважды — у меня, — признался он. — Вот и все. Понимаешь, у меня от нее начинает болеть голова.

— А как насчет круиза?

— Она сама меня пригласила. Когда я отказался, она упорхнула в Нью-Йорк со своей мамочкой, скорее всего, в замешательстве, — рассудительно заметил он. — Откровенно говоря, именно ты навела меня на мысль о фиктивной помолвке.

— Я? — моментально вскинулась Кит.

Раф кивнул.

— Я же рассказывал, что навел о тебе справки еще до вечеринки у Шипли. А после того, как поговорил с тобой, убедился окончательно, что ты действительно выдумала всю эту нелепую историю от начала до конца, чтобы не ударить лицом в грязь перед своими подружками. А мое имя использовала случайно. Спасибо счастливой случайности! — Он поцеловал Кит в кончик носа и, проведя руками вниз по ее спине, задержал их на огруглых бедрах. — Когда я вернулся в тот вечер на ранчо, я никак не мог выбросить тебя из головы. Я возненавидел этот крошечный перекошенный чердак, на котором ты жила. Я начал беспокоиться, не случится ли что-нибудь с тобой в этом ужасном районе. И я решил что-нибудь предпринять. Именно с моей подачи была напечатана сплетня в газете, — признался Раф, отвечая на ее потрясенный вздох улыбкой, в которой не было и тени раскаяния. — Я интуитивно чувствовал, что за внешним притворством скрывается отзывчивое, доброе сердце. И когда ты решила, что своей ложью осложнила мне жизнь, я немедленно за это ухватился, рассудив, что воспользуюсь ситуацией и подожду, пока ты не обратишь на меня внимание.

— Но Раф, — вставила она мягко, поигрывая жесткими волосками, покрывающими его грудь, — ты же просто не мог влюбиться в меня с того самого первого вечера.

— Я не знаю точно, что я чувствовал, — согласился он, нежно водя губами по ее подбородку. — Меня тянуло к тебе. Я не мог понять, почему так волнуюсь за тебя. Чем дольше я находился рядом с тобой, тем сильнее влюблялся. Ты была такой непосредственной, нежной, остроумной, а иногда даже честной. Но как только я приближался к тебе, ты тут же замыкалась. Я обнаружил, что играю с тобой в какую-то странную игру типа «шаг вперед — два назад».

Она легла щекой ему на грудь, слушая, как бьются в унисон их сердца.

— Я думала, ты влюблен в Трейси и просто используешь меня в отместку за свое ущемленное самолюбие, тем более что ты знал правду о моей матери, — тихо призналась Кит. — Никто никогда не любил и не хотел меня. И когда это случилось, я просто ничего не поняла. — Она посмотрела на него виновато. — Ты

связался с очень ненадежной личностью. Я всегда доставляла больше хлопот, чем могла отплатить за них и…

Она вскрикнула от неожиданности, когда Раф приподнял ее над собой и, перевернув на спину, пригвоздил к кровати тяжестью своего тела.

— Я даже слышать не желаю этого больше, — прорычал он сердито. — Я знаю, что сам сказал тебе эти слова, но я был зол, обескуражен и не понимал, как ты больна. — Он ослабил свое давление на ее поясницу и страстным прикосновением горячего языка к ее губам как бы стер горечь, которую вызвали эти слова. — А теперь мне бы хотелось узнать, что творилось у тебя в голове тем утром в джунглях, когда ты, будто ошпаренная, выскочила из моей кровати.

Кит почувствовала, как краска заливает ей щеки. Она крепко обхватила Рафа за шею.

— Я считала себя виноватой в том, что использую тебя, — объяснила она и вздохнула в ответ на его немое удивление. — Я собиралась уехать по возвращении из Мексики. Я не могла больше оставаться и видеть тебя рядом с Трейси. Я… я… — Она облизнула пересохшие губы и отвела взгляд от его немигающих глаз. — Я любила тебя и хотела, чтобы ты любил меня тоже, даже если для тебя это было чистым сексом. Но боюсь, я не очень хорошо с этим справилась. У меня нет никакого опыта. Я не удовлетворила тебя. Просто лежала, как камень… — Голос Кит упал. Вдруг она почувствовала, что его плечи трясутся от смеха, и подозрительно посмотрела на него.

Он пальцем приподнял ее подбородок так, чтобы их губы соприкасались.

— Ты вовсе не лежала, как камень, — шутливо заверил он и потерся носом о ее щеку. — Впервые в жизни я занимался с женщиной любовью, а не просто сексом. И нашел это в высшей степени великолепным, — добавил он низким вибрирующим голосом, полным искренности.

Кит удовлетворенно замурлыкала, прижимаясь к нему и игриво щекоча босой ногой.

— Я так счастлива, что ты здесь.

— Позволь мне кое-что сказать, любовь моя. Отыскать тебя оказалось самой трудновыполнимой задачей, с какой я когда-либо сталкивался, — сообщил он, угрожающе встряхнув ее. — Тереза, Мэтт и я обшаривали ранчо в течение нескольких часов, думая, что тебе стало плохо и ты упала где-нибудь в обморок от палящего солнца.

— Об этом я не подумала, — виновато призналась она. — И это после всего, что сделала для меня Тереза! Как ты думаешь, она когда-нибудь простит меня?

— Простит тебя? — Раф громко рассмеялся. — Она взъярилась, как черт, на меня. Она знала, что Трейси была в доме и, как и ты, сложив два и два, получила пять. То же самое и Мэтт. Ему с трудом удалось удержаться в рамках приличий. Даже эта чертова собака все время на меня рычала. А К. К. просто дал мне в челюсть.

Кит вскрикнула от этого признания и, нежно поцеловав Рафа в упомянутое место, хихикнула.

— Удивляюсь, как это он сказал тебе, где я нахожусь.

— А он и не говорил. Мне понадобилось около трех часов, чтобы убедить Филлис, что я не бессердечный подлец, а уж потом она уговорила К. К. — Раф строго посмотрел на Кит. — Знаешь, если бы я не был настолько уверен в себе, я бы мог всерьез приревновать тебя к нему.

Кит покачала головой, призывно подавшись к нему всем телом.