В одном ритме с твоим сердцем
Шрифт:
— Я вчера к ней ездила. — Живая рождественская ель стала для них традицией, счастливым воспоминанием, прошедшим через все эти непростые годы. — Наше дерево все крепче.
— Как и Стая, — сказал Нейт, вторя ее мыслям.
Она обвила рукой его талию.
— Как и мы.
Он посмотрел на нее, и нежность в его взгляде безмерно удивила
— Как будто у нас могло быть по-другому.
— Льстец.
Приподнявшись на цыпочки, Тэмми его поцеловала, думая о том, что с возрастом ее мужчина становится лишь сексуальнее. Он обладал хищной чувственной красотой леопарда в самом расцвете сил, требовавшего от Тэмми все, что она может ему дать. Она находила его неотразимым.
— Я люблю тебя.
Нейт прикусил ее нижнюю губу. Его глаза лучились истинно мужским самодовольством, когда он отозвался:
— Я знаю.
Тэмми расхохоталась. Ей потребовалось несколько лет, чтобы убедить его, что она полностью довольна жизнью. Она ни разу не пожалела о раннем браке. Ей повезло — она рано встретила свою пару.
А потом Нейт прошептал: “Навсегда”, и она снова в него влюбилась.
Удаленная сцена из двенадцатой главы
Двенадцать часов спустя, когда Нейт лежал, уткнувшись носом в шею Тамсин, зверь в нем все еще сомневался.
— Хоть ты и уехала, но недалеко.
Наверняка она хотела, чтобы он ее нашел.
— Вообще-то я собиралась в Новую Зеландию.
— Что? — Нейт вскинул голову, чтобы посмотреть ей в глаза.
Она пожала плечами.
— Мне, черт возьми, было больно. Быть рядом с тобой и не иметь возможности сделать так. — Она провела ладонями по его плечам. — Или так. — Прижалась губами к его груди. — Или так. — Потерлась ногой о его бедро — ей нравилось, как грубоватые волоски щекочут кожу.
— Так значит, в Новую Зеландию? — У Нейта стало портиться настроение. — Ты хоть знаешь, где это?
— Хватит рычать, —
Нейт только теперь понял, что леопард в нем чуть было не взял верх.
— Так что тебя заставило остаться в Тахо?
— Это все Хуанита.
— Хуанита? — моргнул он.
Тэмми кивнула.
— Я рассказала ей о своих планах, а она посоветовала мне не торопиться, чтобы мама смогла привыкнуть.
— Твоя мама? — Нейт чувствовал себя попугаем. — Она выглядела чудесно, когда устроила мне трепку.
— Правда? — нахмурилась Тамсин. — А мне она звонила вся в слезах. Поэтому я сказала, что задержусь где-то на месяц, и она, если захочет, может ко мне приехать.
Сэйди в слезах — это что-то невероятное.
— А еще, — добавила Тэмми, — Лукас заявил, что психологически не готов принять мой отъезд.
Ах, вот в чем дело.
— Здорово они нас развели.
— Эээ… что?
— Все трое сказали мне, что не знают, где ты — врали прямо в глаза. — Нейт нахмурился. — Они с нами играли.
Губы Тэмми сложились в улыбку.
— Мне ведь показалось странным, с чего бы это мама вдруг стала такой эмоциональной. Ну что ж, это они привели нас сюда — в эту постель. К этой стене. И столу.
— Полагаю, тогда мне не стоит рвать их на части, — невольно улыбнулся в ответ Нейт.
— О да, ты мыслишь в верном направлении. — Она поцеловала его грудь. — Если бы они не убедили меня остаться, пришлось бы тебе сейчас ехать в Новую Зеландию.
Нейт уловил в ее интонациях легкую неуверенность.
— Да, черт возьми, пришлось бы, — сказал он, запуская руку ей в волосы и вынуждая поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я бы тебя на краю света нашел. Так что имей в виду, если снова решишь уехать.
— Нейтан, да ты романтик, — фыркнула Тэмми. — Думаю, ты просто обязан заняться со мной любовью.
— Лучшее предложение за все утро.