В объятьях звёзд
Шрифт:
Он замечает мой интерес и смещает пальцы к армилле, мягко жмёт её, подсвечивая рисунок необычного льва и привлекая внимание незнакомца. Тянет выше и целует в запястье, касаясь кожи языком.
Заправляю за ухо волосы и взгляд опускаю, будто вправду смущаюсь.
— Поцелуй меня, — выдыхает он очень тихо в висок. Поворачиваю голову и целую. Ансер не ждёт, сам раздвигает губы и толкается языком в рот. Кусается и тут же зализывает. Поцелуй длится недолго, пока мужчины не замолкают. Тут же, оторвавшись от меня, он как ни в чём не бывало продолжает: — Цену не набивай,
Ерзаю на коленях Ансера, он замолкает, хмурится и переводит на меня взгляд. Глажу по щеке, стираю с губ помаду и разворачиваюсь лицом к Старкару. Хочу видеть его, хочу понять, насколько этот наш спектакль отдалил меня от него. Блондин переплетает наши пальцы и слегка сжимает их.
— Ты меня знаешь, в долгу не останусь… — продолжает диалог Ансер.
— Вейлой поделишься? — с каркающим смешком выплёвывает бандит неприятной наружности.
Кожей ощущаю его липкий взгляд. Резковато поворачиваюсь, заглядывая в глаза. Интересно, а молнии у голограммы появляются? Мужчина пристально смотрит на меня с застывшей кривой улыбкой. Мои «женихи» напрягаются, хватка становится жёстче. Спрыгиваю легко с колен и подхожу ближе к голограмме.
— Увы… — выдыхаю с грустью.
— Увы? — выгибает бровь со шрамом Эгорд.
— Не мой, — повторяю любимую фразу Ансера, и брюнет за спиной гогочет. А я разворачиваюсь и теперь сажусь на подлокотник к Старкару.
— Дерзкая. Повторишь при встрече? – не остаётся в долгу мужчина.
— Легко. Только боюсь, встреча эта будет последней, — опять вздыхаю и глаза закатываю. — Эти двое тиранистых гадов сказали: если молний нет, убьют любого с особой жестокостью.
— Глаза не закатывай, колючка, — тихо рычит Стар и перетаскивает меня с подлокотника к себе на колени.
— Тут этот смотрит, — возмущаюсь вполне искренне. И так ощущаю себя, будто я какая-то бандитская девочка, которую двое решили поделить.
— За такую девку не грех породниться с кесарем, — хмыкает Эгорд и бровь опять выгибает, потому что я зло смотрю на него.
— Пасть захлопни! Мира со Стервятниками не будет. Отключай, Ансер! — рубит холодом Старкар и поднимается вместе со мной.
— Блять! — ёмко, смачно и коротко выдает брюнет и отключает связь. — Стар, что ты творишь?! Он ведь почти был у нас в кармане.
Мужчина спускает меня с рук, разворачивается к племяннику и бьёт его. Наотмашь, со всей силой, кулаком прямо по скуле. Ансер, здоровенный бугаистый бандит, падает от одного удара.
— Стар! — вскрикнув, висну на его руке, надеюсь остановить от дальнейшей драки.
— Играй, но не заигрывайся, Ансер, — выплёвывает Старкар и трясёт повреждённой рукой. — Он перезвонит, и теперь я буду вести разговор.
— Он не перезвонит! — огрызается Ансер, изрыгая мат и вставая.
— Перезвонит, — убежденно замечает блондин и, грубо притянув к себе, крепко обнимает. Сама жмусь к нему. Сжимаю рубашку с силой. Такой Старкар пугает до чёртиков.
— Ты мне кость сломал! — рычит брюнет, падая в своё кресло.
— Лёд приложи, — огрызается блондин и дышит
— Запрос на связь, — раздаётся механический голос.
— Что я тебе говорил? — хмыкает Старкар и выпускает меня. — Полечи его, Лана. Вон там где-нибудь.
Похоже, у Старкара тоже какой-то свой план переговоров. Понятливо киваю, переплетаю с Ансером пальцы и утягиваю его в другое кресло. Оно чуть в стороне, возле пульта управления, но в поле видимости. Бросаю быстрый взгляд на появившуюся голограмму хмурого бандита. Просто боюсь, что этот Стервятник разозлится и угрожать начнёт.
— Признаю. Про девку был перебор, — в своей манере и сквозь зубы извиняется голограмма.
Отворачиваюсь, стараюсь не улыбаться. Глупо же.
— Аптечка там. Просто маслом обработай и норм, — шепчет Ансер.
— Нет, сиди спокойно. Удел у меня: лечить таких, как ты, — фыркаю и ухожу к шкафчикам. Нахожу аптечку вместе с полотенчиками и возвращаюсь.
Полностью переключившись на рану Ансера, не слушаю, о чём говорят двое мужчин. Хотя даже если бы и слушала, их язык не поняла бы. Незнакомый опять. Осторожно стираю кровь и слегка придавливаю, проверяя: действительно ли сломано.
— Лапуль, больно, — громче, чем нужно ноет здоровяк.
— Потерпи, львёнок. Будешь умничкой — получишь сладкое, — усмехаюсь нервно, брюнет перехватывает за талию и тянет на себя.
— Львёнок? — шепчет Ансер, пока я, пыхтя, ёрзаю, стоя коленями на его коленях. Не хочу садиться в позе наездницы. Это слишком интимно.
— Твой герб, — намекаю, откуда прозвище, и обрабатываю рану. Скула рассечена и краснота разливается. Вряд ли сломана, но, скорее всего, трещина есть. — Нужно в медкапсулу.
— Зашивай так, не лягу никуда. Давай поиграй в медсестру немного, пока Стар нам план рушит, — тихо ворчит Ансер.
Кивнув, достаю специальный степлер со саморассасывающимися скобами. Этот аппарат ещё в той, другой аптечке видела, когда Марса лечила. Пока стягиваю кожу и ставлю скобы, Ансер матерится сквозь зубы и мнёт бока. Немного болезненно. Явно останутся синяки. Но стараюсь не обращать внимания. Главное, под подол ведь не лезет. Всё почти цивильно.
— Всё, всё, пластырь заклею, — шепчу, подув на рану.
— Само искушение, — урчит брюнет, разглядывая меня и улыбаясь.
Не реагирую. Осторожно прилепив пластырь, пытаюсь встать. Но Ансер обнимает крепче и сминает губы в слегка болезненном поцелуе. Упираюсь ладонями в плечи, пытаюсь остановить, но вспоминаю про дурацкую голограмму за спиной и расслабляюсь. Играть, так играть. И пусть потом не жалуется, если его ещё раз побьют. Обнимаю сама за голову, зарываюсь в жёсткие волосы и рот приоткрываю для наглющего языка.
— Готов всегда пропускать удары, только чтобы ты меня лечила, — выдыхает в рот и вместе со мной встаёт. Перемещает руки на бёдра, сам их раздвигает, заставляя оплести торс ногами. И, не прерывая поцелуй, проходит мимо голограммы в сторону выхода из центра управления.