В объятиях ветра

Смолл Бертрис

Он взял Скай за руку, и они пошли прочь.

– Риордан, вернись, давай поговорим… Я думаю, мы сможем что-нибудь придумать. Может быть, сойдемся на чем-нибудь, на нескольких головах скота или на большом участке долины Долгой Луны для твоей индианки.

Мэтт развернулся.

– Ты говоришь о сделке? Лоринг кивнул.

– По правде говоря, я не очень люблю такие вещи. Я подумал, как неприятно будет узнать Элизабет, какой ты на самом деле. У тебя ведь никого нет, кроме нее, не так ли? Ты же знаешь, что, если ты сделаешь это, начнется крупный судебный процесс, и она наверняка приедет в Вайоминг, чтобы быть с тобой. И тогда се муж узнает всю правду, а это может так сильно расстроить

его, что он разведется с ней и лишит се всего, даже детей не пожалеет. Тогда она возненавидит тебя, и ты действительно останешься один. Но если ты подпишешь признание, то все закончится быстро, и тогда, возможно, ей не придется выслушивать неприятные подробности. Ты даже сможешь сказать ей, что тебя ложно обвинили, и она, возможно, даже поверит тебе.

Мэтт снова потянулся к карману, чтобы достать блокнот и карандаш.

– Ну что, передумал?

– Иди к черту, Риордан, – пробурчал Лоринг. – Я не подпишу твое вонючее признание.

Вдруг Лоринг со всей силы ударил лошадь ногами. Лошадь вздрогнула и встала на дыбы. Веревка натянулась и выдернула Лоринга из седла.

Мэтт бросился вперед, чтобы поддержать падающее тело, но увидел, что горло Лоринга уже крепко перетянуто. Он был мертв. Мэтт глубоко вздохнул и оставил тело, которое раскачивалось, как маятник, а веревка, соприкасаясь с веткой старой сосны, издавала противный скрип.

Он хотел, чтобы все это произошло не так, но правосудие свершилось. И, может быть, так и должно было случиться.

В тени орлов

Встретимся мы с тобой.

22

Мэтт заключил Скай в свои объятия, закрывая от нее тело Лоринга. Они приникли друг к другу и так застыли на несколько мгновений, даря друг другу тот покой, о котором они мечтали. Скай положила голову Мэтту на грудь, и он почувствовал, что силы оставили ее. Это было неудивительно после всего того, что она пережила. И теперь, когда опасность миновала, им обоим надо было хорошенько отдохнуть. Мэтт посадил свою любимую на бревно и сел рядом, нежно обняв ее. Эсуп свернулся калачиком у их ног, положив голову на лапы, стараясь копировать их поведение. Мэтт, да, казалось, и Эсуп тоже слушали подробный рассказ Скай о том, что произошло после того, как они расстались.

– Все кончено, Мэтт, – прошептала она, заканчивая свой рассказ. – Все позади.

Мэтту вдруг стало не по себе. Ему показалось, что что-то погибло в ней вместе с их мучителями. Что бы это ни было, но подавленность Скай была гораздо сильнее, чем просто физическое или душевное изнеможение.

Мэтт приподнял ее подбородок и заставил Скай посмотреть на себя. Ему было бы легче увидеть слезы, чем пугающую пустоту в глубине темных глаз своей любимой.

– Что с тобой, Скай? Что-нибудь случилось? Мэтт увидел, как огонек жизни загорелся в ее глазах, когда он ласково обратился к ней, но почти сразу же ее взгляд потемнел, и это напоминало ему ночное небо, на котором нет ни звездочки. Мэтт поневоле начал бояться, несмотря на то что она ему сказала, что Уэлч все-таки сделал с ней, что собирался. Скай продолжала монотонно:

– Я осталась совсем одна.

Через несколько долгих мгновений она положила голову Мэтту на плечо. Его очень обеспокоили ее слова. Он пытался успокоить ее, гладил по волосам и по спине, целовал се в лоб. Вполне естественно, что она вновь переживала потерю своей семьи.

Вдруг Скай разрыдалась.

– Эти воспоминания невозможно вынести! Мэтт не успел остановить се. Она вскочила и побежала в лес, чтобы укрыться в тени деревьев,

где она сможет спрятать от него свое горе и страдать в одиночестве.

– Вернись, Скай! – кричал ей вслед Мэтт. – Давай поговорим!

Она скрылась в тени большой сосны. Он с трудом различал ее силуэт под покровом ночи. Но вдруг Мэтт увидел, как Скай вытянула вперед руку, и он резко попятился назад.

– Теперь я должна идти, Мэтт. Пожалуйста, не ходи за мной.

– Скай! Ты все еще не веришь, что я не участвовал в этом деле с Уэлчем?

– Да нет. Я верю, что ты не виновен так же, как и я. Но я должна вернуться в горы, жить одна. И найти успокоение. Это единственный выход для меня.

Мэтт снова шагнул в ее сторону, но она опять вытянула руку, чтобы он не мог подойти ближе, и он повиновался ей.

– Я ничего не понимаю, Скай. Почему? Я думал, что ты поедешь со мной. Мне надо уладить это дело в городе с шерифом и помочь ему разыскать оставшихся преступников, которые все еще ищут тебя в горах, а потом мы сможем быть вместе. Я вернусь в горы вместе с тобой.

– Нет. Я… не хочу, чтобы ты это делал. Мне надо побыть одной после… того, что случилось.

– Скай, то, что произошло, никак не зависело ни от тебя, ни от меня. Мы боролись за свою жизнь. Нам больше ничего не оставалось. А что касается Лоринга, то он оказался бы рано или поздно в петле, и он сам это прекрасно знал. Он предпочел избежать унижения.

– Ты ничего не понимаешь, Мэтт! Я была причиной всех этих смертей и всего остального. С самого начала все это произошло из-за меня.

Моя семья из-за меня погибла. Монти из-за меня погиб. Даже эти… – Она указала на лежащие тела. – …умерли из-за меня. Дом моего отца и матери сейчас горит. Балкин и Уэлч мертвы. И все это из-за меня.

– И из-за меня, – сказал Мэтт, разозленный из-за такого самобичевания. – В том, что произошло тогда и теперь, твоей вины не больше, чем моей в том, что случилось в Техасе и теперь в этом лесу. Все это произошло, потому что Лоринг хотел управлять всеми и вся, но зашел слишком далеко, пытаясь управлять жизнью сына. Он зашел слишком далеко, пытаясь управлять жизнью Элизабет десять лет назад. Все это произошло из-за жадности и похоти Уэлча. Он виноват во всем так же, как и Лоринг. Тебе придется смириться с этим, Скай. Ты не можешь убежать от этого. Ты должна принять все как есть, а не убегать от реальности. Ты была сильной, и ты выжила.

– Нет, я выжила, потому что убежала, – сказала Скай – Мне надо было остаться и помочь матери. Сколько стоит моя жизнь теперь, когда я знаю, что все они мертвы, а на их месте должна была оказаться я! Господи, почему же я не умерла?!

– Перестань! Не говори так! Ты дважды спасла мне жизнь. Я люблю тебя, – произнес Мэтт уже мягче. – Я останусь с тобой и помогу преодолеть все трудности. Мы начнем вместе все заново. Мы поженимся, и у нас будут дети.

Теперь, когда он обнажил перед ней свою душу и поделился своими самыми сокровенными мыслями, даже несмотря на то что сделал это с излишней уверенностью, он очень боялся, что она откажет.

У Скай потекли слезы, но ее глаза предупреждали его, умоляли не подходить ближе, не прикасаться к ней снова, а оставить се наедине со своей болью, которую она успокоит сама, как умеет. Казалось Скай решила не прощать саму себя и не поддаваться никаким убеждениям.

– О Мэтт, – беспомощно воскликнула она. – Неужели ты не понимаешь? Я не достойна твоей любви!

– Что ты говоришь, Скай. Не уходи. Не убегай, когда мы так нужны друг другу. Тебе опасно возвращаться туда. Тем людям приказано убить тебя. Поедем со мной обратно в город. Я сниму номер в гостинице и оставлю с тобой человека, который будет смотреть за тобой, пока все не уладится.