В объятиях палача
Шрифт:
Девушка воспользовалась моментом, когда Звягинцев отвернулся к машине, чтобы открыть дверь. И дёрнув руку, Лера высвободилась и собралась бежать, только вот на полпути её снова остановили и дёрнули назад. В полёте девушка схватила стеклянную бутылку из-под пива, которая лежала на крышке мусорного бачка и ударила своего обидчика бутылкой.
Все произошло так быстро и неожиданно, что Лера не поняла, куда попала, но мужчина осел на корточки и застонал от боли.
– Сука! – прошипел он, но так и не поднялся, держась ладонями за голову.
И от игравшего в крови адреналина, Лера рванула изо всех сил и побежала в сторону дома. Сейчас
– Я тебя найду, сучка! Ты у меня ещё ответишь за то, что сделала! – кричал он ей вслед. Но сейчас её мало волновало, что он её найдёт. Главное, что сейчас не сделал ей плохо, а что будет потом… Это будет потом, и она разберётся.
Она бежала изо всех ног, не останавливаясь. Морозный ветер хлестал её по щекам, а в голове стоял звон, от которого девушка ничего не слышала. Остановилась только тогда, когда подбежала к дому. Запыхавшаяся, дрожащими руками набрала номер домофона и скрылась за дверью подъезда. Прислонилась к железной двери и попыталась выровнять своё дыхание, но получилась не особо хорошо. И тогда, расстегнув на себе куртку, она поднялась на свой этаж. Открыв дверь квартиры, она услышала множество мужских голосов, доносившихся из кухни. Осторожно, чтобы никто не заметил, прошла в свою комнату и заперлась на все замки.
Видимо оттого, что шок прошёл, из глаз потекли горькие слёзы. Скинув с себя куртку с сапогами, она прислушалась к скрипучему полу, от которого раздался звук прямо за её дверью.
– Эй, мелкая, пришла? – голос Миши звучал пьяно. Брат практически не владел своей речью. Брат стукнул кулаком по двери. – А ну открой!
Лера хотела отмолчаться и тихо отсидеться в комнате, но удары продолжились, и, кажется, к брату присоединился кто-то ещё.
– Открывай, я сказал! А иначе выбью эту грёбаную дверь и отдам тебя своим друзьям на развлечение! – кричал тот возмущённо за хлипкой дверью, и кто-то довольно присвистнул сказанным им словам.
Лера молчала. Придвинула к двери кресло, которое вряд ли могло спасти девушку.
– Я сказал, открой, сучка грёбаная, когда тебе приказывает брат!
– Миша, уйди, а то я вызову полицию! – вырвалась у неё протяжная мольба. Но она и её брат прекрасно знали, что Лера никого не вызовет. Она будет терпеть до последнего, и даже когда иссякнут силы, она всё равно будет терпеть, но не сдаст брата. Ведь каким бы он ни был, он брат, и она не причинит ему вреда.
Забралась в кресло с ногами и тихонько всхлипнула, дрожа от страха. От усталости тело девушки не слушалось, оно было ватное. Послышался ещё ряд ударов, от которых дверь предательски содрогалась. Казалось, ещё чуть-чуть и она разлетится в щепки. Удары продолжались ещё несколько минут, и кто-то из закадычных друзей брата оттащил его от комнаты сестры, уводя на кухню.
– Сколько это ещё может продолжаться? – прошептала себе еле слышно.
Я сидела в кресле с поджатыми ногами и глотала слёзы, пытаясь не реветь в голос. Устала. Морально устала бороться за своё существование. Уйти? А куда? Я никому не нужна. Да и идти-то мне некуда. Нет денег, чтобы даже захудалую комнатушку с тараканами снять или перекантоваться первое время. Брат, как чувствует, когда у меня появляется хоть одна
Почему он стал такой? Неужели он настолько слаб, что смерть близких сделала из него примата? Но я держусь, хотя я младше его и слабее. Прислушалась ещё раз к звукам. Стало тихо. Видимо, куда-то все ушли. Слезла с кресла и пошла на кровать. Легла на неё, не расправляя, и тут же уснула.
Глава 3
Лера
Распахнула глаза от звука будильника и простонала. Голова после ночных рыданий раскалывалась от ужасной боли. Быстро проморгалась. В комнате стоял полумрак, за окном ещё темно и только уличный фонарь освещает спальню. На часах семь утра. Сколько смогла поспать? Час? Два? А к девяти утра на работе нужно быть как штык. Лёжа в своей кровати, Лера прислушивалась к тишине за дверью, которой порой так не хватало. Брат храпел в соседней комнате, а это значит, что он не заметит её, и девушка сможет нормально принять душ и позавтракать.
Отдирая себя от кровати, Лера с горем пополам смогла встать на ноги и двинулась к двери. Как можно тише она отодвинула кресло, которое вчера служило ей защитной стеной и, щёлкнув замком, вышла в коридор. Она сделала пару шагов по направлению к ванной комнате и замерла на месте, смотря в проём кухни, где царил беспорядок. Пытаясь не заострять на этом внимания, она всё-таки прошла в ванную и как можно быстрее приняла душ и пошла на кухню.
Пару раз она запнулась о валяющиеся на полу бутылки из-под водки, которые приглушённо звякнули при этом. Каждый раз, когда она запиналась, не видя бутылок, думала, что брат сейчас прибежит к ней разгневанный разбираться, но ничего из этого не последовало. Девушка поставила старенький железный чайник на конфорку плиты. Желудок громко заурчал, говоря о своём недовольстве. Есть хотелось ужасно. Со вчерашнего утра ничего из еды в рот не брала. Заглянула в проржавевший холодильник в надежде отыскать там хоть немного еды, но всё было тщетно. Там не было ни крошки.
Вспомнила, что тётя Галя перед уходом отдала ей пачку заварного печенья, и на душе стало теплее. Быстрее бы дождаться, когда закипит чайник, и она сможет немного поесть. Лера развернулась лицом к окну, смотря на улицу, где перед окошком расположилась заснеженная детская площадка, на которой они с братом в детстве когда-то играли. На лице появилась мимолётная улыбка, которая тут же померкла. Жаль, что у нас нет функции «вернуть время вспять», было бы куда проще жить.
Шум кипящего чайника отвлёк девушку от приходящих мыслей, и Лера, выключив газ, налила себе в стакан растворимого кофе и ушла в спальню. После того, как выпила горячий напиток с вкусным печеньем, она оделась и пошла на работу. Несмотря на восемь часов утра, на улице было ещё темно и, пряча свой нос в тёплый колючий шерстяной шарф, Лера всё больше прибавляла шаг, чтобы быстрее оказаться на работе и хоть немного согреться.
Подходя к зданию кафе, она заметила у чёрного хода лежащую пивную бутылку, которая была её вчерашним орудием, и перед глазами вспыхнули картинки прошедшего вечера. Тело её дёрнулось, как от удара током, а в горле появился противный горький комок, который всё никак не хотел проглатываться. И снова эти тёмные изумрудные глаза, кривая усмешка, срывающаяся с мужских губ. Будто и не было ночи и всё это случилось только что. Стоило девушке перешагнуть порог здания, как она услышала в конце коридора голос её директора.