В объятиях бодигарда
Шрифт:
Моя последняя реплика не произвела на мою собеседницу никакого впечатления.
— А кто может подтвердить, что ты не убивала Купера? — с ядовитой въедливостью спросила Эльза.
— Лепилины.
— Вот так свидетели! — пренебрежительно хмыкнула она, вытирая слезы.
— Эльза, я не ругаться с тобой пришла, а еще раз поговорить о Катерине.
Эльза непонимающе посмотрела на меня.
— Автандила нет в живых, и я подумала, что, возможно, теперь ты сможешь быть более откровенной…
— Вы с Лепилиными всех используете к своей выгоде, — язвительно
Видно, устала плакать, проклинать, ломать голову, противоречить…
— Автандил знал, что Катерина работала на Лепилина? — повторила я вопрос, который уже задавала ей в Чардыме.
— Знал и бесился, — выдавила из себя Эльза. Или она совсем сникла и поддалась нажиму, или ее потянуло на откровенность, или Эльза просто хотела побыстрее избавиться от меня.
— Когда он узнал об этом?
— Где-то неделю назад… — устало выдохнула она.
— Каким образом?
— Ему кто-то позвонил и, не представляясь, сказал, что Катька — агент Лепилина. Он сначала не поверил, а потом… Кажется, это во вторник было… — Эльза наморщила лоб, припоминая точную дату. — Да, да, он еще злой как бобик был, когда доказательств раздобыл. — Она растерянно посмотрела на меня, а потом, опустив глаза, по-детски спросила:
— Ты правда его не убивала?
Будь обстоятельства не такими серьезными и не знай я, кем была на самом деле Эльза, меня бы бесконечно тронула подобная наивность.
— Кого? Купера?
— Нет, Автандила, — смущенно произнесла Эльза.
— Бог с тобой, ты, наверное, на солнце перегрелась! Мы же с тобой вместе в Чардыме были… И потом, я ведь не какой-нибудь секретный агент или наемный убийца, я — телохранитель и детектив по совместительству. Автандил мне нужен был живым. Он был ниточкой, которая могла привести меня к Висловой. Зачем мне было его убивать? — я проникновенно посмотрела ей прямо в глаза. — А Купер погиб только по своей вине, вернее, по своей глупости. Он явился со своими «мушкетерами» в больницу к Лепилину-старшему, чтобы расстрелять его, если он откажется делиться с его бандой. А я в тот момент была там и, поняв, что пахнет жареным, отобрала оружие у этих молодчиков. Так что ни я, ни Лепилины тут ни причем.
Эльза подавленно хранила молчание. Видимо, она наконец-то поверила мне, хотя верить в это ей совсем не хотелось.
— Что же ты от меня хочешь? — беспомощно спросила она, виновато глядя на меня вновь заблестевшими от слез глазами.
— Мне нужно…
В этот момент я увидела, как Эльза неохотно и торопливо кивнула на молчаливое приветствие невысокого худощавого брюнета, садящегося за стол к бритоголовому мордовороту, жравшему пельмени. В жестах брюнета сквозила какая-то надоедливая нервозность. У него было интеллигентное лицо, высокий лоб, густые волнистые волосы, красивые миндалевидные глаза и крупный, мягко очерченный рот.
Помимо лихорадочно нервозных жестов и развинченной походки в нем неприятно поражал беспокойно бегающий взгляд. Обычно большим черным глазам свойственно таинственное очарование подернутой
— Знакомый? — полюбопытствовала я, наблюдая за брюнетом.
— Помнишь, я тебе говорила о богатом Катькином друге? Это тот самый Вячеслав.
Я вспомнила, как Эльза пренебрежительно отзывалась о нем, и не могла не удивиться такой оценке: друг Катерины был симпатичным малым, да еще при деньгах! И тут меня осенило: Эльза каким-то подспудным женским чутьем уловила присущую ему нервную суетливость. А потом этот неуловимый бегающий взгляд…
— Так вот, — я тихо кашлянула, возвращая Эльзу к Прерванной беседе из состояния рассеянной задумчивости, — мне нужно осмотреть дом Автандила.
— Это еще зачем? — воскликнула она.
Я не стала ей говорить, что все еще подозреваю Варази в убийстве Катерины и надеялась в его доме обнаружить какие-нибудь доказательства, подтверждающие мою гипотезу.
— Ну, — произнесла я, — это долго объяснять.
— Ну, хотя бы в двух словах, — настаивала Эльза.
— Если в двух словах: я думаю, что исчезновение Катерины напрямую связано с ее работой в «Дионисе». А Варази все-таки был там не последним человеком… Понимаешь?
— Лепилин тоже там, не последний человек, — парировала Эльза.
— Лепилин, между прочим, и поручил мне разыскать Катерину.
— Хорошо, — она вдруг как-то вся подтянулась, и в ее глазах запрыгали «чертики», — у меня есть ключи от дома Автандила. Только я их тебе не дам.
— Но Эльза… — пустилась было я в уговоры, но она не дала мне договорить.
— Если хочешь осмотреть дом, поедем туда вместе.
По ее решительному виду поняв, что она не откажется от своей идеи, я согласилась.
— Пойду приведу себя в порядок, — Эльза поднялась из-за стола и направилась к боковому проходу.
Я осталась в одиночестве, и тут мне в голову пришла одна идея. А что если…
Виляя бедрами из стороны в сторону, я неторопливо направилась к бару. Кстати, я забыла сказать, что, собираясь в ресторан, экипировалась соответствующим образом.
На мне было асимметричное, в обтяжку, серебристое платье, открывавшее левое плечо и с разрезом почти до самого бедра. На ногах — изящные туфли на высоком каблуке. Довершала ансамбль маленькая кожаная сумочка на тоненьком плетеном ремешке, в которой, кроме туши и помады, уместился мой «макаров».
Направляясь к бару, — я заметила, как этот Слава начал пялиться на меня. Я заказала апельсиновый сок и, возвращаясь, споткнулась. Стакан выпал у меня из рук, и его содержимое выплеснулось точнехонько на светлые брюки Славы.
— О, простите, ради бога, я такая неуклюжая, — изобразив растерянность и сожаление, я схватила со стола несколько салфеток и начала лихорадочно промокать расплывшееся огромное пятно, оставленное соком, — сейчас я все исправлю.
Когда я начала тереть салфеткой брюки Славы, раздражение и недовольство на его лице сменились выражением неловкости и досады.