В никуда

Демилль Нельсон

Мы подошли к платформе, Сьюзан показала женщине на контроле два билета и обменялась с ней несколькими словами. Потом дала доллар, и контролерша махнула нам рукой.

Мы поспешили по платформе.

– Девятый вагон, – сообщила Сьюзан. – Как назло, в противоположном конце состава.

Мои часы показывали двенадцать минут одиннадцатого. И кондуктор уже кричал по-вьетнамски, чтобы пассажиры занимали места. Его речь звучала настолько забавно, что, будь я в хорошем настроении, непременно бы посмеялся.

Вот и вагон № 9. Я закинул чемодан

на площадку, вскочил сам, втянул Сьюзан и стоял, тяжело дыша, потея и отдуваясь. Кондуктор крикнул в последний раз, двери закрылись, и поезд тронулся в путь, все быстрее и быстрее удаляясь от вокзала.

– Сколько я вам должен за билет? – спросил я Сьюзан.

– Потом рассчитаемся, – улыбнулась она.

– Вот уж чего не ожидал, так не ожидал.

– Прекратите. Вы же шпион. Вы видели, что я одета не для работы. Я не выпускала билеты из рук. Уже позвонила в консульство. Перестала проситься поехать вместе с вами. Вызвалась провожать вас на вокзал. Заранее уложила ваши вещи в багажник такси и спрятала там свои. Что из этого вы заметили в первую очередь?

– Все.

– Тогда не притворяйтесь.

– Хорошо.

– Хотите, чтобы я отвязалась?

– Да.

– Хорошо. Я пробуду в Нячанге несколько дней, а потом вернусь в Сайгон.

– Вы заказали гостиницу?

– Нет. Разберемся на месте. Может быть, остановимся в той, куда вы ездили на побывку, если она еще существует.

Я выглянул из тамбура в вагон: все пространство было забито людьми, багажом, ящиками – буквально всем, не было только скота.

– Давайте лучше постоим здесь, – предложил я.

– До Нячанга четыре или пять часов, – ответила Сьюзан. – Сейчас купим два места.

Поезд проезжал по северным окраинам Сайгона, и я заметил, как в небе на посадку заходил "МиГ". Видимо, на бывшую американскую авиабазу Бьенхоа – мой второй дом, пока я находился вдали от собственного дома.

В тамбур вышел кондуктор. Сьюзан отсчитала ему двенадцать долларовых бумажек, и он удалился.

– Он все устроит, а сдачу возьмет себе.

Рельсы повернули на восток, к побережью, а за окном все еще катился Сайгон – маленькие домики, не больше чем убогие хижины. Я вспомнил 1972 год. Тогда из деревень в относительно безопасный город нахлынул почти миллион людей.

– Мне в самом деле очень нравится взморье, – объявила Сьюзан. – У вас есть купальный костюм?

– Обязательно. Когда шпики роются в твоем чемодане и находят плавки, им начинает казаться, что ты обыкновенный турист.

– Вы, шпионы, все такие умные.

– Я не шпион.

– Ну конечно, конечно. А я, как видите, еду налегке. Всего на несколько дней. Только купила купальник. На пляже так чудесно.

– А пляж, конечно, топлес.

– Одно и то же на уме, – улыбнулась она. – Нет, здесь такое не пройдет. Вьетнамцы не поймут. И все же на Вунгтау есть уединенные местечки, где французы купаются и загорают нагишом. Но если застукает полиция, у вас будут неприятности.

– Вас уже

ловили?

– Я ни разу не появлялась топлес или нагишом. Хотела бы, но я здесь живу и не могу на все плевать. Значит, вы ездили в Нячанг на побывку?

– Да. В шестьдесят восьмом. Погода была чудесной.

– А я считала, что в увольнительную вас вывозили из страны.

– В Нячанг на три дня посылали отличившихся.

– Ясно. И чем же отличились вы?

– Придумал новый рецепт соуса чили.

Сьюзан помолчала.

– Надеюсь в следующие несколько дней вы расслабитесь и расскажете мне, что вам пришлось испытать во Вьетнаме.

– А вы, – отозвался я, – расскажете, почему сюда приехали и почему здесь живете.

Она не ответила.

Поезд уже шел по другому берегу реки Сайгон – мимо деревень и рисовых полей. Я повернулся к Сьюзан. Она смотрела на меня. Мы улыбнулись.

– Что бы вы делали без меня?

– Понятия не имею. Выясним после того, как вы возвратитесь в Сайгон.

– После трех дней со мной научитесь всему.

– После трех дней с вами мне будет причитаться трехдневная увольнительная.

– Для такого старикана вы неплохо сохранились. Плаваете?

– Как рыба.

– Любите гулять?

– Как горный козел.

– Танцуете?

– Как Джон Траволта.

– Храпите?

Я улыбнулся.

Поезд все быстрее удалялся от Сайгона, от нового Хошимина, на север, в Нячанг, обратно, в май 68-го.

Книга III

Нячанг

Глава 16

Кондуктор провел нас на свободные места, которые нам уступили два вьетнамских паренька. Я забросил чемодан на верхнюю багажную полку, сел, а сумку засунул под сиденье. Сьюзан устроилась рядом у прохода и зажала рюкзачок между ступней.

Скамья оказалась деревянной, и перед ней хватало места только для безногого. По ширине нам было как раз, но на других скамьях сидели, как правило, по трое, да еще с детьми и грудничками на коленях.

Мы сидели справа по ходу состава и с определенного времени могли наслаждаться видом на Южно-Китайское море. Кондиционеры отсутствовали, но несколько окон были открыты, и установленные по углам маленькие вентиляторы постоянно гоняли по вагону сигаретный дым.

– Может, лучше стоило нанять машину с водителем? – предположил я.

– Шоссе номер один в проблематичном состоянии, – ответила Сьюзан. – И к тому же вы получаете отличный опыт.

– Спасибо, что беспокоитесь о развитии моей личности.

– На здоровье.

– А что сюда привлекает юных рюкзачников? – спросил я.

– Вьетнам – дешевая страна. Секс, наркотики. Очень притягательно.

– Понятно.

– Молодежь общается друг с другом по Интернету, в результате здесь сформировался горячий район.

– Он был еще горячее, когда нас отправили сюда. Только не пойму, почему их тянет в тоталитарное государство.