В ловушке

Гонсалес М. А.

На дубовом полу лежал темный ковер. Под большим окном, выходящим во двор, стоял темно-коричневый диван, а слева от него – такое же кресло. Перед диваном красовался кофейный столик из красного дерева.

У дальней стены возвышался большой камин с простой чугунной решеткой, заполненной дровами. Каминную полку украшали несколько фигурок волков и пара семейных фотографий. В декоре преобладал мужской стиль, но было уютно.

– Сливки, сахар? – глубокий тембр прервал от разглядывания интерьера.

– Просто

черный, – расстегивая молнию на куртке, Гвен в миллионный раз задалась вопросом, почему просто не уволилась. – Метель началась внезапно? – спросила она, когда Джейкоб вышел из кухни с двумя чашками.

Он покачал головой.

– Мы узнали о ней несколько дней назад, – сказал Мастерс, протянув ей чашку с горячим напитком, затем, отхлебнув из своей, продолжил, – в этом и есть проблема приложений погоды, они дают неточную информацию.

– Прекрасно, – Гвен пристально посмотрела на Мастерса поверх чашки. – Вы всегда себя так ведете?

Он рассмеялся. Смех был насыщенным и глубоким, Гвен понравилось его звучание больше, чем она хотела признавать.

– Моя сестра сказала бы «да».

– Вы не особо этим расстроены, – фыркнула девушка.

– Нет, – он лучезарно улыбнулся. – Как сказал моряк Попай: я такой, какой есть.

– Похоже на то, – Гвен сделала глоток кофе, чтобы скрыть улыбку. Она вынуждена была признать это, и не только потому, что у Джейкоба было потрясающее тело, потрясающие татуировки или настолько голубые глаза, что в них можно было потеряться. Нет, в его поведении что-то привлекало внимание, даже когда он был требователен и резок.

– Ну, мисс Монтойя, вы меня раскусили, теперь не хотите ли ответить на мой вопрос?

– Можно просто Гвен, – слыша свою фамилию, девушка всегда чувствовала себя злобной старушкой. Но сейчас, когда Джейкоб Мастерс произнес ее своим глубоким голосом, девичьи прелести затрепетали. – И отвечая на ваш вопрос, я здесь по поручению своего босса.

– Марджори, значит, – он цокнул, подошел к дивану и сел. – Ну и стерва.

Гвен не могла с этим не согласиться, но почувствовала желание заступиться за начальницу.

– Это не ее вина. Ваши произведения очень популярны, каждый агент и издатель жаждет заполучить их в свои руки, – Гвен пожала плечами. – Марджори просто делает свою работу.

– Интересно.

Девушке не понравилось, с какой интонацией Джейкоб произнес это слово.

– И что это значит?

– Ты понятия не имеешь, что происходит, – он осмотрел Гвен сверху вниз, когда она подошла и села перед ним на диванчик.

– О чем вы говорите?

– Мой контракт закончился, милая Гвен. Я больше не работаю в литературном агентстве Браун.

– Что? – она покачала головой. – Но этого не может быть!

– У нас с Марджори было немало разногласий на протяжении многих лет, но последний год выдался хуже всех предыдущих, –

красивое мужское лицо стало серьезным. – Я не люблю, когда со мной разговаривают или обращаются так, словно я ничего не понимающий маленький мальчик.

Закатив глаза, Гвен кивнула.

– Она всегда так делает.

– Писательство – мой бизнес, и я сам отвечаю за свои дела. Марджори много раз подвергала сомнению мои решения, и мне постоянно приходилось ей напоминать, что это она работает на меня. Ну, и в итоге мне надоело.

Гвен попыталась осмыслить объяснения Мастерса и внезапно ее осенило.

– Вот же сучка! – Гвен вскочила на ноги. – Поедешь, заберешь рукопись и получишь повышение! Оказывается, никакого повышения не будет!

Джейкоб нахмурился, упершись локтями в колени.

– Что?

– Она рассчитывала, что вы просто выгоните меня, и я вернусь, поджав хвост. Ни рукописи, ни повышения. Застряла бы в качестве ее помощника до конца времен.

– Она обманом заставила тебя приехать сюда?

Гвен покраснела от ярости.

– Да.

– Почему?

– Потому что я чертовски хороший помощник.

– Если бы я отправил тебя отсюда ни с чем, ты бы сдалась?

– Черт возьми, нет, и это лишь доказывает, что после шести лет совместной работы она меня совершенно не знает, – Гвен поставила свою чашку на стол, собираясь поделиться с Марджори своими мыслями, как только появится связь на мобильном. – Мне пора.

– Да ладно, – Джейкоб приподнял бровь, откинулся на спинку дивана и насмешливо посмотрел на девушку.

– Что? – Гвен захотелось стереть ухмылку с его лица.

– Ты никуда не поедешь.

– Я... я... – в голове не было ни одного разумного ответа, потому что мужчина был прав, Гвен не могла уехать в такую погоду.

– Джейкоб... Джейкоб, это Билл. Прием, – из дальней части хижины доносились прерывистые, мало различимые слова.

Джейкоб поднялся на ноги, и Гвен сердито посмотрела на него.

– Эй, не брызгай тут своим ядом. Не я отправил тебя сюда, – Мастерс усмехнулся и направился в комнату, в которой находился радиоприемник.

Гвен последовала за ним. Скорее всего, кто-то пытался сообщить, что метель скоро закончится, и у нее появится шанс уехать отсюда. Если так, то Гвен им воспользуется, потому что лучше уж поехать в метель, чем находиться в одном помещении с раздражающим и сексуальным мистером Мастерсом.

– Джейкоб, ты здесь? Прием.

– Я здесь Билл. Прием, – Джейкоб наклонился, положив левую руку на большой дубовый стол, взяв в другую радоприемник. Пряди темно-каштановых волос небрежно упали на лоб мужчины. Гвен прикусила губу и официально признала: хозяин хижины был чертовски горяч.