Шрифт:
Мила шла по тропинке к колодцу – каждое утро она сама приносила в дом два ведра с водой. Это не было в тягость, скорее наоборот, с тех пор как мама слегла с болезнью, забота о доме и младших сёстрах стала внутренней необходимостью и естественным желанием девочки.
Едва поравнявшись с забором, Мила остановилась. Их родной, перекошенный от времени
– Здравствуй, Мила! – голос незнакомки звучал мелодично как самая прекрасная музыка.
– Здравствуйте! – девочка совсем не удивилась, что услышала своё имя.
– Мать скоро уйдёт из жизни. Тяжело тебе будет с сёстрами, – сказала женщина.
Мила и сама это знала. Внутренняя чуткость и интуиция часто подсказывали девочке события будущего. В этот раз интуиция подсказывала, что «ведьма» как называли эту женщину в округе и, которую боялись в деревне, на самом деле не такая уж и страшная. Более того, ей можно доверять.
– Милка! Не дури! Иди домой! – крики матери заставили Милу вздрогнуть, но не уйти.
Девочка взяла на руки котёнка, который начал было играть с длинными каштановыми волосами женщины, струящимися до самой земли.
– Можешь звать меня Медея, – представилась красавица, и, сделав паузу, сказала, – Я живу в лесу, недалеко от деревни. Пойдешь ко мне жить?
Мила наморщила лобик и ответила не сразу:
– Как же я уйду? Я люблю свою маму и сестёр. Знаю, что сложно будет после смерти мамы – сёстры воспринимают меня только как прислугу. Но я не могу их оставить.
– Если ты так решила, то так и будет, – сказала Медея, – но, мой тебе совет: подумай хорошенько! Я приду к тебе через неделю в это же самое время. Отвечу на вопросы, если они появятся, и заберу с собой, если вдруг передумаешь.
После этих слов женщина стала подниматься всё выше и выше и полетела в сторону леса так же лёжа на боку. Длинное платье лазурного
А по деревне там и тут слышались крики:
–Ведьма! Ведьма летит! Прячься скорее!..
***
Неделя прошла в повседневных делах. Мила ни разу не засомневалась в своём решении остаться. Единственное, что хотела попросить девочка – научить исцелять болезни. Ведь заветное желание малышки – чтобы мама могла остаться жить. Ради этого даже гордость, так свойственная малышке от природы, отступала, позволяя попросить о помощи.
В назначенное время ведьма ждала девочку на том же месте и в той же позе:
– Мама ругала?
– Да, немного. Ну и пусть, главное, что ей лучше: она ходить начала! Только, говорят, что это ненадолго – ей мало жить осталось… – Мила всхлипнула, но слёзы, царапавшие горло, сдержала, – вы можете мне помочь? Я хочу исцелять болезни. Тогда и маму свою вылечу!.. Я даже готова с вами в лес идти, если это для дела нужно. И плату любую назовите. Я вырасту и всё отдам!
Ласковая улыбка заиграла на губах Медеи:
– Мне не нужна плата. Я тебя бесплатно научу всему, что знаю, – вижу у тебя доброе и искреннее сердце, а это важно для целительства. Но насколько ты освоишь мою науку – будет зависеть от тебя! Уйти сможешь в любое время – держать тебя не стану. Бери все необходимые вещи и пойдём!
Спустя 15 минут Мила была готова. Небольшой брезентовый рюкзак – вот и все пожитки. Медея, вольная и грациозная, стояла у калитки и ждала. Девочка уверенно вложила маленькую мокрую ладошку в руку ведьмы, и обе направились через главную улицу к лесу.
Мать стояла у калитки. Соленые слезы катились по щекам и падали на землю. А её голос, уже громкий и сильный, звучал на всю деревню:
– Милка! Что же ты делаешь! Вернись! Пропадёшь!
На сердце у девочки было нелегко. Она объясняла маме, что это только ради неё, да всё без толку!.. Мать и слушать ничего не хотела, только повторяла: «От ведьмы держись подальше!»
Конец ознакомительного фрагмента.