В лабиринте версий

Михайлов Валерий

Но, если бы авторитетные люди, в свое время, сообщили тебе, что Земля плоская, а мир в руках сатаны и потому все говорят, что она круглая, и по телевизору показывают сварганенные в кинопавильонах фильмы, ты бы ни за что не поверил в то, что она Круглая. Причем, ты бы даже не стал бы и пытаться что-либо измерять. Ведь, так?

– Так, – согласился с ней Трубопроводов.

– Вот на этих, поистине общечеловеческих качествах, и играют долои.

– Долои? – переспросил Трубопроводов.

– Долои, – повторила Кобыла, –

это такие человекообразные люди, которые поклоняются Догме, независимо от её содержания, и готовы убить любого, кто с ней не согласен. Любое мыслящее существо они считают врагом и набрасываются на него с криком: «Долой!». Это они распяли Христа, а уже их дети кричали «Долой!» с его именем на устах. Это они превратили науку в новую инквизицию. Это они придумали политкорректность и цензуру. Это они борются за нравственность. Везде, где есть нетерпимость и навязывание своего видения мира, там правят долои. Хуже всего то, что это даже не заговор – заговору можно противостоять. Это поведение свойственно природе самих долоев, и здесь уже ничего поделать нельзя. Или можно? – она хитро посмотрела на Трубопроводова.

Трубопроводов благоразумно промолчал.

– По-своему, долои – проклятый богом вид, – продолжила Кобыла, – они и шагу не могут ступить за пределы своей трехмерности. Даже того же таракана эти человекоподобные существа будут воспринимать исключительно в виде трехмерной проекции, которая бесконечно далека от поистине великолепной природы этого существа. Я, например, для них – говорящая лошадь в полном расцвете сил, тогда, как, на самом деле я, как минимум – это процесс от моего зачатия до моей смерти.

И, если бы не одно «но», долоям можно было бы даже посочувствовать. Это «но» заключается в том, что, вместо того, чтобы принять свою ущербность, они объявили, что весь Мир тоже трехмерный, а тех, кто с этим не согласны, надо сжигать на кострах, сажать в тюрьмы или лечить в психиатрических больницах. А с этим мы уже не можем согласиться ни под каким видом. Ну, да, бог с ними. В Африке живет племя догонов. И знаешь, что это означает?

Трубопроводов, конечно, читал о догонах, но что имеет в виду Кобыла, он не знал.

– А означает это только то, что раз они – догоны, то все остальные – недогоны.

Было субботнее утро и Трубопроводов наслаждался отдыхом после тяжелой рабочей недели. Он давно уже проснулся, но тело, буквально, требовало покоя, а душа была с ним полностью согласна. Но судьбе не было угодно даровать ему отдых.

Не удосужившись постучать, в палату-квартиру вошел Ты.

– Долой долоев, – сказал он, снимая пальто.

– Ты?! – от удивления Трубопроводов подскочил в кровати.

– Мне кажется, иногда ты очень эмоционально произносишь мое имя.

– Но как ты?..

– Узнал про Орден Сивой Кобылы? Если бы ты был Ватсоном, я бы сказал: «Элементарно». А так, я просто замечу, чисто

вскользь, что имею к этому ордену некоторое отношение. Кстати, раз мы заговорили об ордене. Тебе уже сообщили, что твоя дальнейшая инициация возможна только после того, как ты разгадаешь загадку приветствия?

– Ты о «долой долоев»?

– Именно. В самой этой фразе зарыта целая стая собак и, пока ты не обнаружишь хотя бы одну, Сивая Кобыла не раскроет для тебя рта.

– Прямо звук хлопка одной ладони.

– Не совсем. Кстати, ты можешь думать и одеваться одновременно. Это не запрещено.

– Я не хочу никуда идти.

– А придется. Сегодня тебя ждет сюрприз. Причем, несмотря на твое пакостное настроение, весьма приятный.

– Куда ты хочешь меня втянуть на этот раз? – спросил Трубопроводов, ожидая от друга очередного подвоха.

– Сегодняшний сюрприз для тебя готовит «Молодежный клуб «Экстремал».

– Но я терпеть не могу прыжков без парашюта и прочие идиотские увеселения в этом духе.

– Ты говоришь о сборищах адреналиновых наркоманов, тогда, как, «Молодежный клуб «Экстремал» – это, действительно, экстремальный клуб. Там тебе не предложат шляться, хрен знает зачем, по бездорожью, жрать пауков и спать на снегу. У них есть кое-что покруче. Например, соревнование – кто быстрее сможет открыть свое дело совершенно честно, без взяток, и продержаться, хотя бы, месяц. Одно время эта игра была их визитной карточкой, пока клиенты не поняли, что в неё невозможно выиграть.

– Терпеть не могу чиновников ни в каком виде.

– А тебе и не придется их терпеть. Я рассказал в клубе о тебе, и они пообещали сделать настоящий сюрприз, который надолго запомнится тебе с положительной стороны. Если бы я знал, что они задумали, я бы проговорился… Так, что, для меня это тоже сюрприз.

Помещение клуба уже само по себе выглядело экстремально. Приобретая для своих целей бывший «Дом пионеров», экстремалы решили сохранить колорит пионерской действительности. Разве, что, на входной двери они написали золотыми буквами: «Целенаправленность – добродетель посещения сортира». Повсюду на стенах висели пионерские транспаранты и лозунги, которые выглядели постсюрреалистическим маразмом. Трубопроводов поймал себя на том, что раньше он просто не обращал внимания на всю эту идеологическую пошлятину.

Сверившись с информацией на пригласительном билете, Ты, постучав, открыл дверь пятого кабинета. Внутри, под обезглавленной скульптурой Ленина, сидела авангардного вида женщина с папиросой в зубах. Её голова была тщательно выбрита и покрашена в сиреневый цвет.

– У нас заказ на имя Трубопроводова, – сказал Ты, входя после друга в кабинет.

– Очень хорошо, господа, – отреагировала дамочка, – присаживайтесь.

– Витюша, зайди ко мне, – сказала она в телефонную трубку, затем обратилась к гостям, – Кто из вас Трубопроводов?