В лабиринтах сумерек

Вилар Ольга

Услышав последнее слова, демоница взвилась, аж пламя в глазах полыхнуло:

— Приют! Это ужасное заведение! Порождение эгоистичных миров, где взрослые думают лишь о собственном благополучии! Это катастрофа, разрушение для детских душ! Разумеется, семьи Гардара с удовольствием примут всех детей, и дадут им необходимое воспитание и образование! А что касается внимания и любви — все наши дети окружены ими с самого детства! Спросите Трамара, он вам подтвердит!

— Не смутит ли гардарцев, что не все дети окажутся демонами?

Среди них есть оборотни, эльфы, люди. По большому счету, у большинства их них кровь смешанная… — осторожно поинтересовался Адш.

— Не смутит! — энергично кивнула Тангира. — Знаю, как относятся к так называемым смескам. Можешь не волноваться, гардарские матери далеки от расовой неприязни. Наша великая Мать завещала нам Любовь и Меч. Но ничего не говорила о том, кто достоин или не достоин. И того, и другого.

— Правильная и мудрая позиция! — произнёс Кайтош, кивая.

— Да, вижу, ты понимаешь, что имела ввиду наша великая Мать! — благосклонно улыбнулась ему Тангира. — Так что, я готова увести детей прямо сегодня. Наши гардарские матери будут им рады.

Её взгляд остановился на Тарде. Мальчик тут же вцепился ладошкой в руку Дона и быстро, тревожно произнёс:

— Я не сирота. Дон обещал меня усыновить!

— Да, нам пора идти.

Дон учтиво раскланялся и двинулся в сторону четвертого корпуса. Тард держался поближе к нему, для надёжности по-прежнему не выпуская руку крупного оборотня.

Камаэл добродушно фыркнул:

— Чудак! Слово Дона — кремень. Сказал — сделает. А этот мелкий всё еще боится.

Адш покачал головой:

— Мальчишка привык, что с ним не считаются. Что его легко предают. Но он очень хочет верить. Очень. Дону придется нелегко первое время.

— Поможем, — пожал плечами Камаэл.

— А эта девочка? Она тоже сирота? Я могу забрать с собой и её, — голос Тангиры привлёк внимание Адша.

Демоница стояла напротив Тары, изучая её строго, но с интересом.

— Её родители были местными рабовладельцами, они погибли от рук собственных жертв, — холодно ответил Адш. — По словам бывших рабов, лично она участия в пытках не принимала. Только поэтому ещё жива.

И недобро блеснул пламенем в зрачках.

— Забираю! — твёрдо произнесла Тангира. — Матери Гардара привьют ей верные жизненные ценности, основываясь на заветах великой Матери! У девочки всё будет хорошо!

— А меня никто не хочет спросить? Чего хочу я сама? — неожиданно вспылила Тара.

Адш мгновенно оказался рядом со строптивой демоницей, обнажил клыки и люто зарычал:<

— Будь моя воля — я бы уже разорвал тебя в клочья! Или швырнул в лабиринт сумерек! Холёная стерва! Благодари Богов, что Тангира согласилась тебя забрать! Одно слово против — и я лично займусь обустройством твоей дальнейшей судьбы! Так что? Идёшь с Тангирой? Или будешь и дальше пытаться демонстрировать мне свой характер? Молчишь?

Верный выбор! Единственно правильный в твоей ситуации! Аррххх!!

Будет она ещё выделываться! По глазам видно, что пожила бы тут с папенькой и маменькой пару месяцев — и сама бы начала живьем мясо с костей срезать! Да, пусть Тангира её забирает, правильно! Иначе Адш не выдержит и вырвет ей горло клыками!

— Ну? — грубо спросил подошедшего Лиса. Ещё не отошёл от воспоминаний, был весь взъерошен от злобы. Провожал недобрым взглядом уходящую с Тангирой Тару.

Лис укоризненно поднял брови. Адш вздохнул, с силой провел ладонью по лицу, проворчал:

— Прости, брат. Не хотел срываться на тебе. Ты ни при чем.

— Тара тоже, Адш, — тихо произнёс Лис. — Пусть я и не смогу до конца понять, насколько тебе было тяжело. Могу только догадываться. Но ведь ты уже смог справиться с большинством своих тяжелых воспоминаний. Ты ожил! Изменился! В тебе истинный свет! А прошлое… да, оно ещё будет возвращаться. Отпускай его, пусть уходит. В настоящем слишком много дел. И здесь все мы, твои друзья. Твоя девушка. Твой ребенок. Есть чем заняться! И есть, кого любить!

>- Ты точно Светлый воин? А, Лис? Может, ошибся ипостасью? — пробурчал Адш, но уже вполне миролюбиво. Отлегло. — Ладно, я подумаю. Позже. Сейчас, как ты сам сказал, слишком много дел.

Вечером, когда отшумел суматошный день, сел рядом с Кайтошем на крыше лечебного корпуса. Смотрели в темное небо, с россыпью звёзд. Молчали, отдыхали.

Потом Кайтош неожиданно заговорил. Рассказал Адшу историю этого места, то, что узнал от Картера.

Адш слушал и представлял, как всё было.

Вот Падший умирает, истекает кровью в ночном лесу. Картер находит его, рвет свою рубаху, перевязывает раны, которые не перестают кровоточить. Оборотень мечется по лесу, в поисках лекарственных трав. А Падший постепенно теряет силы, лёжа в крохотной хибаре, на узком деревянном топчане.

Картер силой оттаскивает его от Грани, лечит, поит с ложечки, возится, как с ребенком. Падший начинает оживать.

А потом приходит этот гад! Новый хозяин! И пытается нанести на лицо Картера руны подчинения! Вот что за тату у него на лице… Адш и подумать не мог…

Но тут из хибары выходит Падший! Очень сильный и злой! Адш его понимал! Ахахаха!! Красота!

Раскидал всю шушеру, порвал на Картере ошейник, схватил оборотня и утащил в Мир Четырёх Звезд, попутно свернув пространство? Ну у Вистлэнда и сила! Блеск!

Вот почему тут так все ровно. После свертки пространства не остается ничего, пустота, пыль и песок. Ясно…

— Картер говорит, после того, как мы зачистили Катарению, у него словно закрылась старая рана. — задумчиво произнёс Кайтош. — А сейчас, помогая бывшим рабам, он завершает неоконченные дела. И с каждым днём чувствует себя спокойнее душой.