В Кольце
Шрифт:
— А как же семья?
— Сестра и племянники. Они в безопасности. Но у них своя жизнь.
И снова липкое молчание. Каждый размышлял о своем. И хоть читать мысли люди не научились, не сложно было догадаться, что каждый в этой комнате думал о своей семье. Погружаясь все глубже в черные мысли о своих родственниках и друзьях, Саше больше всего хотелось, чтобы сейчас ее кто — нибудь обнял и сказал, что все будет хорошо. И она в ответ улыбнется, смахнет слезу и ответит, что так и будет. Потом обнимет в ответ этого эфемерного «кого — нибудь» и тепло живого человека наполнит ее уверенностью в завтрашнем дне.
— Страшно оставаться
Сергей усмехнулся:
— Это я заметил по первой встрече. Ну так и что думаешь о моем предложении? Я не настаиваю и не навязываюсь. Нет — так нет.
Саша ничего не ответила. Потому что и сама не знала, хочет ли она чтобы этот мужчина был рядом. Он ругается, рычит и вообще выглядит устрашающе. С другой стороны, одним своим видом сможет распугать всех мародеров. Если он вернется, если они начнут жить вместе, то во что это выльется? В вечные споры? В крепкую дружбу? В любовную интригу? А если не вернется? В груди что — то неприятно екнуло. Словно она уже проводила его и Алексея и прошла тысяча лет, а она сидит у окна и ждет, когда же он вернется и надежды почти не осталось.
Сергей внимательно смотрел на выражение лица собеседницы. Но когда молчание затянулось на неприлично долгое время, едва заметно вздохнул, встал с кресла и направился к лестнице, пожелав спокойной ночи.
11 сентября, часть 2
Только что Сергей предложил вернуться и жить вместе. В смысле, он сделает, что обещал Алексею, а потом вернется ко мне, если не погибнет в пути. Я ему ничего не ответила, потому что испугалась. Как жить в одном доме с незнакомым мужчиной?
Почему — то у меня все мысли не о выживании, а о том, как мы с ним уживемся и чем все может закончиться. И мне немного стыдно за себя. Его предложение правильное и логичное, я не выживу тут одна. А я почему — то думаю совсем о другом. Боже, пишу и краснею. Я же официально еще замужем! Надо выживать, а не думать о том, каким был беспомощным этот здоровяк, доверивший утром свою жизнь. И еще не понимаю, зачем ему я? Он может найти куда более приличное место, где есть люди, еда и безопасность. Его примут везде. Здоровый, с боевой подготовкой, ничего и никого не боится. Зачем ему обуза в моем лице?
***
Сергей лежал в кровати и стеклянными глазами смотрел в окно, за которым зиждился холодный осенний рассвет. Леха мирно храпел на соседней кровати, пропуская волшебные мгновения утреннего спокойствия.
Сегодня сложный день. Как, впрочем, и завтра и послезавтра. Сегодня они покидают этот дом и его хозяйку. Что там впереди — черт его знает. Если удача не совсем покинула этот мир, то шанс есть. Призрачный, по мнению Сергея, и вполне осязаемый по мнению храпящего рядом друга.
Внизу на кухне послышались шаги и звонко загремели кружки. Хозяйка проснулась и в последний раз готовит чай гостям. Она не хочет, чтобы Сергей возвращался. Во всяком случае она так ничего и не ответила на его предложение. Ну и черт с ней. До весны не доживет. Из продуктов у нее только то, что принесли вчера: немного крупы, муки, сахара и консервов. По деревням вдоль дороги уже многократно прошли оставшиеся жители Кольца. И дальше будет только хуже. Ее найдут какие — нибудь придурки
Входная дверь заскрипела и хозяйка вышла на улицу. Ее шаги послышались на веранде за окном, потом на бетонной дорожке. В туалет пошла или за водой.
Сергей тихо спустился на первый этаж. Чайник почти закипел, на столе стояли три кружки, а рядом лежал блокнот в яркой обложке. Дневник, который никто не прочитает. Он открыл его на последней странице и внимательно прочел свежие строки, выведенные почти идеальным почерком:
15 сентября
Сегодня они уходят. Нога Сергея почти не беспокоит, он быстро идет на поправку. Немного досадно, что я опять останусь одна. Я к ним привыкла. Но так и не сказала Сергею, что хочу, чтобы он вернулся. Он больше не спрашивал, я тоже не поднимала этот вопрос. И мне все еще стыдно, что я, взрослая замужняя женщина, думаю о другом мужчине. Но вдруг мысли о нем помогут мне выжить в дальнейшем?
***
На крыльце заскрипели половицы и дверь в дом тихонько открылась. За те несколько секунд, что хозяйка снимала обувь и шла на кухню, Сергей успел закрыть блокнот, положить его на исходное место и как ни в нем не бывало разливал кипяток по кружкам.
— Доброе утро. — прошептала Саша, чтобы не будить Алексея.
Легкая улыбка и румянец на щеках. То ли от прохладного утреннего воздуха, то ли от смущения. Прячет глаза, когда заходит на кухню. Правда что ли стесняется?
— Что — то не так? — снова прошептала хозяйка, разглядывая озабоченное лицо Сергея, который не сводил с нее взгляд.
Мужчина, словно вышел из оцепенения, встряхнул головой и неловко улыбнулся:
— Не проснулся еще.
— Тогда делай чай покрепче.
Хозяйка заметила яркую обложку на столе, быстро схватила блокнот и отнесла в комнату. Сергей невольно посмотрел на ее фигуру и походку: немного угловатая, в чужих вещах, на несколько размеров больше нужного. Но кого это сейчас волнует? Ей бы сидеть в модном кафе в центре мегаполиса, попивать каппучино с фраппе и делать селфи для инстаграмма. Мягкость и леность в движениях, присущи столичным красавицам в ней еще остались, но медленно стирались из — за ежедневной борьбы за выживание.
Саша наклонилась к дивану и спрятала блокнот под подушку. Сергей успел оценить округлый зад в потертых штанах и машинально дернул рукой, словно хотел его погладить. «Дурак, блин, угомонись!»
— Доброе утро! — торжественно произнес Алексей, спускаясь со второго этажа. — Все готовы к последнему марш — броску?
— Всегда готов, как пионер. — буркнул Сергей, придвигая к себе горячую кружку.
Алексей был эмоционально возбужден, бегал по дому, собирал рюкзак, складывая чистые вещи и нехитрый провиант. Сергей же с каждой минутой становился темнее тучи. Его рюкзак был собран еще с вечера, на столе стояла остывшая кружка с чаем, а сам он бесцельно пялился в окно, наблюдая за желтеющими листьями в саду. Осень только тронула природу своим холодным дыханием. Первые желтые и красные листья повисли на деревьях, но еще не осыпаются, значит есть время до заморозков.