В когтях у сказки

Синявская Лана

– Ники?

Она так и не успела ничего осознать. Что-то ударило её в спину. Удар был такой силы, что она вылетела в окно, оглушенная звоном острых осколков. Ей показалось, что она парит в воздухе, тем больнее был удар о твердую землю. Лицо оцарапали мертвые листья, а в ушах послышался глухой удар от падения собственного тела.

– МАМОЧКА!!!!!

Голос сына заставил её приподняться. Ослепшая от крови, она силилась рассмотреть и, наконец, увидела его.

– Мама! Мамочка! – надрывался Ник, барахтаясь в сильных ручищах Ласло.

– Ники! –

выдохнула она, счастливо улыбаясь, размазывая по лицу кровь, слезы и грязь.

– Анна, берегись!

Она обернулась.

Мальчик, как две капли воды похожий на её ребенка, стоял в дверях, нехорошо улыбаясь. Позади него маячили бледные лица Свена и его жены. От щуплой фигурки исходила такая сила, что Анна содрогнулась. Нет, она испугалась не за себя.

Фантом сделал шаг, начал вытягивать вперед непропорционально длинную руку, и тут сверху на него обрушилось странное лысое существо, похожее на огромную крысу. «Крыса» шипела и отчаянно завывала. Острые когти мелькали в воздухе. Каспер?! Откуда он здесь? Или это призрак Каспера? Но где же его роскошная черная шерсть? Или в Рай, как в армию, допускают только обрив налысо?

Монстр как-то несерьезно завизжал, отдирая от себя лысого кота, и с ненавистью отшвырнул его в сторону.

– Бегите! – в отчаянии прохрипела Анна. – Ласло!!! Уведи его! Спрячь!

Тело не слушалось, но Анна поднялась на ноги, заслоняя собой свое дитя, готовая умереть, но не сдвинуться с места.

Она подняла на монстра твердый взгляд, но он лишь звонко рассмеялся в ответ и легким небрежным движением смахнул кровь с длинной кровоточащей царапины на лбу – автографа Каспера.

– Что ты себе вообразила? – спросил он вроде бы даже с жалостью. – Думаешь остановить меня? Что ты можешь, жалкая недоучка? Ты – старая слепая летучая мышь!

Он сделал еще шаг. Ему некуда было торопиться.

Анна отступила на шаг назад.

От взгляда горящих глаз маленького монстра грудь жгло огнем. Ей пришлось изо всех сил стиснуть зубы, чтобы не закричать от боли.

Позади неё сияла дорога к замку, освещенная двумя рядами факелов. Собравшись с духом, Анна ринулась в бой с отвагой человека, танцующего в зареве сожженных им мостов.

Её магическая энергия ударила в Дика и ушла в землю, оставив за собой змеящиеся по земле молнии, которые еще несколько секунд потрескивали на траве, до того, как исчезнуть. Но заряд не причинил чудовищу особого вреда. Он лишь рассмеялся в ответ, отряхнув со штанишек сверкающие искры.

– Ну ты крута, мать, – покачал он головой, выражая притворное восхищение. – Теперь моя очередь – это по-честному. Смотри сюда, глупая корова!

Пацан, точно фокусник, выхватил откуда-то то, что Анна поначалу приняла за белый платок. Он развернул его и Анна узнала собственное лицо, вышитое черным и белым. Это была её фигура в полный рост. Когда только он успел?

– Узнаешь? Твой портрет, «мамочка»! Смотри! Внимательно смотри, что я теперь сделаю!

Монстр в обличии мальчишки выхватил длинную иглу и, закусив губу от усердия, воткнул её в руку вышитой

фигурки.

Руку Анны прошила невыносимая боль. Сжав зубы, девушка застонала. Боль, ломающая ей кости, пульсировала и разрасталась. Анна на секунду позволила себе закрыть глаза, чтобы собраться с силами. Глупо было грохнуться в обморок, когда веселье, похоже, только началось.

– А если так? – не унимался монстр.

Теперь игла прошила ногу. Анна покачнулась, упав на одно колено, но тут же упрямо подняла голову. Её ненавидящий взгляд встретился со взглядом монстра. Она не прочла в нем ничего, кроме веселого любопытства.

– Я тебя уничтожу, – пообещал он. – Это гораздо веселее, чем наследство. Ты готова умереть?

– Думаешь, у тебя получится?

– Когда я задаю риторический вопрос, – начал он нравоучительным тоном, – значит, я либо знаю ответ, либо мне плевать на него. Так что можешь заткнуться и сдохнуть молча.

– Не дождешься, – злорадно пообещала измученная девушка. Она понимала, что ей не победить чудовище и дразнила его с одной целью: чем дольше она продержится, тем дальше смогут убежать Ласло и Ник. Главное, чтобы этот маленький говнюк ни о чем не догадался.

– Щас проверим!

Разозленный её упорством, Дик занес иглу, целясь в голову.

Анна поняла, что времени у неё не осталось. Терять ей было нечего. Приволакивая одну ногу, она доковыляла до ближайшего факела, уцепилась за него здоровой рукой и напоследок оглянулась.

В глазах монстра мелькнуло непонимание. Анна усмехнулась и сунула руку в огонь.

Это было больно. Очень больно! Кожа на руке моментально пошла пузырями, затем обуглилась. В воздухе тошнотворно запахло паленым мясом.

– Курица гриль, мать твою, – выругалась Анна, держась из последних сил, чтобы не потерять сознание. Ей нужно было продержаться еще совсем чуть-чуть, а, может, не стоило начинать вовсе.

Ткань, которую продолжал держать в руках чудо-ребенок, вспыхнула и загорелась. Пронзительно завизжав, он отбросил её.

– Он боится огня! – торжествующе заорал невесть откуда взявшийся Ласло. Придурок несся наперерез, размахивая сразу двумя огромными факелами.

«Все правильно, – как-то отстраненно думала девушка, – его смертельно пугает память о собственной смерти». Стараясь оставаться в сознании, она бережно вынула почерневшую руку из огня, а здоровой рукой выдернула из земли факел. Невероятным усилием она запретила себе чувствовать боль. Потом у неё ещё будет время зализать раны.

Через минуту монстр, рыча, метался в огненном кольце. Сквозь нежные детские черты то и дело прорывалась злобно оскаленная морда. Они почти загнали его в ловушку, но путь им преградила каменная статуя. Когда Дик ударил по ней рукой, из разинутой пасти хлынул водопад насекомых. Миллиарды пауков, точно поднятая штормом волна, забурлили вокруг каменного дракона, заслоняя собой чудовище.

Анна попробовала ступить на живой ковер, но её ногу тут же затянуло, будто в трясину.

– Нам не пройти! – в отчаянии прошептала она.