В когтях у сказки
Шрифт:
– Где ты это взяла?! – воскликнула девушка громко.
Напуганная криком Пирошка шустро отползла в лопухи. Второй череп остался лежать на куче песка, поблескивая отполированными костями. Преодолевая отвращение, девушка дотронулась до останков рукой. Никаких сомнений – череп был настоящим! Пирошка протестующее замычала в своем укрытии. Анна оглянулась: блестящий обиженный глаз пристально следил за ней из густых зарослей.
– Выходи, чего уж там, – вздохнула она.
Лопухи не шелохнулись.
– Пирошка, вылезай! Я не стану ругать тебя, обещаю.
Толстые сочные стебли раздвинулись, наружу высунулась взлохмаченная
– Отдай! – Потребовала старушонка и протянула морщинистую лапку. – Мое! – Добавила она для наглядности.
– Откуда у тебя человеческие кости?
– Моя голова! – повторила старая ведьма.
– Это вряд ли, – не согласилась Анна. – Твоя черепушка пока что на месте, а вот эти две вряд ли найдут своих хозяев.
– Дай, дай, дай, – заканючила сумасшедшая, продолжая тянуть вперед растопыренную пятерню с давно не стрижеными ногтями.
– Обойдешься! – Анна решительно спрятала добычу за спину. – Черепушка – не игрушка, тьфу, я хотела сказать, что играть останками – форменный вандализм, хотя ты вряд ли понимаешь, о чем я. Нехорошо! – повторила она отчетливо.
– Хорошо! – уперлась старушка. – Дай!!
– Да отвяжись ты!
Пирошка притихла. Она понимала, что силой «игрушку» не вернуть и решила прибегнуть к хитрости. Зря полагают, что психи такие уж беспомощные, по изворотливости ума они дадут сто очков вперед любому нормальному.
– Если отдашь, покажу, где другие, – предложила она сделку.
– Так это еще не все? – ахнула Анна.
– Нет, нет, – заулыбалась сумасшедшая. – Там еще много. Ты сможешь взять себе, сколько хочешь.
– Заманчивая перспектива, – вздохнула девушка. – Ладно, показывай, где твой тайник.
Пирошка хитро прищурилась и протянула ладошку:
– Сперва верни.
– Щас! Веди давай, а то нажалуюсь твоей племяннице. Она посадит тебя под замок и лишит сладкого. Господи, что я говорю?!
Но Пирошка восприняла угрозу всерьез. Ворча себе под нос, она резко повернула направо и засеменила к забору. Анна, держа в каждой руке по черепу, двинулась следом.
Ни разу не отклонившись от курса, сумасшедшая довела ее до прогнившей доски, едва держащейся на ржавом гвозде, ловко отодвинула ее в сторону и юркнула в узкую щель. Анна с трудом протиснулась следом, оставив на гвозде значительную часть рукава.
По ту сторону забора царила буйная растительность не самого дружелюбного вида. Основную часть составляли крапива да репьи. Между высоких, в человеческий рост, зарослей вилась едва заметная тропинка. Пирошка быстро скрылась из вида. Только шуршание впереди и колышущиеся метелки бурьяна указывали нужное направление. В этих импровизированных джунглях сильно парило, остро пахло травой, тысячелистником и прелым деревом.
Тропка пошла под уклон. Из-под земли тут и там выпирали корни деревьев, похожие на чьи-то высохшие мощи. Анна даже не догадывалась, куда ведет ее сумасшедшая. Нависшие над головой сумрачные кроны деревьев, сквозь которые лилась вода, мешали ориентироваться.
Анна устала, промокла и проголодалась. Она споткнулась, едва не упав, потом еще раз. Ноги разъезжались на мокрой траве, ей пришлось замедлить шаг. Она полностью выдохлась.
Вдруг впереди раздался громкий вскрик, короткий, как будто чуть придушенный
Хлюпая и чавкая, девушка добрела до обочины, где путь ей преградило огромное поваленное бурей дерево. Пирошка сидела на краю глубокой ямы, оставленной вывороченными корнями, скорчившись и обхватив руками колени. Чокнутая размеренно качала головой в такт детской песенке, которую гнусаво напевала себе под нос. Ее одежда была сплошь вымазана грязью, мокрые волосы облепили почти лысый череп.
Анна узнала дорогу, по которой Ласло доставил ее сюда, но, насколько она помнила, у дороги не валялось никакое дерево. Должно быть, молния повалила его прошлой ночью, во время бушевавшей грозы. Толстые ветви кроны раскрошились при падении и разлетелись во все стороны. Молодые побеги на много метров вокруг были похоронены под бесформенной массой зеленой листвы.
Девушка поспешила к старушке, но, сделав шаг, замерла, заметив, как от торчащего в небо обломка дерева отделилась громадная тень и двинулась в ее сторону. Пока она беззвучно разевала рот и хлопала ресницами, Ласло одним прыжком преодолел разделявшее их расстояние и больно ухватил ее за плечо.
– Отпусти, идиот! Больно же! Руку сломаешь! – Пискнула девушка.
– Куда собралась? – Спросил он с угрозой.
– Тебе-то что? Уй!!! – Железные пальцы сжались сильнее. У Ани от боли потемнело в глазах. Девушка взмахнула руками и выронила свою ношу. Черепа весело покатились по мокрой траве.
– Что тебе здесь надо? – Ласло повторил вопрос.
– Не мне, – огрызнулась Анна. – Она привела меня. Тебя ничего не смущает?
– Ты имеешь в виду это? – Ласло скосил глаза на траву, где мокли под дождем два белых черепа.
– Пирошка обещала показать, где обнаружила этот ужас. У вас что, филиал местного кладбища?
– И ты ей поверила? – Удивился Ласло, и не думая отвечать на вопрос.
– Она была очень убедительна, – процедила Анна. Ласло с сомнением посмотрел в сторону безумной старухи, которая не обращала на них никакого внимания. Задумай Ласло немедленно свернуть Анне шею, старуха даже головы не повернет, – подумала девушка с досадой, а вслух неприязненно произнесла: – Я вижу, ты совсем не удивлен. Просто семейка людоедов какая-то!
– Выбирай выражения, – вежливо попросил великан, подкрепляя свои слова чувствительным тычком ей под ребра.
– Да чтоб ты сдох! Забирай свои черепа и проваливай.
– Мне столько не надо. Их слишком много.
Анна извернулась и удивленно посмотрела на парня снизу вверх. Ее взгляд уперся в сильно заросший щетиной подбородок.
– Ну, если два – это слишком много… – задумчиво проговорила она. – А ты вообще-то до скольки считать умеешь?
Ласло сильно толкнул ее в спину, так что девушка по инерции сделала несколько шагов вперед и остановилась, лишь уперевшись вытянутыми руками в поваленный ствол дуба. Сильная рука немедленно ухватила ее за шиворот, поставила на ноги. Другой рукой Ласло повернул ее голову влево: