В гостях у Чебурашки

Успенский Эдуард Николаевич

Шарик взял письмо и к Печкину побежал. Постучал в дверь. Печкин спрашивает:

– Кто там?

Шарик отвечает:

– Это я. Почтальон Шариков. Принёс для вас пригласительный билет.

Печкин мрачно ему отвечает:

– Не буду я дверь

открывать! Не знаю я никакого почтальона Шарикова!

Шарик ни с чем и вернулся.

Тогда кот Матроскин билет ему понёс.

Пришёл он, в дверь постучал. Печкин спрашивает:

– Кто там?

Матроскин говорит:

– Это я. Почтальон Котовский. Принёс для вас пригласительный билет.

– Не знаю я никакого почтальона Котовского, – говорит Печкин. – Не буду я дверь открывать!

Кот тогда решил исправиться и говорит:

– Ой, я всё перепутал! Я почтальон Матросов.

– Что-то больно много у вас почтальонов, – говорит Печкин. – У вас, наверное, заговор. Отстаньте вы от меня!

Тогда сама мама дяди Фёдора к Печкину пошла. Когда почтальон Печкин спросил: «Кто там?», она без всяких выкрутасов ответила:

– Это я. Мама дяди Фёдора.

Печкин сразу дверь отворил.

– Ой, заходите, заходите, пожалуйста! Приятно видеть нормального человека. А то меня почтальоны одолели.

Мама

всё ему объяснила – какие это были почтальоны. И билет пригласительный вручила.

Когда Печкин прочитал про одно только лицо, он испугался:

– А как же всё остальное?

– Вы не беспокойтесь, Игорь Иванович! Просто так в билетах говорится – «одно лицо». Это значит одна персона, один человек. А если бы вас с женой приглашали, написали бы на «два лица».

Печкин быстро успокоился. Но потом опять заволновался:

– Тут написано: «Форма одежды нарядная». А у меня никакой формы вообще нет, телогрейка одна.

Мама и тут его успокоила:

– Вы приходите. А нарядную форму мы вам в подарок привезли.

Печкин был счастлив, как никогда в жизни.

Новый год в этом году был очень праздничным. В доме дяди Фёдора горели свечи, переливались лампочки, звучала музыка, и, как это ни странно, пахло весной.