В этом мире, в этом городе…

Коллектив авторов

«На последней прямой…»

* * *

На последней прямойне щадят ни коней, ни моторов.На последней прямой —гонят, всё выжимая из них.На последней прямой —не до праздных глухих разговоров.Бормочи, не стесняйся,из глубин твоих рвущийся стих!

«В душу запавшие с детской поры…»

* * *

В душу запавшие с детской поры,(ввек не найти живописней и краше!) —волжские кручи, холмы и бугры,это былинное зрелище наше.Этот – до Каспия – дивный простор,рощи и пажити, и деревеньки,эхо Урала, предчувствие гор,память Орды, Пугачёва и Стеньки.Нам не уйти от

тебя никуда,вечно звучит твоя музыка в сердце —золото, синь, голубая вода,небо, в которое не наглядеться!

«Снег выпал, как всегда – прекрасный…»

* * *

Снег выпал, как всегда – прекрасныйи чистый снег.И над землёй сияет месяц ясный,льёт ровный свет.И что-то явно деется с душою —молчит, светясь.Ей снова по плечу – большое,что держит насна этом сине-белом свете:твори, пророчь!На неразгаданной планете,летящей в ночь.

«Ах, молодость! – не сдуру ли? – полез…»

* * *

Ах, молодость! – не сдуру ли? – полезна стену, на скалу береговую,без снаряженья, без страховки, безверёвок, крючьев… Понял, чем рискую, —когда до верха – метра три, а вниз —и глянуть страшно – берег, осыпь, камни…и под ногами – узенький карниз,а вверх – крошится сланец под руками…Завис, завис, дурак, над Ангарой!На том карнизе – стой, зови подмогу…Вжимаюсь в стенку: «Что же ты, герой?Допрыгался? Куда поставишь ногу?»Но ищут пальцы и глаза – возможный путь,шиш – кварцевый с кулак – надёжен вроде,и трещина – расширь её чуть-чуть —опорой станет, и сосновый кореньповыше – в трещине – поможет одолетьи уцелеть, и выбраться…Спасенье —в одном рывке.А дальше – можно петьи любоваться Ангарой осенней!Рывок, и – выдержали кварц и корешок —я наверху, в траве лицом горячим…Не торжествую – был от смерти на вершок.Мне повезло… Случайно, не иначе…Сочувственно насмешлив лик Удачи…Тяжёл и тёмен глаз её укор.Я – знаю, чую на себе его с тех пор.

«Поэт в столице больше, чем поэт…»

Евгению Евтушенко

* * *

Поэт в столице больше, чем поэт.Поэт в провинции – талантлив или нет —он что-то вроде местного придурка,не выше пешки шахматной фигурка.И сколько к небу взор не возноси —так было, есть и будет на Руси.Но – живы, свищут в роще соловьи:«Пой, не скрывайся, милый, не таи!»

«Невидимы, под козырьком крыльца…»

* * *

Невидимы, под козырьком крыльца,сидим мы за полночь, от родины отца,от Костромы, в недальнем далеке,он чуть поодаль – на одной доскекрылечка нашего сидит…Нам хорошо.Мы чувствуем: меж нами – тьма и сырость,меж нами время навсегда остановилось,и нет его, как будто, да и чтомы называли временем когда-то?Лишь воздух, холодящий поры щёк,и звёздной бездны яма…Маловатомы говорили с ним…А он мне далтак много – мне вовек не отдариться.Я многого не понял, не узнал,и чувствую себя теперь тупицей,бездельником, плохим учеником…Он смотрит – сбоку, вопрошающе, сурово,а у меня застряло в горле слово,и по щеке слеза бежит тайком…– Прости, отец! За всё меня прости!– Чего уж там… Всё позади. Сиди…

«Почти две тысячи моих стихотворений…»

* * *

Почти две тысячи моих стихотворений —итог скорее грустный, чем весёлый.Почти две тысячи ударов головой,несчётное число ударов сердца —о стены каменные и стальные двери,о стены, разделяющие нас:– Услышьте, спорьте или – улыбнитесь!Я не для вечности – для вас дышал, творил.

«Не старость, нет…»

* * *

Не

старость, нет.А всё же первый снегсверкает, чист, стеклянно-сух, бесстрастен.Ещё вчера его слепой набег,его круженье я назвал бы счастьем.А ныне я стою, задумчив, тих,смотрю на снег – подарок рваной тучи…Я старше стал. На этот снег. На стих —вчерашний, холодно-наивный и блескучий.

«И – мимо, мимо весны…»

* * *

И – мимо, мимо весны,мимо лета, мимо осени, мимосамих себя и мимо своей эпохи…В Курземе, не добежав до моря,валуны навсегда увязли.Кажется – только мимо Землине удалось никому промчаться.Велта КалтыняТо ли юность окликнула,то ли опыт труда и лишений,бесконечных обманов,с которыми каждый знаком,но похож я сегодня на камень,валун обомшелый,в чистом поле лежащий,заброшенный к нам ледником.Под развесистой клюквойчужих философских суждений,я лежу под покровом мечтаний,метаний слепых,в переливах тональностейвешнего света и тени,в отраженьях на плёночке волжской,и где-то в пространствах иных.Светит солнце, и суша опять разрастается,травы сорные сыплют на раны свои семена.Вьюга к вальсу зовёт,кувыркается, чуть издевается:– Что один-то? Ведь полночьглуха и, как прежде, – темна…Голубые и синие, рыжие мамонты вымерли.Не приходят бока почесать об меня уже тысячи лет.Бородатый геолог один меня знает по имени,да ещё прозорливая Велта,хороший латышский поэт…Это время распада, разлада,оборванных связей,нищеты и разбоя,и поиска новых путей,перекройки миров,столкновений Европы и Азий,под припляс хороводныйязычески-тёмных страстей.Я под небом лежу, постигая вселенскую Тайну.Тайну Света и Тьмыв паутине межзвёздных лучей.Притяжение душ в этом миресовсем не случайнои подвластно Любвии Природе, всеобщей, ничьей…

«Я – клоун зеленомордый…»

* * *

Я – клоун зеленомордый,пастой зубной раскрашенный,я улыбаюсь грустно,в руке – апельсин всегдашний —как солнышко всем сияет,весь мир собой освещает!Я не ем апельсинов.Я раздаю их детям:– Живите честно, красиво,как следует жить на свете.Не так, как мы умудрились —веселей, бесшабашней!Сияйте, не торопитесьи помните: жить – не страшно!

Андрей Битов

переводы сур Корана

О человек!

(Сура 36)

Ужель не хочет человекПонять, что он из капли создан,С Творцом торгуясь весь свой век,Забыв, чьи есть вода и воздух?Он предлагает притчи нам,Как будто послан мимо цели, —Кто может жизнь сухим костямВернуть, когда они истлели?Создатель Неба! Ты одинИсполнен необъятным знаньем.Ты – моей воле Господин,И Ты – узда моим желаньям.Иначе – только взблеск и вскрик —И помыслы мои иссякли…Всё это длилось сущий миг,И бритва воплотилась в капле.

Отсрочка

(Сура 77)

Нас шлют вдогонку друг за другом,И мы летим во все концы,Оповещая круг за кругомВесну конца. Конца гонцы,Мы чертим грани различеньяДобра и зла между собой,Предупрежденья иль прощеньяНе возвестив своей трубой.Но что обещано, то будет…Но не сегодня, не сейчас.И грешник всё ещё подсуденЛишь в смерти. Как один из вас.А то, когда погаснут звёздыИ распадётся небосвод,Вам не страшней шипов у розы,Что преподносит вам Господь.