В двух шагах от Рая
Шрифт:
Как может родной человек, мать поднять руку на своего дитя, ребёнка, что носила в себе девять месяцев. Уму не постижима.
Тут же подлетаю, перегораживая путь к девушки, останавливая её мать хватая ту за руку занесённую над моим оленёнком.
Смотрю на неё злыми глазами, чтобы она поняла, что я не дам её в обиду. Слышу шорох, поворачиваю голову в права и вижу, как малышка отступает и падает на кровать, закрывая при этом лицо ладонями. Я испугался. Я мать твою испугался за неё.
Тут же
— Маленькая, что такое? Почему ты плачешь? Посмотри на меня, — говорю, призываю посмотреть на меня, при этом стараясь убрать её руки с лица, но она лишь сильнее их прижимает. Прикладываю чуть больше силы и раздвигаю её маленькие ручки, длинные пальчики с красивые ногтями. Смахиваю капельки слезинок с её щёк, улыбаюсь. Мне больно видеть её слёзы. Они разрываю всю мою душу в клочья. И самое ужасное, я не могу ничего сделать, что бы как- то облегчить боль малышки. — Я не хочу, чтобы ты когда-либо плакала.
— Я не буду, — качает головой.
— Точно? — Спрашиваю.
— Точно, — обнимаю, притягивая к себе. Всё это время я сидел на корточках перед ней. Ноги немного затекли, но это всё пустяки.
— Поехали со мной, маленькая? Я покажу тебе весь мир. — Не могу больше ждать. Даже если она против. Я не оставлю её здесь одну, в этом дурдоме. Заберу, увезу и наплевать на всех. Моя, никому не отдам.
— Я не могу, Тобиас… - шепчет маленькая, опуская свои прекрасные глазки.
— Хватит этих отговорок, ты же хочешь, — я вижу же, что хочешь маленькая. А я просто нес могу уехать, оставить тебя здесь.
— У меня здесь всё…
Я прижимаю ладошки к её щекам, глажу большими подушечками пальцем, а малышка прикрывает глаза.
— У тебя есть только я! — Шепчу в её губы. И это так. У неё есть только я. Я тот, кто будет рядом не смотря ни на что, и сможет защитить, даже ценой своей жизни.
— Зачем я тебе? — Выдаёт. Вот глупенькая. Смеюсь.
— Нужна! До сумасшествия нужна..- шепчу приближаясь ещё ближе. Между нашими телам всего каких то десять сантиметр, а между губами какие- то жалкие миллиметры.
Я впиваюсь в её губы нежным поцелуем. Нет он не дикий, он нежный, тёплый, словно лучик солнца, что ласкает, греет тебя теплом. Маленькая отвечает на поцелуй, углубляю, играя с её язычком, проводя по верхнему нёбу, задевая точки, девочка стонет, выгибая спинку, прикасаясь ко мне ближе. Не единого миллиметра между нами.
Настя вцепилась в мои волосы, тянет на себя и мы падаем на кровать. Нависает надо малышкой, заглядывая в глаза, пронзая душу, оставаясь там навечно. Она только Моя.
— Скажи да..
— Что? — малышка закатывает глаза когда я оставляет на её шее свою метку, подтверждая, что она принадлежит только мне. Моя. Целиком и полностью.
— Поехали со мной. Я никому не отдам тебя, —
— Да, — притягивает к себе за таким желанным поцелуем для нас обоих.
— Я никогда не предам тебя, — шепчу уже в губы и мы сливаемся в страстном танце.
Мы лежали на кровати, я успокаивал свою девочку что так преданно прижималась ко мне, гладил по спине, волосам. Хотелось забрать всю её боль себе, разделить с ней это бремя.
Поцеловал в макушку а Настя подняла на меня свои шоколадные глаза, что были со мной по всюду. Куда бы не пошёл, чтобы не делал, везде видел её, во всех была она.
— Маленькая… — прошептал около её губ, как почувствовал всем телом, что она задрожала, как осиновая тростинка. Моя маленькая. — Ты знаешь, что ты самое лучшее в моей жизни? — Настя мотает головой из стороны в сторону. — Теперь знаешь, — и нежно касаюсь её губ своими. Малышка кладёт свою маленькую ручку мне на грудь, а я опускаю руку на её талию, притягивая к себе ближе, так, чтобы между нами не оставалось и единого, крошечного миллиметра.
Ели оторвался от своей малышки. Хотелось плюнуть на весь мир и убежать ото всех туда, где нас никто не найдёт. Куда- нибудь, где только будем мы, купить около моря дом, где по утрам будут кричать чайки, просыпаться рядом с Настей, вдыхать опьяняющий запах моего опиума, и быть самым счастливым.
— Что будем потом? — спросила Настя. Я знаю она боится, но я всегда буду рядом.
— А потом будет долго и счастлива.
— Шутишь…
— Ни капли, — и обнял так крепко, как будто боялся её потерять.
— Ты же понимаешь, что я тебя здесь не оставлю? — Уже со всей серьёзностью отвечаю.
— Тобиас… — малышка хотела что- то сказать, но я её перебил, зная что она ответит.
— Это не обсуждается Настя. Я тебя здесь не оставлю, не после того, что увидел… — любимая тут же сжалась и в её глазах проскользнула боль, она опустила голову. — Посмотри на меня. — Притянул её за подбородок. — Я здесь, я рядом! Мы со всем справимся. Вместе. Веришь мне?
— Верю.
— Я всегда буду рядом. — прошептал и прильнул к её устам, доказывая свои слова нежным, обволакивающим поцелуем.
Мы ещё некоторое время лежали, а потом стали собираться. Решили пока переночевать в отеле, а потом снять квартиру на время, пока будут готовится документы Насти.
— Ну что, пойдём? — взял её за руку, сжав в своей ладошки.
— Да.
— Не бойся, я рядом. Я не дам тебя в обиду, — и это было чистейшей правдой. Поцеловал её в лоб, как маленькую девочку, она на это лишь кивнула, прижимаясь ко мне ближе.
Вышли в прихожу. Настя одела бардовое, длинное пальто и белые кроссовки. Её родители молчали, только когда уже выходили услышали их слова.