В бой идут 2

Волчок Сергей

– Правильно понимаешь!
– подтвердил Митрич, озирающийся вокруг.

– И куда же мы пойдем?
– не унималась Ольга.

– В заданном направлении, - невозмутимо ответил старый вояка.

– В каком?

– Пока ещё не знаю, - честно ответил главный тренер.
– Я предлагаю всем разойтись по окрестностям и пошукать что-нибудь необычное.

– А если мы так ничего и не найдем?
– просто удивительно, до чего упрямы бывают некоторые юные девы.

– А если - если!
– мы ничего не найдем, то мы отправимся куда глаза глядят, причем в знак признательности к твоему упорству направляющими

я назначу твои глаза, - Митрич был как никогда терпелив.
– Ну, что встали? Расходимся, ищем.

Поиски продолжались минут десять-пятнадцать, и никто ничего, как я и предполагал, не нашел. Митрич уже было собрался попросить Ольгу зыркнуть взглядом, но тут Светлана вдруг сказала:

– Бабочка.

И показала на белого мотылька, который плясал свой вечный танец невысоко над землей.

– Ты думаешь?
– с сомнением протянула Семеновна.
– Как-то совсем уже за уши притянуто... Что же нам теперь - за каждой бабочкой бегать?

– Ну а чем это принципиально отличается от «идти куда глаза глядят»?
– вмешался я.

– Мне, типа, все равно, но решайте скорее - она, типа, улетает, - заявил Андрюшка, который вообще в последнее время вел себя очень странно: постоянно молчал, ходил насупившись и вообще был на редкость заторможенным.

Проблему решили голоса, раздавшиеся от телепорта:

– Ну и куда нас закинуло? Что - опять сюда? Нас в этих джунглях опять тигр сожрет! Козлы, задолбали уже, постоянно нас засуживают!

– Саня, да успокойся ты!

– А это был тигр? А я думал - лев!

Все, не сговариваясь, вскочили на ноги и двинулись за бабочкой, стараясь не толкаться и поменьше шуметь. И только Петька все время приговаривал: «Валим отсюда! Сваливаем, пока не началось...», хотя все остальные именно этим и занимались.

***

Все-таки бабочки - на редкость безмозглые создания. Вот уже битые два часа мы тащились по джунглям за этим мотыльком, и измотал он нас совершенно. Пионеры, как их обзывала Семеновна, уже начали бурчать - плохая, мол, была идея тащиться за этой чешуекрылой. Только ободрались все, и никуда в итоге не пришли, бродим туда-сюда, метаясь из стороны в сторону. Митрич, правда, в ответ на эти претенции только постучал себя пальцем по лбу и посоветовал посмотреть пройденный нами путь на карте. После этого все разговоры стихли, потому что карта более чем убедительно свидетельствовала - при всех своих метаниях, повторяемых нами, мотылек тем не менее упорно двигался в определенном направлении. И - сюрприз!
– двигался он почти точно в западном направлении.

Хотя это и не свидетельствовало в полной мере о том, что наше решение следовать за бабочкой было верным, пионеры все-таки принялись ликовать. Но недолго, потому что глупое насекомое неожиданно ускорилось, и, чтобы поспевать за ней, нам пришлось перейти на бег трусцой. Мои многострадальные ходули хотя и ныли в два голоса, но пока темп выдерживали. Но именно что - пока. Еще минут пятнадцать-двадцать, и я начну отставать. Я уже собрался было сообщить об этом Митричу, и даже рот открыл, но бежавшая рядом Сергеевна, своим сверхъестественным чутьем упредив мою реплику, покачала головой:

– Даже и не думай, Митя! Кончился твой отпуск. Если мои мозги еще чего-нибудь стоят, сегодня ты нам будешь просто необходим. Так что в крайнем случае тебя наши юные физкультурники на руках потащат.

Тащить

не понадобилось, но сюрпризы на этом не закончились. Еще минут через пять наша пробежка была прервана самым неожиданным образом. Патрик, бежавшая последней, споткнулась о полусгнивший пенёк, практически засыпанный прелой опавшей листвой. Рухнув на землю, рыжая звонко громыхнула всей своей броней и смачно произнесла одно короткое слово. Это слово совсем не приличествовало юной воспитаннице элитного колледжа, хотя и, готов держать пари, входило в тройку самых употребимых слов в городе Дальнереченске. А вот дальше произошло то, чего никто не ждал - из-за окружающих поляну деревьев метнулась рыже-черная тень и обрушилась на Патрика.

Тигр! Да еще какой - предельный для этой локации десятый уровень! Если именно он проредил команду «крабов» в первом туре, понятно, почему от них так немного осталось. Но сейчас перед ним, к счастью для нас, были не первоуровневые новички, впервые попавшие в локацию. Я в очередной раз порадовался - насколько же Митрич вышколил наших подопечных. Когда я еще читал уровень тигра, Татьяна и Ольгой уже взяли тигра «в коробочку», охаживая его с двух сторон граблями и лопатой, чтобы дать Патрику возможность подняться. Петька в этот момент уже вовсю отлечивал нашего танка, а Плюха сразу же после первого удара девчонок всадил полосатому в морду серию из трех файерболлов. Хищник на секунду аж опешил от такой бесцеремоннсти, что дало Аглае возможность перекатиться через плечо и встать на ноги. Тигр, впрочем, тут же опомнился и вновь насел на девушку, но та уже довольно бодро отмахивалась мечом и щитом.

– Отлично!
– завопил Тарасик.
– Патрик, держи его на себе, а мы сейчас эту морду быстро ушатаем!

Старшеклассники радостно загалдели, подтверждая вышесказанное. Но все это веселье пресекла реплика Сергеевны, сказанная очень тихим голосом:

– Мотылек улетает...

И впрямь - белый лепесток бабочки плясал уже очень далеко, на пределе видимости, еще секунд десять - и совсем скроется из глаз.

Все замерли.

– Взвод!
– взревел Митрич своим знаменитым голосом, принимая решение, - Патрик на месте, остальные за мной, бегом... Марш!

И первым бросился в кусты.

– Мы ее не бросим!
– вдруг заорал Тарас.

– Нет, бросите!!!
– заорал в ответ Митрич, легко перекрыв крик воспитанника.
– Черт с вами, Петька - лечишь Патрика, остальные за мной - бегом! Бегом, я сказал!!!

***

Как мы неслись за этим мотыльком! Я так не бегал с того самого дня, как мы с Сергеевной бегали ночью в грозу. Господи, как будто сто лет прошло с того дня, хотя на деле - и месяца нет.

Я, конечно, бежал последним, но даже это не помешало мне услышать, как упрямый Плюха устроил выяснение отношений. Да, прямо на бегу.

– Почему мы их бросили?!
– Тарас даже не спрашивал, это был не вопрос, а то, что в девяностые именовалось «предъява».

– Потому что ты дебил, а не командир!
– популярно растолковывал Митрич.
– Это не я, это ты должен был скомандовать - после того, как Светка про бабочку сказала. Уф! Понял?

– Нет!

– Дебил! Ты думаешь, уф, нам мотылька каждый раз посылать будут?

– Не... Не знаю!

– А я знаю! Такие услуги - одноразовые. Уф. Боженька дважды очко не сдает. Понял?