В безумии
Шрифт:
— Но разборчивый, — добавил братец Лис.
— Разборчивый! — оскорбленно воскликнул мистер Медведь. — Это лучшие из виденных мною кур! Пальчики оближешь! Никто не может пройти мимо равнодушно.
— В другой раз, — предложил я. — Я выслушал ваше предложение с захватывающим интересом, но в данный момент мы вынуждены отказаться.
— В другой раз… — уныло повторил мистер Медведь.
— Да, в другой раз, — повторил я. — Пожалуйста, разыщите меня.
— Когда вы проголодаетесь? —
Я согласился, что это верно, поднял Кэти на руки и пошел. Я был не уверен, что они пропустят нас, но они расступились, и я начал спускаться по тропе.
Кэти вздрогнула.
— Какие ужасные существа, — сказала она. — Стоят и улыбаются нам. Думают, что мы с ними пойдем воровать кур.
Мне хотелось обернуться, чтобы быть уверенным, что они стоят на месте, а не крадутся за нами. Но я не осмелился: они могли подумать, что я их боюсь. Я их действительно боялся, но нельзя было показывать это.
Кэти схватила меня руками за шею и положила голову на плечо. Гораздо приятнее, сказал я себе, нести ее, чем этого невежественного сквернослова-оператора. К тому же она сама была гораздо лучше.
Тропа теперь шла густым лесом, и лишь изредка между деревьями виднелся замок. Солнце опустилось к западному краю горизонта, и глубина леса наполнилась туманными сумерками. Мне показалось, что в тени что-то шевелится.
Тропа раздвоилась. Указатель с двумя стрелками указывал направление к замку и к гостинице. Через несколько ярдов тропа, ведущая к замку, упиралась в массивные железные ворота. По обе стороны от ворот тянулась высокая изгородь из прочной металлической сетки с колючей проволокой наверху. Пестрая полосатая будочка стояла у ворот за изгородью. К ней прислонился человек в латах, небрежно держащий алебарду.
Я подошел к воротам и пнул их, чтобы привлечь внимание охранника.
— Опоздали, — проворчал тот. — Ворота закрываются на закате солнца, и драконы свободно бродят по лесу. Эта прогулка может стоить вам жизни.
Он подошел к воротам и принялся рассматривать нас.
— С вами дама? Что с ней?
— Не может идти, — ответил я, — подвернула лодыжку.
Он хихикнул:
— Следовало бы выделить охрану для дамы.
— Для нас обоих, — резко сказала Кэти.
Он насмешливо покачал головой:
— Я уж позабочусь о ней. Но только о ней одной.
— Когда-нибудь мы с тобой еще встретимся… — пообещал я.
— Убирайтесь! — гневно закричал он. — Убирайся и уводи свою девку! Можете идти в гостиницу, там колдунья пробормочет свои заклинания над ее лодыжкой.
— Пойдем отсюда, — испуганно предложила Кэти.
— Все-таки, друг мой, — обратился я к стражнику, — когда я буду посвободнее, мы еще поговорим.
— Пожалуйста, — просила Кэти, —
Я повернулся и пошел. За нами стражник выкрикивал угрозы и стучал по ограде алебардой. Я брел по тропе, ведущей к гостинице. На одном из изгибов тропы снова показался замок. Я опустил Кэти на траву и сам сел рядом.
Она заплакала, и мне показалось, что она плачет от гнева, а не от страха.
— Никто и никогда не называл меня девкой!
Я не сказал ей, что такие манеры и такой язык неразрывно связаны со средневековьем.
Она повернула ко мне лицо:
— Если бы не я, вы бы избили его.
— Это все разговоры, ведь между нами были ворота.
— Он уверен, что в гостинице есть колдунья.
Я поцеловал ее в щеку.
— Вы хотите, чтобы я не думала о колдунье?
— Почему же? Она может помочь.
— А эта ограда? Проволочное заграждение. Кто слышал о проволочном заграждении вокруг замка? Ведь тогда не была даже изобретена проволока.
— Темнеет. Нам лучше идти к гостинице.
— Но колдунья!
Я рассмеялся, хотя мне было совсем не весело.
— Большинство колдуний — просто старые эксцентричные женщины, которых никто не понимает.
— Может, вы и правы.
Я встал и взял ее на руки.
Она подняла лицо, и я поцеловал ее в губы. Она крепко обхватила меня за шею, а я прижал ее к себе, чувствуя тепло и слабость ее тела. И долго в пустой Вселенной не было никого, кроме нас двоих. Но постепенно я снова стал осознавать темнеющий вокруг лес и шевелящиеся в нем тени.
Пройдя немного по дороге, я увидел слабый прямоугольник света — гостиницу.
— Мы уже почти на месте, — объяснил я.
— Я не буду больше бояться, Хортон, — пообещала Кэти. — Что бы ни случилось, я не заплачу.
— Конечно, — успокоил я ее. — Мы оба выберемся отсюда. Не знаю точно как, но выберемся.
Гостиница, едва видимая в сумерках, оказалась древним покосившимся строением, вокруг которого росли старые изогнутые дубы. Из трубы в центре крыши поднимался дым, а через окна пробивался слабый свет. Двор гостиницы оказался пуст, и вокруг, казалось, никого не было. И это очень хорошо, сказал я себе.
Я уже почти подошел к двери, когда в ней показалась согнутая фигура — черное, лишенное заметных особенностей тело, контуры которого вырисовывались при слабом свете, идущем из здания.
— Входи, дорогой, — зашептало это изогнутое существо. — Не стой разинув рот. Здесь тебе никто не причинит вреда. Да и миледи тоже.
— Миледи подвернула лодыжку, — сказал я в ответ. — Мы надеялись…
— Конечно. Вы пришли в самое подходящее место. Старая Маг сейчас размешает варево и вылечит миледи.