В 7
Шрифт:
— Оу, моя фамильярность, не признак неуважения. Я бы даже сказал наоборот… По поводу же конфликта. Если ты про то нападение… то это инициатива одного черезчур резвого подчинённого, за что приношу свои извинения, — даже не смутившись с некой ленцой ответил тот. — Но об этом мы поговорим после. Для начала представлюсь. Маркиз Рафаэл Федерик Камил ван дер Мер. Твой дед.
— Ага, прямиком из Бразилии, где в лесах очень много-много диких обезьян, — фыркнул я, а затем, хмуро уставившись на сидящего напротив юношу, зло и отрывисто произнёс. — Хватит нести бред!
— Тише, тише, — даже бровью не повёл на мою вспышку «маркиз». — Не стоит так нервничать. Девочка здесь, с ней всё в порядке. Не буду же я трогать наложницу родного внука. Юленька, будь добра.
Бесшумно распахнулась дверь и на террасу с подносом в руках, вышла женская фигура, закутанная в свободный плащ с капюшоном. Я так же видел её через камеры слежения, все тридцать минут, что я наблюдал за этой особой, она неподвижно простояла в центре одной из жилых комнат, не шевелясь, не зажигая в спальне света и не открывая лица. Сейчас же, ткань свободно спала с её плеч прямо на пол, обнажив под ней мою «потерю», вот только что-то с ней было неуловимо «не так».
Естественно, что под воздействием «Третьего глаза», узнал я её сразу и тут же удостоверился в том, что это не двойник и не загримированная подмена, хотя без этой подсказки — засомневался бы. Признаюсь честно, из всех моих фавориток Юля была самой незаметной. Да, симпатичная, стройная, но в целом ничем не выделяющаяся. Та же Андре, положа руку на сердце, красотой не блистала, но имела яркую индивидуальность. Даже Брунгильда имела свою изюминку. Юля же была «как все», обычная девчонка, со спокойным характером, теряющимся на фоне более ярких цесаревен и безбашенных Касимовых.
Однако сейчас передо мной стояла совершенно иная личность. Взрослая, яркая, сексуальная! Глаза Юли буквально светились от распирающей её энергии и в них прыгали озорные чертенята. Красное облегающее платье и броский макияж подчёркивали преображение, создавая образ эдакой «женщины-вамп». Появись она в таком виде в кампусе, непременно произведёт фурор и обзаведётся многочисленными поклонниками. Вот только интуиция буквально взревела, что несмотря ни на что, это пусть и та самая Юля, но не моя, а какая-то чужая.
— Привет, любимый, — умолкнув, девушка прошествовала к столу, элегантно виляя бёдрами, поставила свой поднос, укрытый объёмной крышкой, и наклонилась ко мне, впившись в губы долгим поцелуем. — Я скучала.
Так себя эта девушка никогда не вела. И это было довольно-таки подозрительно, особенно если учитывать её стеснительность и неуклюжесть в этих вопросах, которая раньше затмевала даже Касимову-младшую, как-то очень подозрительно выглядели такие перемены. А ещё, у неё были довольно-таки холодные губы, да и дыхание каким-то прохладным, что мне так же показалось странным.
— А я-то как, — не подавая признаков нахлынувшего на меня беспокойства, вроде бы как облегчённо выдохнул я поднявшись, крепко обнял девушку. — Ты в порядке?
Действительно температуру её тела, я бы на вскидку оценил в тридцать, ну максимум в тридцать один
— В полном, — улыбнулась Юля и следующие её слова мне как-то совсем не подавились, но я опять же не подал виду. — не обижайся на Его Сиятельство. Его не было в столице, когда Ромушев затеял нападение на нас.
— Ромушев?! Олег? — уточнил я, вновь усаживаясь на кресло, и утягивая Юлю к себе на колени, частично потому, что не хотел отпускать, а частично потому, что продолжал сканировать своей сансарой её тело. — А он здесь причём? И главное, как он смог «это» сделать?
Тело девушки было мало того, что было значительно холоднее нормальных 36.6 градусов цельсия, так оно ещё к тому же явно было подвергнуто каким-то изменениям. Почти не ощущалась привычная «девичья мягкость», так животик Юли, на котором сейчас лежала моя ладонь, имел довольно-таки рельефный пресс из перенапряжённых мышц, которому позавидовала бы, наверное, даже Ленка Касимова. И это при том, что последняя с детства занималась спортом и боевыми искусствами будучи воином, а маг Юля, максимум что сидела на диете.
Потом, сердце девушки, которое я сейчас, прижимая её тело к себе, ощущал очень даже хорошо, билось раза в два медленнее моего собственного. Да и дышала она не так часто, как должна была бы…
— Здесь есть доля моей вины, — подал голос маркиз, совершенно не обращавший внимания на мои манипуляции. — Когда я только приехал в ваш город, то взял это ничтожество в ученики. Но потом мне пришлось отлучиться по делам, вот и не уследил за ним. Но по возвращению разобрался и наказал за то, что посмел тронуть твоих наложниц. Вот, полюбуйся.
Он жестом указал на принесённый Юлей поднос. Я, немного поколебавшись, отпустил девушку тут же скользнувшую на соседний стул и поднявшись, снял крышку, и чуть вздёрнул бровь, на мгновение переведя взгляд на «Маркиза», а затем вновь уставившись на «подношение».
На серебряном блюде лежала отрубленная голова Олега, застывшая в предсмертном оскале. Не нужно было даже «Третьего глаза», чтобы разглядеть слегка искажённую нижнюю челюсть, которой в челюстных углах, словно бы было по дополнительному суставу. Увеличенные и неестественно острые клыки и слегка деформированные под клиновидность, уменьшенные резцы из-за которых его прикус чем-то напоминал рыбу пиранью.
За стекленевшие глаза с красными ободками по радужке вокруг зрачка, взирали на мир с недоумением. Словно бы парень так и не поверил, что это с ним произошло. А может даже и не понял, что умер. Срез шеи был ровным, похоже, что отрубили голову одним мощным ударом со спины.
— Неожиданно… — честно говоря, я не знал как на это реагировать, однако внутренне напрягся, ожидая всякого. — Вся эта секретность, только для того, чтобы продемонстрировать мне мутировавшую голову Ромушева? Кстати, как это произошло? Или есть какая-то другая причина