В 5
Шрифт:
– Начаруешь мне? – спросил я Рис. – Знаешь же, я не особо в этом силен.
Девушка почти плакала. Слезы вот-вот грозились сорваться с ее длинных ресниц. Но она сдержалась. Скастовала заклинание и протянула мне самый обычный балахон до земли с капюшоном и сапоги. Я облачился в одежду, проверил еще раз наличие артефактов, после чего вновь убрал их обратно. Подумал, и взял совсем немного пыли. На дорогу и Сереге на первое время. Все было готово.
– Без штанов, но в шляпе, – пошутил я, чувствуя некоторое неудобство от отсутствия белья.
– Как же я
Рис не договорила. Она замолчала, а слезы градом катились по щекам. Я подошел и обнял ее, сдерживаясь, чтобы не заплакать самому. Обычно мы можем расчувствоваться, когда представляем себя мертвыми. Глаза сразу становятся мокрыми. Но сейчас мне было жалко не себя, а ее. И чем дольше это будет продолжаться, тем хуже. Поэтому вскоре я мягко, но настойчиво отстранился.
– Уходи, пожалуйста. Так будет лучше… Пожалуйста.
Рис подняла на меня глаза в последний раз, и пошла. Словно пьяная, чуть покачиваясь при каждом шаге. Вздрагивая и шмыгая носом. А я развернулся к Вратарю, чтобы не смотреть на нее. Так, ролик на сорок один день назад. Хотя нет, надо взять еще меньше, чтобы я не куковал там с самого утра. Вот так лучше. Ну же…
Я стоял в той же обители. Тени от солнца причудливо переместились. Вратарь был другой – это я понял как-то интуитивно. Я выглянул наружу. Орк сидел на крыльце своей хижины. Имя его мне вспомнить так и не удалось. Но это и не надо было. Я лишь поманил его пальцем.
– Кто ты? – спросил он, подходя.
Странное ощущение, когда ты хорул. Знаешь будущее, видел его, но вынужден все равно задавать одни и те же вопросы.
– Голос семьдесят шестого эфета.
– Семьдесят шестого… – мучительно принялся соображать хорул.
– Вот, возьми, – протянул я ему тщательно составленное вчера письмо. Точнее, составленное через сорок дней, – отдай его Игошу.
Думаю, у хорула было еще много вопросов. Но листы пергамента он все же послушно забрал. А я уже повернул голову к Вратарю и вздохнул.
– Мне нужно в Отстойник. Местечко называется Порог.
– Ты же знаешь, что у этих Врат нет обратного хода?
– Знаю. Из-за безопасности. Но мне и не придется возвращаться.
– Последний путь? — спросил Вратарь.
В словах собеседника явно чувствовалась участливость. Я даже удивился. Но Вратарю лишь кивнул. Чуть подумал и добавил:
– Я много ходил меж миров и часто задавался вопросом: кто такие Вратари? Но ответа нигде не мог найти. Может, ты мне скажешь? Сейчас. Перед моим последним путем. Кто вы?
– Мы порождения Игры. Те, благодаря кому она существует и кто ей нужен.
– Это слишком расплывчатое определение. Вы Игроки?
– Когда-то были. А потом… стали Вратарями. Мы в определенной степени схожи с вами.
– Только находимся на разных полюсах.
– Нет, — покачал головой Вратарь, – скорее в разных плоскостях восприятия сущего. Вы считаете, что мирам нужно равновесие. Мы уповаем на связь миров между собой, что бы она ни несла. В этом и разница.
– Думаю, мне нет смысла состязаться с тобой в красноречии.
– Это было бы весьма опрометчиво, –
– Тогда оставим это на потом. Пора отправляться.
– Как угодно, хорул.
Вот интересно, как он узнал? Орк, увидев меня, был немало удивлен. Все же мы были Игроками. А Вратари чем-то или кем-то иным. Жаль, что этот секрет я уже не раскрою.
Я достал из-за пазухи щепотку пыли, бросил на камень. Но крупицы не упали, а повисли в воздухе, приходя в движение. Я коснулся алтаря, как и стоящее напротив существо в латных доспехах. Мгновение — и вечно облачное безмолвие Архейта сменилось гомоном Отстойника.
Врата были другие. Не те, в которые я перемещался будучи Игроком. Надо же, значит, есть своего рода дубли. Только для чего? Думаю, вряд ли просто для хорулов – слишком уж жирно будет нам. Значит, для нужд самих Вратарей. Во всех ли городах есть дубликаты? Тоже вопрос непраздный. Я сверился с картой и отправился к Ордену.
В Праге оказалось прохладно. По меркам обывателей, конечно. Но я в своей призванной одежде холода не чувствовал. Мысли были заняты другим. Грядущим разговором с Гроссмейстером. Это ощущение казалось странным. Так как я выбрал эту линию будущего, вошел в нее полностью, то ближайший день представлялся довольно ясно. Даже вроде бы и слова подбирать не надо было.
На входе толкались обыватели-спецы. А рядом с ними знакомый мастер меча – Артан. Еще живой и невредимый. Я не боялся его. При скорой встрече в Отстойнике он меня не узнает. Капюшон скрывал часть лица, да и с того момента я довольно сильно оброс.
– Мне нужно увидеть Гроссмейстера.
– Кто ты? — окинул меня взглядом Артан.
– Хорул. Голос семьдесят шестого эфета из Архейта.
Все-таки короткая присказка оказалась эффективнее любого ключа. После непродолжительного ожидания под пристальным вниманием охраны, он появился. С более почтительным лицом, чем ранее.
– Гроссмейстер примет вас.
Короткий проход по богато украшенному дому, мимо десятка Видящих, многие из которых умрут совсем скоро. И вот мы уже стояли перед главой Ордена.
– Хорул, — удивился мне Гроссмейстер. Выглядел он гораздо лучше, чем я его запомнил, – вот так уж встреча! Ты явился что-нибудь рассказать мне?
– Я много могу рассказать тебе. Например, что ты, чтобы сбить меня с толку, решил принять гостя здесь, а не на втором этаже, как обычно. Что в слуховой комнате притаился Магистр, который ловит каждое наше слово. Или что я прибыл с важным предложением, на фоне которого все твои уловки выглядят нелепыми. Так что мне рассказать, Нума?
Разговор вышел совсем коротким. Так всегда бывает, когда ты знаешь, что тебе нужно, и находишь правильные слова. Видящие были все-таки неплохими ребятами. И они оказались заинтересованы в сохранении баланса в Отстойнике не меньше меня. Да и, если честно, новость о скором появлении Разрушителя подействовала так, как и должна была. Хотя, признаться, Нума был потрясен. Ничего, еще придет в себя. И поймет, что несколько жизней не дороже тысяч.