В 2
Шрифт:
Очередной выпад я уже встретил достойнее. Присел и рубанул клинком… по воздуху. Кошкодер прошел сквозь щупальце, будто того и не было. Преодолевая желание уйти из-под удара, я остался на месте. И отросток не причинил мне вреда. Что за черт?
– Шутки робера, – пояснила Рис, обернувшись, – он Иллюзионист. Причем, неплохой.
– Отвлек внимание от своего отхода, чтобы у нас не возникла мысль догнать его и отобрать деньги, – догадался я.
– Береженого бог бережет, – неожиданно вмешался в наш диалог Илья.
– Как ты? – спросила его Рис.
– Очень странно, – признался паренек, –
– К этому надо будет привыкнуть. Пойдемте, нечего тут оставаться. Сергей!
Я вздрогнул, поняв, что сижу на корточках перед останками убитого Игрока. А на моих пальцах пыль, что осталась после него. Мелкая, мелкая, есть даже слово такое, вот – дисперсионная. Я понюхал ее – никакого запаха. И с каждой секундой она все больше развеивалась.
– Пойдемте, – поднялся я.
Двигались мы теперь медленно, в одном темпе. Рис придерживала Илью за плечи, а я шагал рядом.
– Стражи не будут его искать? – спросил я.
– Если и будут, то безрезультатно. На него объявили поручение в Москве. Поэтому после исчезновения никто плакать не станет.
– Можно и награду забрать, – грустно усмехнулся я.
Рис несколько секунд внимательно изучала меня, видимо, не поняв, это была шутка или серьезное предложение. Не разобравшись, ответила.
– Я не заинтересована в том, чтобы кто-то узнал об Илье. Поэтому, исчезновение Виталия меня устраивает. Пусть думают, что он затаился.
– А твой перг не растреплет?
– Он не станет распространяться об этом. Роберы вообще не очень любят рассказывать о своих делах. Кто болтает, долго не живет. Да и клиентов у них меньше становится.
– Лишь бы парень это нормально воспринял, – негромко сказал я.
– Не надо говорить обо мне в третьем лице, – повернул голову Илья, – я все понимаю. Тетя Рита сказала, что я вылечусь. И стану Ищущим. А после этого мир изменится. Все и правда немного изменилось.
Я промолчал. А что еще сказать? Ищущий это да, однако Илья теперь навсегда останется в теле мальчишки. Что будет с ним через пару лет, через десять или… через сто, если доживет? Опытный Игрок, заключенный в оболочку хрупкого юноши. Мы дошли до выхода из парка, где нас ждала машина. Точнее, Рис и пацана. Я в их компашку не вписывался, о чем мне девушка, немного смущаясь, и сообщила.
– Мы сейчас к родителям Ильи. Они думают, что мы гуляем. Да и мне Илью надо проинструктировать, как себя вести ну и вообще…
– Удачи, – кивнул я и протянул руку парню, – давай, держи хвост пистолетом.
– До свиданья, – серьезно ответил тот.
Рукопожатие вышло крепче, чем в прошлый раз. Вряд ли болезнь отступает сразу, но, думаю, процесс уже запущен. Наверное, Рис все сделала правильно. Наняла робера, чтобы тот нашел разыскиваемого убийцу, инициировала брата. Выбрала не просто беспомощного Игрока, которого наемник мог легко найти, а именно преступника. Наверное, отсюда и такой космический ценник.
Она поступила рационально. Но почему червячок сомнения все равно гложет меня? Происшествие в парке, на которое я напросился, оставило после себя странное чувство. Словно хотелось отмыться от него, забыть и больше никогда не вспоминать. Причем, я сам не мог себе
Чтобы перестать думать о морализаторстве, занялся вполне конкретными делами. Достал смартфон и забил на карте магазины светильников. Совсем рядом оказался один, но он работал до шести вечера. Не вариант. Второй был в паре остановок, прямиком на проспекте Гагарина. Закрывался через двадцать минут, поэтому существовала вероятность успеть.
Пробок не было, и я долетел за каких-то пять минут. Магазин располагался в пятиэтажном доме. Вывеска слева от двери свидетельствовала о том, что здесь все «дорохо-бохато», а недовольные лица продавцов говорили о не самом высоком сервисе. Собственно, я их понимаю, никому не хочется оставаться после закрытия. Поэтому не стал тянуть быка за вымя – или что там у него. Попросил показать мне самые дешевые люстры. Выбрал одну из них, с тремя рожками, направленными вниз, маде ин Чина, за две с половиной тысячи рублей и энергосберегающие лампочки. Мне кажется, вполне. Были варианты и красивее, и дороже. Но, думается, не оценит мой домашний разрушитель люстру за сорок тысяч с египетским хрусталем.
Вызвал такси и, понаблюдав в окно за тягучими, как нуга, пробками, через какой-то час уже был дома. Нет, надо решительно заводить себе зева или порта. Во времена нанотехнологий, теории струн и адронного коллайдера автомобильные заторы просто убивали.
Зайдя домой, вдруг подумал, что уже начал привыкать к умопомрачительных запахам с кухни. Стал много кушать. В смысле, зажрался. Домовой выскочил в коридор и с видом заинтересованного «Чекупила» чуть ли не залез носом в коробку. Только поняв, что там нет ничего съестного и люстра не проходит по его ведомству, вновь ускакал бодрым лосем на кухню.
Преодолевая жалостливые позывы желудка, я выключил электричество, принес табуретку и повесил люстру на крюк, подсвечивая фонариком в телефоне. Подсоединил, убрал провода под чашку, поднял ее к потолку и затянул. Жаль, что вот на уроках труда всех почему-то учат строить скворечники, а не азам сантехники и электрики. Не будь у меня деда, так бы и сидел грустно в темной комнате. Зато с криво сколоченным домиком для птиц.
– Лапоть, ты в курсе, что окрошку едят летом? – спросил я, усаживаясь за стол.
– Так ты просил чего свеженького, вот, – развел руками домовой.
Я хотел еще поворчать, но вовремя заткнулся. Вот как он это делает? Банальную окрошку, причем не классическую, а на кефире, приготовил так, что охота вместе с пальцами съесть. Только тарелка опустела, как передо мной появились котлеты из рубленой птицы. Нет, что это котлеты, я сам понял. А вот Лапоть с замашкой официанта в хорошем ресторане, объявил, из чего они.
Только я занес вилку и хотел доказать, что эти самые птицы погибли не зря, как зазвонил мобильник. Думал, что Юлька – хоть и говорил о своей занятости, видимо, девушка соскучилась. Но нет, какой-то номер, которого у меня не было в записной книжке. Засомневался немного, опять очередной банк будет впаривать карты или мой оператор начнет предлагать выгодный тариф (стоит лишь доплатить), но нет. Раздался знакомый голос, и я понял, что случайностей не бывает.