Узник опала

Мейсон Альфред

– Она не стала бы дожидаться, чтобы вас увидеть, – возразил Ано.

– Я мог бы заговорить с ней через стеклянную дверь, когда свет погас. Но я этого не сделал! Я позволил ей думать, будто я один из преследователей… Но я нервничал и – Рикардо оборвал фразу и выпрямился. – Нервничал? Нет! Я испугался! Прошлой ночью я мог спасти Джойс, но я испугался!

Эта вспышка смутила всех. Ано мягко похлопал друга по плечу.

– Возможно, с Джойс все в порядке, – сказал он.

Однако мистер Рикардо не хотел, чтобы его утешали. Он бы еще долго продолжал бичевать себя за свою трусость, по, к счастью, жандарм Корбье

в этот момент обнаружил нечто, еще сильнее усложнившее и без того запуганное дело.

– Смотрите, мосье Ано! – возбужденно вскричал он, выпучив глаза.

Корбье стоял на открытом пространстве в конце аллеи, в нескольких ярдах от остальных, и дрожащей рукой указывал на нижние ветки дерева.

Глава 12

Маска

Деликатный вопрос о поведении мистера Рикардо тотчас же был забыт. Все устремились к Виктору Корбье, но, только остановившись у него за спиной, увидели то, на что он показывал. Среди листвы на них смотрело чье-то лицо. Хотя ветка закрывала глаза, но были четко видны мертвенно-бледное лицо, рыжие волосы и полные губы, скорее бордовые, чем алые. Черты лица были правильными, но в целом зрелище производило жуткое впечатление.

Ветерок шевельнул ветку, обнажив длинные и черные ресницы, шелковистые, как у девушки, под которыми не было глаз. Лицо оказалось маской, сделанной необычайно искусно.

– Нужно снять эту штуку, – сказал Ано.

Маска находилась не так высоко. Детектив сбросил ее на траву, подцепив рукояткой трости, подобрал и протянул Виктору Корбье:

– Наденьте ее!

Жандарм сбросил фуражку и с усмешкой натянул на голову маску из папье-маше, превратившую его из добродушного сельского парня в субъекта устрашающей внешности.

Мистер Рикардо с трудом верил, что подобная трансформация возможна. Казалось, маска ожила. Длинные черные ресницы придавали глазам Корбье выражение печали, словно уходящей в глубину веков. Маска могла бы изображать Агасфера, [45] если бы не одна деталь. В красивом печальном лице ощущалась одновременно поистине сатанинская жестокость. Когда Корбье снял маску, у зрителей невольно мелькнула мысль, не был ли он демоном, прикидывающимся безобидным крестьянином и на миг удостоившим их зрелища своей подлинной личины.

45

Агасфер, или Вечный Жид – персонаж средневековой легенды, ударивший Христа и обреченный им на скитания по свету до Второго пришествия

– С этой маской нужно бережно обращаться, мосье комиссар, – сказал Ано, заворачивая ее в большой разноцветный носовой платок, который вытащил из кармана. – Думаю, только два человека в мире могли изготовить такую маску. Один из них живет в Америке, а другого можно найти в его лондонской студии на Хеймаркете. [46] Скоро мы выясним, кто из них сделал маску и для кою. – Он переводил взгляд с одного лица на другое, и в его голосе звучало сдержанное торжество, какое мистер Рикардо слышал только однажды или дважды. – У преступления в Шато-Сювлак есть кое-что общее с этой маской – оно такое же жестокое и безжалостное. Поэтому мы в свою очередь

тоже будем безжалостны.

46

Хеймаркет – улица в центре Лондона, где находится одноименный театр

Мистер Рикардо поежился.

Глава 13

Разные точки зрения

Ано отдал приказ жандарму:

– Заверните эти туфли и передайте их секретарю мосье комиссара, а потом попросите моего ассистента, когда он покончит с клумбой, сделать слепки и этих следов.

Корбье подобрал серебряные туфельки и быстро зашагал по аллее. Остальные двинулись следом.

Они находились в ярдах двадцати от дома, когда маленький толстенький человечек в сутане с пурпурным кушаком вышел из французского окна гостиной и огляделся вокруг, словно желая остаться незамеченным. Хотя Ано был поглощен своими мыслями, он сразу же увидел его и знаком велел спутникам остановиться.

– Кто это? – тихо спросил он.

– Аббат Форьель, – ответил комиссар Эрбсталь.

– Ах да! Пожалуйста, стойте на месте.

Скрываясь за деревьями, они наблюдали за передвижениями аббата, который, подойдя на цыпочках к краю террасы, окинул взглядом верхние окна двух башен. Убедившись, что оттуда никто за ним не следит, он медленно направился по каменным плиткам в сторону аллеи, глядя на землю, как человек, погруженный в раздумье. Оказавшись напротив стеклянной двери столовой, аббат снова приподнялся на цыпочки, чтобы лучше видеть, заглянул в комнату, быстро и бесшумно пересек террасу и прижал лицо к стеклу.

– Все это очень странно, – недовольно прошептал мистер Рикардо. Таинственное поведение аббата не являлось для него приятным зрелищем.

– Тише! – прошипел Ано и задумчиво добавил: – Любопытно, сколько времени он ждал в гостиной, чтобы выразить свои соболезнования?

– Мосье аббат не ждал вовсе, – ответил комиссар. – Он человек властный и выразил бы неудовольствие, если бы его заставили ждать. Аббат уже повидал обеих дам.

– Ого! – В голосе Ано послышался интерес. – Расскажите-ка подробнее, мосье комиссар.

– Аббат прибыл перед тем, как вы и ваш друг вернулись из Вильбланша. Он вежливо попросил у меня позволения предложить свои утешения дамам. Правда, обе леди протестантки, но в несчастье у всех одна вера.

– И вы разрешили ему? – спросил Ано.

– Без колебаний, – твердо отозвался Эрбсталь.

Ано склонил голову. Даже знаменитый инспектор парижской Сюртэ предпочитает не портить отношения с комиссаром полиции, если не желает осложнять процедуру расследования.

– Значит, все это время мосье аббат держал нас под наблюдением, – заметил Ано, как будто ничто не могло быть удачнее этого обстоятельства.

– Вовсе нет, – возразил Эрбсталь. – Аббат недолго побеседовал с мадемуазель Тэсборо и сразу же направился в комнату мадам Тэсборо, которая расположена в заднем крыле и чьи окна не выходят на эту сторону.

Это не все, подумал мистер Рикардо. Важно знать, когда аббат покинул комнату в заднем крыле и тайком перебрался в гостиную. Но он не стал вмешиваться, понимая, что у комиссара пунктик в отношении аббата Форьеля. Рикардо предоставил проблему Ано, но тот опять устремил взгляд на террасу.