Ужасы
Шрифт:
Они не поверили, что девочка была здесь и куда-то исчезла. Они сказали, что увидели бы ее, что она должна была бы миновать них. Они без конца повторяли, что я схожу с ума, но не пытались остановить меня, и наконец я очистил комнату от всех шариков, пока они стояли и ждали полицию, которую я заставил их вызвать.
Несколько дней я был не в состоянии выйти на работу. Меня лихорадило. Я продолжал думать о ней.
Я видел ее всего мгновение, пока не опустилась темнота. Девочке было лет пять или шесть. Она выглядела уставшей, испачканной, бледной и замерзшей, будто
Она смотрела на меня широко открытыми глазами, плотно сжав губы. Грязные пухлые пальчики крепко сжимали край стенки домика Венди.
Полиция никого не нашла. Они помогли нам собрать шарики и засыпать их обратно в игровую комнату, потом отвезли меня домой.
Я все время думаю о том, как все могло бы сложиться, если бы хоть кто-то поверил мне. Не могу представить, как бы все обернулось. Когда через несколько дней я вернулся на работу, самое страшное уже произошло.
Если вы не понаслышке знакомы с такой работой, как моя, вы знаете, что бояться следует двух ситуаций.
Первая — это когда вы приходите на место и видите там скопление людей, нервных и возбужденных, они спорят и орут, расталкивая друг друга. Вам ничего не видно из-за толпы, но вы понимаете: эти люди так взбудоражены, потому что случилось что-то плохое.
Вторая ситуация — это когда вам тоже ничего не видно из-за толпы, но теперь люди реагируют иначе: они замерли на своих местах и как-то по-особенному молчаливы. Такое случается реже, но это куда хуже, чем первый случай.
Ту женщину и ее дочь уже увезли. Все, что произошло, я увидел позднее в записи.
Девочка пришла в игровую комнату через пару дней после первого визита. Как и в тот раз, она сидела одна, совершенно счастливая, напевая и разговаривая сама с собой. Ее минуты истекали, мать уже погрузила новую садовую мебель в машину и вернулась за дочкой. Женщина постучала в стекло, улыбнулась, малышка выглядела вполне счастливой, пока не поняла, зачем ее зовут.
На пленке видно, что она сразу начала вести себя совершенно иначе. Настроение у нее портится, она хнычет, потом внезапно поворачивается, бежит обратно к домику Венди и с грохотом падает в шарики. Мать терпеливо стоит у двери и продолжает звать ее, воспитательница стоит рядом с ней. Видно, что они разговаривают.
Малышка сидит спиной к взрослым и что-то говорит, обращаясь к пустому дверному проему домика Венди, очевидно упрямо доигрывая какую-то ей одной понятную игру. Другие дети продолжают заниматься своими делами. Некоторые наблюдают за тем, что происходит.
Наконец мать громко требует, чтобы дочь подошла к ней. Малышка поднимается и поворачивается лицом к камере; теперь мать и дочь стоят друг напротив друга, их разделяет лишь море шариков. Девочка замерла, опустив руки вдоль тела, зажав по шарику в каждой ладошке; но вот она поднимает руки и смотрит попеременно то на шарики, то на мать. "Не пойду, — говорит она (это я разобрал потом). — Я хочу остаться. Мы играем".
Она пятится в домик Венди. Мать шагает к ней и на мгновение сгибается в дверном проеме. Чтобы забраться внутрь, ей приходится опуститься на четвереньки. Вот из домика торчат
На пленке нет звука. Но зато вы видите, как дети вокруг вздрагивают, а воспитательница бросается вперед, и понимаете, что женщина закричала.
Воспитательница потом рассказывала мне, что, когда она пыталась пробраться к домику, ей казалось, что шарики давили на нее своей массой, будто вдруг стали очень тяжелыми. Дети все время лезли ей под ноги. Следом за ней проталкивались еще несколько взрослых; казалось странным и нелепым, что эти несколько футов до домика Венди приходилось преодолевать с таким трудом.
Они не смогли вытащить мать из домика, поэтому взялись за него с четырех сторон и подняли домик над ее головой, разломав игрушечные стены.
Ребенок задыхался.
Разумеется, шарики специально делают достаточно большого размера, чтобы избежать риска подобных ситуаций, но эта девочка как-то умудрилась затолкать шарик глубоко себе в рот. Это казалось невероятным. Но шарик был так глубоко и втиснут так сильно, что его невозможно было достать. Глазки малышки едва не выкатывались из орбит, маленькие ножки были повернуты внутрь носками и коленками.
Теперь мать поднимает девочку и стучит по спине, очень сильно. Дети выстроились вдоль стены, наблюдая за происходящим.
Одному из мужчин удается оттеснить мать, он поднимает девочку, намереваясь применить прием Хеймлиха. [40] На пленке не очень хорошо видно ее лицо, но можно заметить, что оно теперь потемнело и сделалось синюшным, а голова безвольно повисла.
Как только мужчина обхватывает малышку, он невольно поскальзывается на шарах, все еще прижимая девочку к себе. Они падают вместе. Малышке уже не помочь.
40
Способ удаления посторонних предметов из дыхательных путей, когда пострадавшего переворачивают вниз головой.
Детей срочно уводят в другую комнату. По магазину сразу проносится слух, что в игровой что-то случилось, сюда сбегаются все родители. Когда прибежала первая мамаша, она увидела, что мужчина, который пытался помочь девочке, проглотившей шарик, теперь кричит на детей, а воспитательница пытается успокоить его. Он требовал, чтобы дети показали ему другую малышку, которая путалась под ногами и что-то болтала, когда он хотел перевернуть задыхавшуюся девочку вниз головой.
Это была одна из причин, почему нам пришлось снова и снова просматривать кассету, чтобы выяснить, откуда взялась таинственная девочка и куда она подевалась. Но пленка ее не зафиксировала.
Конечно, я пытался перейти на другой объект, но для нашего бизнеса, да и не только для него, наступили не лучшие времена. Стало совершенно ясно: если я хочу удержаться на этой работе — мне лучше всего оставаться на старом месте.
Игровую комнату закрыли — сначала на время следствия, потом "на реконструкцию", потом и вовсе на неопределенный срок, пока решался вопрос о ее будущем. Ее закрыли сначала неофициально, а потом объявили об этом от лица администрации магазина.