Узел
Шрифт:
— Сколько времени тебе потребовалось, чтобы вернуться к яхте?
— Я не знаю — намного больше, чем для того, чтобы от яхты добраться до затонувшего судна, потому что я страшно устал.
— Попробуй прикинуть.
— Ну, должно быть, чтобы добраться до судна, мне понадобилось минут пять или шесть, и, пожалуй, вдвое больше, чтобы вернуться обратно.
— Где была Клэр все это время?
— Я увидел ее, когда она держалась руками за площадку для спуска в воду, и ее рвало. Наверное, она пыталась
— Ты спрашивал ее, что с ней случилось?
— Нет, мы оба были в ужасном состоянии. Я помог ей забраться на площадку и освободиться от акваланга, затем я немного отдышался и поднялся наверх в кокпит, чтобы связаться по рации с береговой охраной.
— Сколько времени прошло до того, как они появились?
— Минут двадцать, может, полчаса. Они, должно быть, были где-то поблизости.
— О чем вы говорили с Клэр, пока их ждали?
— Я рассказал ей о Гарри, но она почти не реагировала. Казалось, что она в шоковом состоянии или что-то вроде этого.
— Но ты не был в шоковом состоянии?
— Видит Бог, я был потрясен, но я чувствовал себя все лучше и лучше с каждым вдохом. К тому времени, как подошел катер, я чувствовал себя совершенно нормально. Мне кажется, что Клэр тоже, хотя она не произнесла ни слова. Лейтенант заметил, как хорошо мы оба выглядели.
— Тебе не показалось, что нужно побыть в барокамере, чтобы избежать кесонной болезни?
— Нет, мы погружались до глубины шестьдесят футов — это достаточно глубоко, чтобы рекомендовать очень медленный подъем, но, мне кажется, я пробыл на этой глубине слишком мало времени, чтобы могли возникнуть проблемы: это то, что аквалангисты называют рикошетным погружением. На катере была барокамера, и мне предлагали ею воспользоваться, но я счел, что мне это не нужно.
— Тебе хочется что-нибудь к этому добавить?
— Нет, пожалуй, это все, что я могу сказать.
Томми сделал глубокий вдох, задержав дыхание, и наконец произнес:
— Что же, похоже, у нас тут есть одна проблема, Чак.
— Какая еще проблема?
— Некоторые из твоих ответов не согласуются с ответами Клэр.
Чак нахмурил брови:
— Например?
— Повтори, как долго ты пробыл в машинном отделении?
— Восемь, ну, десять минут.
— Клэр сказала, что ты провел там около сорока пяти минут.
Чак выпучил глаза:
— Это сущая нелепость; работа была настолько простая, что на нее не нужно было и четверти этого времени.
— Ты в этом полностью уверен?
— Да, несомненно.
— Еще кое-что: Клэр сказала, что ты дал Гарри акваланг с красным баллоном, ей с желтым, а с голубым взял себе.
— Неправда. Клэр сказала мне, чтобы я взял голубой — она сказала, что это акваланг для гостей!
Томми медленно
— Чак, — сказал Томми, — ты когда-нибудь раньше видел это?
Глава 22
Чак уставился на пластмассовый шланг, словно это была ядовитая змея.
— Да, за мою жизнь я видел, пожалуй, несколько тысяч футов подобного шланга. Он широко используется на яхтах.
— Я имею в виду не такой шланг вообще, — сказал Томми. — Я имею в виду именно этот кусок шланга.
Чэндлеру совсем не нравилось, какой оборот принимает разговор.
— Я не знаю, как отличить этот кусок шланга от любого другого куска того же шланга, — сказал Чак. — К чему ты клонишь, Томми?
— Чак, я думаю, мы уже выяснили, что ты весьма умело обращаешься с яхтой и вообще со всем механическим. Как ты считаешь, это справедливое утверждение?
— Да, полагаю, что так. И что из этого?
— Да то, что Гарри Каррас совсем ничего не понимал в машинах, он никогда сам ничего не ремонтировал на собственной яхте и не знал, как все эти штуки работают. Но ты это знаешь.
— Пожалуй, я слишком медленно соображаю, Томми. Почему бы тебе не высказать прямо, что у тебя на уме? — Чак обхватил себя руками за плечи.
— Что же, начну с того, о чем мне рассказал лейтенант, командующий катером береговой охраны. Когда он появился на борту «Беглеца», он спустился в машинное отделение, и там на полу нашел этот кусок пластмассового шланга, совсем рядом с воздушным компрессором.
— И что?
— Он также не обнаружил никакой страховочной проволоки на хомутиках, крепящих выхлопной шланг к забортной трубе.
— Это просто дико, я намотал ее туда менее чем за час до того. Страховочная проволока не могла отвалиться сама собой.
— Оставим пока это; разреши мне продолжить и рассказать тебе до конца теорию лейтенанта.
— Какую еще теорию?
— Послушай меня, Чак, — сказал Томми. — Лейтенант думает, что этот кусок шланга мог быть использован для того, чтобы соединить вместе два куска шланга большего диаметра. Это возможно?
— Ну, если у этих шлангов подходящие диаметры, то можно вставить каждый конец тонкого шланга в кусок более толстого и удлинить его этим на несколько дюймов.
— Позволь мне также узнать твое мнение вот о чем, — сказал Томми. — Мог этот кусок шланга быть использован для того, чтобы соединить выхлопной шланг двигателя с входным шлангом воздушного компрессора? — У Чака отвисла челюсть, и он промолчал. — Чак? Что ты думаешь об этой возможности?
Чак с трудом сглотнул.