Узел

Вудс Стюарт

— Насчет этого вы правы.

— Представь себе, что ты Каррас в его прежней жизни. Твоя работа позволяет тебе наложить лапу на кучу чужих денег.

— Почему чужих? Почему это не могли быть его собственные деньги?

— Потому что для того, чтобы тратить собственные деньги, не нужно становиться кем-то другим, Дэрил.

— Уж наверное. Если только у тебя нет жены, которая дышит тебе прямо в затылок.

— Забудь на минутку о жене. Итак, ты Каррас, — продолжал Томми, — и ты хочешь загрести все эти деньги и сбежать, так? Ну ты же не можешь просто выписать чек и сесть

на самолет. Такого рода кража требует тщательной подготовки. Тебе нужно найди способ перевести деньги, спрятать деньги, но при этом так, чтобы они оставались тебе доступны. Я хочу сказать, что ты не можешь просто набить ими багажник твоего автомобиля и поехать на закат, прокладывая себе путь стодолларовыми купюрами.

— Должно быть, он за все расплачивается наличными, — сказал Дэрил. — Согласно результатам нашей проверки, у него нет ни кредитных карточек, ни счетов в магазинах.

— Верно, но у него есть чековый счет в Первом государственном. Он должен его откуда-то пополнять. Держу пари, что у него есть брокерский счет или два, наверное, в Майами или в другом городе. Если он знает толк в деньгах, то его должно бы раздражать, что куча наличных лежит мертвым грузом, не принося никакого дохода. Он захотел бы их инвестировать, но таким способом, чтобы они были доступны.

— Он, наверное к тому же не платит никаких налогов, — сказал Дэрил.

— Удачная мысль. Брокерские конторы сообщают о доходах клиентов налоговым органам. Очень скоро налоговая инспекция постучит в дверь его дома. Он прожил в Ки-Уэсте семь месяцев, по его словам. Это, наверное, не достаточно долго, чтобы им заинтересовались парни оттуда.

— Может, он думает переехать, прежде чем они до него доберутся; может, он опять собирается сменить имя. Но, — сказал Дэрил, подняв палец вверх, — если он в бегах, то зачем ему все это барахло? Дом, машина, самолет, яхта? Это слишком длинный хвост, чтобы тащить его с собой, верно?

— Насчет этого ты прав, — согласился Томми. — Так что, возможно, он и не собирается никуда срываться. Но вернемся к яхте. Сразу после того, как я перебрался сюда, я ужинал в «Садике Луи», отмечая день рождения моей жены, и на моих глазах большая яхта сгорела дотла.

— Но это была не яхта Карраса, — заметил Дэрил.

— Однако в точности такая, как у него.

— О-о, теперь до меня дошло, — сказал Дэрил. — Тот, кто пытался помешать Каррасу смыться, принял эту другую яхту за его собственную и взорвал ее.

— Вот теперь ты понял, о чем я толкую.

Официантка принесла счет. Томми оставил деньги на столике и пригласил Дэрила следовать за собой. Они вышли из ресторана и подошли к кромке воды.

Дэрил заговорил:

— Что-то тут не так, — сказал он.

— Почему же?

— Если вы Каррас, и вы от кого-то бежите, а затем яхта, похожая на вашу, превращается в дым, и кто-то подстраивает аварию вашего «мерседеса», разве вы можете пропустить это мимо ушей? Явот что хочу сказать: мы не так уж много нового сообщили ему, рассказав про прокол в тормозной магистрали. Разве все это не значит, что тот, кто искал Карраса, нашел его и хочет его укокошить? Разве

после этого Каррас не побежит? Конечно, я тут просто размышляю вслух.

Томми колючим взглядом посмотрел на него:

— Не воображай себя слишком большим умником, сынок.

— Ну ладно, объясни мне тогда, в чем я ошибаюсь, Томми. Приведи все это к какому-то осмысленному виду.

— Я снова возвращаюсь к версии с любовником его жены, — сказал Томми. — Каррас не знает о нем, так что у него и нет причин бежать.

— Хорошо, допустим, я в это поверю, но все, что у нас есть в качестве предполагаемого любовника — это профессиональный теннисист, а вы сказали, что он не того типа.

— Да, и тут есть еще одна закавыка, — сказал Томми. — Когда яхта взорвалась, Каррас вместе с женой ужинали с этим теннисистом. Я видел их сидящими вместе. Поэтому для теннисиста не было большого смысла взрывать яхту в тот момент, когда он ужинает вместе со своей жертвой. Он выбрал бы момент, когда жертва должна была, по его мнению, находиться на борту, возможно, вместе с миссис Каррас. Кроме того, я не думаю, что к тому времени этот теннисист пробыл в городе достаточно долго, чтобы успеть спутаться с женой Карраса. Мне надо это уточнить.

Они остановились рядом с изящной моторной яхтой, пришвартованной бортом к причалу.

— Симпатичная игрушка, правда? — сказал Томми, указывая на нее. — Она называется «Срыв». Любопытно, почему?

— А эта вот цыпочка тоже симпатичная, — шепотом сказал Дэрил, кивнув в сторону девушки в бикини, загорающей на палубе соседней яхты.

— Мы тут обсуждаем дела, Дэрил, — сказал Томми. — Повнимательнее.

— Я внимателен, — сказал Дэрил. — Мы снова оказались на первой клеточке. У нас нет ничего, что подсказало бы нам, кто такой на самом деле Каррас; у нас нет на него никаких улик; у нас нет ничего компрометирующего теннисного тренера, кроме вашей интуиции. Короче говоря, у нас нет ничего.

— Большие дубы вырастают из маленьких желудей, — сердито сказал Томми.

— За очень долгое время, однако, — ответил Дэрил.

— Все пока слишком запутанно, чтобы получить из всего этого что-то разумное, — вздохнув, сказал Томми. — Тут есть где-то ниточка, только я никак за нее не ухвачусь. Но докопаюсь до истины, вот увидишь, только наберись терпения.

— А что мне еще остается делать? — спросил Дэрил.

Глава 12

Томми взглянул на свою жену, сидевшую рядом с ним в машине.

— Расскажи мне еще раз, как ты получила это приглашение, — сказал он.

— Я уже рассказывала тебе, — ответила она раздраженным тоном.

— Нет, я имею в виду, как в точности это получилось. Это важно, лапочка.

— Ну ладно, — сказала она. — Я стояла в тренерском домике, разглядывая какие-то новые теннисные туфли, и эта Клэр Каррас сама первая завязала разговор. Она была любезна, как мне показалось, и она ну вроде как понравилась мне. Потом, когда они со своим мужем уходили с корта, она подошла ко мне и спросила, не хотим ли мы с тобой поплавать в понедельник с трубкой и маской и позавтракать на их яхте.