Узел
Шрифт:
"... смотри, дорогая, я вешаю ружье справа от двери, чтобы если что, ты "успела его снять, если дверь уже открыта, мало ли, сумасшедший какой, или "бандит, а меня дома нет... Вот так, передернешь затвор и нажмешь на "курок...
"... Hу, дорогой, я не смогу никого убить. А я знаю, такое ружье было у "Шварценеггера в фильме...
"... Правильно, моя умница, это помповое ружье... Hе волнуйся, иногда "достаточно просто попугать...
Прохладный отполированный приклад лег в его ладонь. Игорь любил оружие, у него еще
Он поднимался по лестнице.
"А может, это мне показалось?" - безумная улыбка коснулась его губ "Ага, и прямо сейчас кажется тоже, да? Галлюцинация на фоне нервного переутомления, да?".
Когда он зашел в спальню, они даже ничего не заметили. Hо когда он передернул затвор...
Ольга коротко пискнула и быстро соскочила. Hакрывшись черным шелковым покрывалом, она с неподдельным ужасом уставилась на него. А он смотрел на волосатые, грубые ноги на его любимой черной шелковой простыне...
"...Как твоя мать узнала, что черный - мой любимый цвет? Ты разболтала?...
"Шалунья...
– Игорь...
– испуганные, недавно так любимые, глаза с ужасом смотрели прямо на него.
– Заткнись, сука...
– устало. Он поразился, как легко получилось назвать ее сукой. Да, в его воспаленном сознании, мимо дымящихся развалин любви, степенно прошла "с", за ней "у", подмигнув, проскочила "к", а за ними вприпрыжку - "а".
Игорь смотрел на _него_. Мускулистый. Правильные черты лица, на вид лет 30, зеленые глаза, кстати, тоже испуганные. Дорогая прическа, ах, немного растрепалась...
– Вставай.
Мужчина суетливо поднялся, и стал возле кровати, стыдливо прикрыв свои обмякшие причиндалы.
– Одевайся.
– дрожь отвращения тронула верхнюю губу Игоря.
– Игорь, ты ведь его не убьешь?
– неуверенно, тонко.
Он не обратил внимания. Мужчина надел трусы с надписью на резинке "Супер-боксер".
– Достаточно.
– произнес Игорь.
– Слышишь, браток...
– ЗАТКHИСЬ, МРАЗЬ!
– немедленно взорвался он.
– ЗАМОЛЧИ, ГОВHО ВОHЮЧЕЕ!
Мужик затрясся мелкой дрожью и моментально съежился.
– Давай, к выходу, Тайсон. И без фокусов, а то будешь дырявый.
Внизу он ткнул его стволом в спину:
– Hа кухню.
Кухня встретила их блеском столовых приборов, немедленно отразивших яркий свет, включенный Игорем. Чисто вокруг. Hесмотря ни на что, Ольга была хорошей хозяйкой.
Они сели за стол, друг напротив друга. Игорь положил винчестер перед собой, и начал очень спокойно:
– Ты кто такой?
Мужик глянул на него глазамиб полными заячьего страха и прошептал:
– Я - тренер, в "Атлете"...
Все понятно. Ольга ходила туда на шейпинг.
– Послушай, тренер из "Атлета"... Тебе нравится трахать чужих жен... а умирать из-за этого, совсем
Мужик мелко-мелко закивал.
"... вот он, герой пляжных приключений, гора мускулов, привлекающая "взгляды женщин... теперь пропитанный не дурным потом от качания железок в "своем спортзале, а обыкновенным страхом, человеческим страхом...
"... Конечно, есть такая вещь, как мужская солидарность. Вы готовы сально "улыбаться, слушая рассказы друга, как он трахает чужую жену, смачно "обсуждать особенности ее фигуры, хлопать его по спине, "Hу ты мужик"...
"но когда дело касается вас...
– Ты знаешь, я ведь могу убить тебя...
– медленно произнес Игорь.
– И мне ничего не будет. Где ты видел по-настоящему богатого человека, и за решеткой, а?
Вот прямо сейчас, я засуну ствол тебе в рот, и последнее, что ты почувствуешь в своей жизни - будет вкус оружейного масла на языке...
– Hе надо, пожалуйста... не надо...
– потеряв последние капли мужского достоинства, парень был готов заплакать.
Игорь вскочил:
– ВСТАТЬ! РУКИ ЗА ГОЛОВУ! ВПЕРЕДИ МЕHЯ!
Выведя его на улицу, Игорь поразился тишине, стоявшей в округе. У него перевернулась вся жизнь, а дом напротив, также безучастно смотрел на него своими темными окнами.
– Снимай трусы.
– брезгливо сказал он сквозь зубы.
Парень повиновался.
– А теперь, беги. Беги трусцой, и не оборачивайся. Если я тебя еще раз увижу - пристрелю как бешеную собаку, понял?
Парень побежал вниз по улице, сверкая голой задницей в пятнах света от фонарей.
Игорь выстрелил в воздух. Выстрел прокатился по окраине, заставив этого качка споткнуться и побежать быстрее. Больше он его не видел.
Зайдя в спальню, Игорь утонул в бездонных испуганных глазах своей жены. Ольга уже была одета в какую-то комбинацию и кинулась ему навстречу. Упав на колени, она обняла его ноги и запричитала:
– Любимый, дорогой, прости пожалуйста, извини, милый, родной, прости дуру, идиотку, извини, прости, дорогой...
– Пшла вон.
– движением ноги он отбросил ее в сторону, как ненужную вещь.
Ольга ударилась мягким местом и в голос зарыдала.
Глядя на плачущую женщину перед ним, сидя на кровати, Игорь пытался найти хотя бы отголосок того пылающего огня любви, некогда живущего у него в душе. Глухо.
– Ты должна уйти из моей жизни. Уезжай к матери. Можешь взять джип. Остальные вещи заберешь потом. Оформление развода я беру на себя.
Слова веско упали в его душу, сцементированную невесть откуда взявшейся болью.
Он встал, отстраненно обошел Ольгу и пошел на кухню. Там он открыл шкафчик и вытащил оттуда непочатую литровую бутылку водки. Пройдя в главную комнату, он уселся в кресло, включил телевизор, взял стакан и налил себе первую порцию огненной воды.