Ууу
Шрифт:
Ожидая монаха, я наблюдал за прибывшими на автобусе. Главной достопримечательностью оказалась икона напротив входа справа. Выстроившаяся в три ряда очередь, была к ней. Остальные иконы, не пользовались такой популярностью, как изображение, женщины с ребенком, за толстым стеклом, которое периодически протирала местная работница. Конечно, каждый хотел приложиться губами к святыне, от чего оставались заметные следы, накладывающиеся один на другой.
Я закрыл глаза, физически ощущая грань перехода.
Темный провал был слева от
– Что касатик, призадумался - Иван Андреевич сел рядом, держа в руке пару маленьких свечек.
– Да ничего, смотрю просто.Хорошо тут.
– Давай голубь мой сизокрылый, ответь старику, не таи, ты с лева, чтовидишь?
– Провал там темный - не стал скрывать я, если честно, то мне и самому хотелось поделиться увиденным.
– Что видишь касатик справа?
– Иван Андреевич можно меня касатиком не называть?
– Язык то родной забывать стали - покачал головой монах - ладно голубок, что справа видишь?
– Ээээ...
– я на секунду завис - пусть тогда лучше касатик.
– Не в обращении дело, а в том от какого сердца оно идет. Чистого или злого и завистливого. Так что видишь?- уже настойчивее спросил он.
– Облако белое,двигается оно, как люди подходят.
– Хорошо касатик, пойдем к нему подойдем вместе. Взяв меня под руку, он как стальными клещами вцепился мне в локоть.
Странно как то он себя ведет. Подумалось мне, когда монах почти конвоировал меня к иконе.
С каждым шагом мне становилось все тревожнее. Язык во рту уже не жгло, он просто горел. Открыв рот, я хватал им воздух. Молнией прошило от сердца до руки, в которой была трость. Пошатнувшись от боли, я постарался отшагнуть назад, но стальная хватка старичка не пускала, ни на сантиметр. Трость проявилась в моей руке на всеобщее обозрение. Что-то внутри стало подниматься, сопротивляясь возрастающему давлению со стороны иконы.
То, чем я стал, не хотело подчиняться.
Я, с трудом, поднял руку с тростью, закрываясь от яркого света, ставшего обжигающе жарким.
С громким звуком что-то треснуло.
Старичок резко дернул меня назад, оттаскивая от иконы.
Он странно смотрел на меня, когда я выпрямился, и оперся о трость.
– Не приняла тебя божья благодать - сухо произнес он - прикрыть от нечисти, получается то тебя и нечем.
Я потрясенно молчал. Надежда, что тут решиться проблема с моими
– Совсем?
– Совсем - сухо подтвердил монах.
– Может крестик какой дадите - на автомате выпалил я.
– Хоть весь крестами увешайся, не поможет. Извини. В церковь заходи, тут бесов нет. Но за порогом.. осторожней будь.
– Как же так, вы же обещали - я все еще хватался за соломинку, надеясь на хороший исход.
– Так ты другой отрок, не наш.
– Как не ваш. Крещеный я.
– На икону глянь касатик. Крещеный бы был, такого б не случилось.
Ожидая чего угодно, я посмотрел туда, куда кивнул старичок.
– Подумаешь трещина - облегченно выдохнул я - остальное целое.
Ветвистый разлом в стекле шел с лева на право, пересекая все изображение от нижнего угла к верхнему.Часть стекла, что была под разломом, пошла мелкими трещинами, скрывая нарисованное. Лик матери и младенца был чист, и светился тусклым перламутровым светом.
– Да нет, не подумаешь. Всякое было, но такого еще нет. Сказал бы, что бес в тебе сидит, но кривить душой не стану, нет в тебе беса. Да и у беса силы столько нет, их здесь сразу сжигает, без остатка. Не наш ты.
– А чей?
– Это мне пока не ведомо. Но рукоять на палке твоей, я где-то видел. Можно посмотрю?
Он требовательно протянул руку. Не зная как отказать, слишком быстро и напористо он действовал, я протянул трость.
Старичок взял ее, в руку, но как только я разжал пальцы, она растворилась, будто ее и не было.
Глаза его не выражали для меня ничего хорошего.
– Орудие демонов - медленно изрек он - где раздобыл и как привязать к себе смог?
– Нашел. Что значит привязать?
– Ты видел, что это значит. Позвать его можешь и оно снова с тобой?
– Получается что так -я снова чувствовал рукоять трости под своей рукой, и мне было очень неудобно от этого, перед Иваном Андреевичем.
– Ты отрок заходи сюда. Молись, сила господня она велика, нужно время.
Я понял, что меня спроваживают.
– Хорошо, пойду я.
– Иди.Отец Михаил с тобой пойдет, чтоб по дороге чего не произошло.
– Не надо. Сам справлюсь.
Все-таки за мной увязался долговязый батюшка, шедший на два шага после меня. Дойдя до остановки автобуса, я повернулся к нему и спросил.
– От бесов, каким образом обороняетесь?
Он даже не удивился этому странному вопросу.
– В основном молитвой - лаконично ответил он, как само собой разумеющееся.
– А не в основном?
– Водой святой, крестом животворящим - батюшка развел руки в стороны и поднял глаза к небу - у господа разные способы.
– То есть если я их перекрещу, они исчезнут?
– В теории да. На практике, для совладения с бесами сила духа нужна, вера истинная. Что бесы одолели?
– в конце ответа вскользь поинтересовался он.