Утро псового лая
Шрифт:
— Это…это немыслимо…господин генерал. Это настолько отвратительно, что я как офицер..
— Встать подполковник!!!Рявкнул Хайдаров и Небогатов вскочил, словно оловянный солдатик.
— Вы ничего не перепутали, господин Небогатов? Вы- действительно офицер, но офицер какой структуры? Отвечать!
— Офицер по особым поручениям Оперативного бюро Отдельного корпуса жандармов!
— Вот именно, подполковник Небогатов. Вы отвечаете за государственную безопасность. Мы все, отвечаем. И те ублюдки, которые сидят в высоких кабинетах и пользуют мальчиков сартов в своих извращенных играх, создают
— Так точно!
— Значит в интересах государственной безопасности, держать весь этот зверинец, под прицелом. И это не моё желание подполковник. Это прямой приказ с самого верха! Держать их всех под прицелом. Благодаря мерзавцу Сайсалиеву, мы видим ту изнанку жизни о которой не подозревают очень многие. Ты видишь, что творится в мире? Началась война в Европе, мы уже в ней — участвуем. Неужели ты думаешь что там, об этом не знают.??? Палец Хайдарова поднялся к потолку.
— Знают. И принимают меры. Сейчас все меняться будет, Небогатов. И ты это скоро увидишь. Ты представляешь, сколько дерьма у нас в Корпусе на всех собрано? Теперь под соусом военной тревоги, очень многих тузов в шестерки переведут. А то и в покойники.
— А теперь ответьте подполковник, как жандармский офицер…У вас есть среди сексотов — приличные люди? Не преступники, не наркоманы, не самовлюбленные и злобные дураки?
— Нет, Ильнур Уразович. За исключением одного-двух все мои сексоты, люди отвратительные. Но никто из них, слава Богу, детьми не торгует.
— Вот поэтому, Евгений Вадимович, я — генерал-майор жандармерии и начальник жандармского округа а вы — всего лишь порученец при начальнике Оперативного бюро. Пора бы уже понять, что хорошую карьеру, вам обеспечат наиболее мерзские агенты. Я вам уже говорил об особенностях агентурной работы в Туркестане?
— Да не далее чем неделю назад, в Уральске.
— Отлично. Присаживайтесь Женя, надеюсь, вы все поняли. Оставим байки про мораль, честь и совесть для господ армейских офицеров — у нас работа грязная, но необходимая.
Хайдаров пригубил коньяк и зажмурился от удовольствия.
— Я согласен с вашей служебной запиской, что террорист Сулейманов, стоящий за нападением и подрывом в Грозном в декабре прошедшего года — вполне возможно, был здесь, в Намангане. Косвенные улики — об этом говорят, прямых улик, нет. Но я верю вашему чутью хорошего оперативника. Опять же по косвенным признакам — к этому приложил руку Джумаев с его организацией. Это понятно. Но зачем вы стали разыскивать Пегого? Ваш план выжечь заразу с помощью бытового газа, потерпел неудачу?
— Да. Полный провал. Вахмистра Саидова едва не раскрыли, возле газовых вентелей всегда крутятся любопытные и внимательные люди Джумаева.
— Плохо. Очень плохо. Так вы не ответили зачем вам нужен был Пегий?
Небогатов обреченно вздохнул.
— Мне нужен был не конкретно Сайсалиев. Любой криминальный лидер. Спровоцировать
Хайдаров задумался. Молчание затянулось на несколько минут и генерал спросил.
— Криминал и исламисты обычно сотрудничают. Взаимовыгодный бизнес. С чего им конфликтовать?
— Покупка или похищение детей единоверцев, продажа их неверным в сексуальное рабство — это перебор для радикальных исламистов. Джумаев-Намангани, настоящий лидер и если кто то из его секты будет похищен и продан для утех он вынужден будет взяться за оружие. Именно вынужден.
Подчеркнул Небогатов.
— Причем, Ильнур Уразович, приписать сюда козни охранки или жандармерии уже не удасться. Всем известно, кто такой Сайсалиев и кто такой Джумаев. И на базаре и в чайхане и в махалли. Через час, весь Старый город будет на ушах.
Генерал-майор плеснул коньяку (пошла уже вторая бутылка) в бокал себе и Небогатову, пригубил и снова погрузился в размышления достав из кармана модного пиджака, простенькие деревянные четки.
— Вы наверно правы. Но рисковать Болатом, он же Пегий — мы не имеем права. У него достаточно подручных разного уровня, пусть пожертвует парой своих мясников.
«Жаль конечно, что этот хрен останется в живых»
— Значит так. Пегий- отдаст приказ своим духовым, похитить кого то из секты Джумаева. Через пару часов, собрав сторонников и сочувствующих Намангани, вломится в его дом в квартале Бабур. Освободит мальчишку и еще кого ни будь, дальше то что?
— Неужели, люди которые отвечают за поставки опия в Китай и подкладывают смазливых бачат в постели судей и прокуроров, это стерпят, Ильнур Уразович? Не знаю как ваххабиты, но басмачи Пегого, такие шутки не простят. Под удар поставлена репутация «ивана», в глазах сибирских, китайских и главное московских партнеров по бизнесу. Стерпеть такое от безграмотных дехкан, это угробить свою репутацию навсегда. Думаю, после этого, господину Джумаеву, надо будет самому лезть петлю. Боевики Болата — перебьют всю его секту.
— Возможно ресурсы ваххабитов в Намангане не исчерпываются несколькими десятками прихожан молельни Джумаева.
— Тем лучше для нас. Мы увидим всю картину. Пусть подтягивают сторонников для мести из других уездов и областей. Пусть ваххабиты режут басмачей и наоборот во славу Аллаха и русского оружия. Никого не удивит последующее усиление полицейских мер и облавы. Просто, «урусы» реагируют на внутриплеменную резню.
— Отлично придумано, Небогатов. Отлично! Головомойка, явно пошла вам на пользу! Генерал-майор громко хлопнул в ладоши и поднял бокал
— Играем Женя! В четыре руки, как мы умеем.
Глава 19
Чартак. Наманганский уезд Ферганской области. В ночь на 19 июня 2001 года.
Туркестанская ночь, это нечто удивительное и зловещее, особенно для уроженца коренной, центральной России. Словно шайтан, одним мановением руки укутывает землю черным, непроницаемым покрывалом и бросает на покрывало сверху, россыпь золотых монет, будто издеваясь над нищими рабами Аллаха.