Утро псового лая
Шрифт:
— Что насчет Комитета «Свободной Франции»???
— Денис Владимирович. Несмотря на всю патетику и призывы к патриотическому долгу, Марин Лэ Пен, опирающая на еще сражающиеся дивизии генералов Тушона и Беланже, еще не слишком популярна. Её поголовно поддерживает Алжир и юг Франции, где еще оказывается сопротивление германским войскам. Но это, увы все….Париж и другие крупные города далеки от аудитории Национального фронта. Франция, сейчас сломлена морально и не готова сражаться. Почти половина населения — поддерживают нейтралитет.
— Господи… какой ужас….Треть населения —
— Новая реальность, господа. Левые идеи и пацифизм, они как рак, разрушают клетки здорового государства, общества и разлагают его изнутри. Примеры Франции и Польши просто поразительны.
Бородин сказав это, о чем то задумался. Пододвинул к себе блокнот и что то туда записал.
— Надо переговорить с министром внутренних дел, насчет проекта законов об усилении ответственности за пропаганду пацифизма и марксизма…
— Дальше, по Франции…Возможно ли нами признание правительство Олланда?
Прибытков вздохнул и выждав где то секунд десять сказал.
— По моему мнению, это совершенно исключено. Это подорвет наш международный авторитет, если мы признаем марионеточное правительство Олланда. Это подорвет доверие к нам и надежду на сопротивление у миллионов французов, которые сейчас колеблются. Мое мнение — мы должны работать с Комитетом Свободной Франции. Но!
Прибытков, снова поднял палец.
— Мы должны потребовать подобного и от американцев! Лучше сделать это заявление, совместно.
— Гениально, Максим Евгеньевич. Надо покрепче пристегнуть американцев к нам…
— Встанет вопрос о военной помощи, Денис Владимирович. Эвакуированные французские войска, будут серьезно ослаблены. Напомнил начальник Генштаба.
— Желательно, добиться этого от американцев. Наша оборонная промышленность перегружена выполнением «Большой программы». Отвлекаться на французов, мы не можем… Тут же напомнил Таубе.
— Да и флот у них, не в пример мощнее. Проще перебрасывать через Атлантику а не тащится как нам, через проливы под присмотром вражеских эскадр. Вставил реплику Дубровин.
Бородин сморщился, как от зубной боли.
«Ох уж эти проливы!!А ведь военные правы, положение у нас совсем не интересное»
— Максим Евгеньевич. В условиях резкого усиления позиций Германии и Великобритании, останется ли Турция нейтральным государством или вступит в военный блок? Ваши предположения?
Прибытков насупился.
— Турецкий президент, Фаик Озунтали вполне уравновешенный человек, придерживающийся умеренных взглядов. Но вот премьер-министр …генерал Яшар Гюлер. вот этот господин весьма опасный. Ярко выраженный пантюркист с империалистическим взглядами. Турки хитры, в отличии от людей западной цивилизации, они весьма умело скрывают свои истинные намерения.
Бородин, посмотрел на начальника Генштаба.
— Турецкие вооруженные силы, в основном, нацелены а три боевые задачи. Первое — противостояние Греции в Эгейском море и на Кипре. Греческая интервенция и последующая резня греков оставила глубокий след в памяти у турок. Против греков, развернута 2 полевая армия и основные силы турецкого флота.
— Это сейчас. Что будет, через год-два?
— Реально, турки могут нанести удар только на одном стратегическом направлении — Закавказском. Три месяца назад там работала инспекция Главкомата Армии и Генерального штаба обследуя приграничные укрепления и состояние войск южного направления. Можно с уверенностью сказать, если Турция и нападет, с западного стратегического направления, нам не придется снимать войска. У нас достаточно сил и средств, что бы превратить войну на южном направлении в позиционную. Без перспектив развития наступления для турецкой стороны.
— Затем, наше превосходство в авиации и ракетном вооружении даст о себе знать, Денис Владимирович. Мы постепенно их перемелим. Турецкие ВВС и ПВО — оснащены весьма посредственно…
— Давайте возьмем самый плохой сценарий. Сколько наземных сил, у нас есть на Южном ТВД и сколько мы туда планируем перебросить.
— Сейчас у нас развернуто 6 дивизий и 4 отдельных стрелковых бригады в двух армейских корпусах. В течении десяти дней, по мобилизации, разворачивается еще восемь дивизий и два управления корпусов. В случае необходимости из Казанского военного округа и казачьих войск Туркестана, перебрасывается еще восемь дивизий. Итого, на пике формы, Кавказский фронт может насчитывать 24 расчетные дивизии.
— Это солидно. Кивнул головой президент. Думаю вы правы, сил у нас хватит на оборону, большего и не надо. Судьба войны, будет решаться на западе…
Бородин встал и заложив руки за спину, прошелся по кабинету.
— Значит так. Максим Евгеньевич. Мы признаём правительство Свободной Франции, но исключительно в союзе с американской стороной. Любая помощь французам, через американцев. Пусть включаются на полную мощность, благо промышленность позволяет. Нужны гарантии о нейтралитете Турции в ближайшие пять лет. Именно гарантии от турецкой стороны, подписанные на высшем уровне. Не останавливайтесь перед экономическом давлением, Максим Евгеньевич. Турция, критически зависит от нас в поставках муки и растительных масел. Не забываем про сталь, уголь и нефтепродукты. Нам надо добиться от турок нейтралитета. Нам еще Кавказского фронта, не хватало.
— Теперь, господа по польскому вопросу. Варшава, уже неоднократно ставила перед нами вопрос о возвращении трехсот тысяч интернированных польских военнослужащих. Мы отказываемся, эти люди горят ненавистью к Берлину и предателям в Варшаве. Пришло время — их использовать. Думаю стоит провести консультации с Вашингтоном о взаимном признании правительства генерала Валевского, сидящего сейчас в Ковно. И пора уже формировать Польский корпус в составе нашей армии, пока исключительно из охотников…