Утро, день, ночь
Шрифт:
Вуди вскочил.
– Что вы такое говорите? У Тайлера посерело лицо.
– Это какая-то дьявольская шутка?
– Иначе и быть не может! – У Кендолл сел голос. Мистер Паркер повернулся к одному из еще не представленных наследникам мужчин.
– Мистер Леонард Реддинг работает в Федеральной комиссии по ценным бумагам. Он вам все объяснит. Реддинг кивнул.
– Последние два года Гарри Стенфорд полагал, что процентные ставки должны падать. В прошлом он заработал миллионы, правильно предугадав начало падения ставок. Когда процентные ставки начали подниматься, он продолжал пребывать в уверенности,
– Другими словами, – вмешался Патрик Эванс, – он действовал незаконно.
– Совершенно верно. К несчастью для него, процентные ставки поднялись на беспрецедентную для современной финансовой истории высоту. Стенфорду приходилось занимать деньги, чтобы отдавать прежние долги. Получался замкнутый круг.
Наследники сидели, ловя каждое слово Реддинга.
– Ваш отец дал личные гарантии пенсионному фонду корпорации и незаконно использовал эти деньги на покупку ценных бумаг. Когда банки начали спрашивать, что он делает, Стенфорд ответил созданием липовых компаний и предоставлением фиктивных отчетов о платежеспособности своих предприятий. Тем самым он совершил подлог. Он рассчитывал, что консорциум банков даст ему деньги, чтобы удержаться на плаву. Они отказались. Когда же они поставили в известность Федеральную комиссию по ценным бумагам, последняя обратилась в Интерпол.
Реддинг указал на сидящего рядом с ним мужчину.
– Это инспектор Пату из французской полиции. Инспектор, прошу вас.
Инспектор Пату говорил по-английски с легким французским акцентом.
– По требованию Интерпола мы выяснили, что Гарри Стенфорд находится в Сен-Поль-де-Ванс. Я послал трех детективов, чтобы они организовали постоянную слежку. Стенфорду удалось от них скрыться. Интерпол направил всем полицейским управлениям зеленую карту, означающую, что Гарри Стенфорд находится под подозрением и за ним надо следить. Если б они знали, сколь велики его финансовые махинации, то мы получили бы красную карту и немедленно арестовали бы его.
Вуди сидел словно пораженный громом.
– Так вот почему он завещал нам все свое состояние. Потому что оно не стоило ни цента! Уильям Паркер кивнул.
– Вы, несомненно, правы. Отец отписал все вам, так как знал, что разорен дотла. А потом у него состоялся разговор с Рене Готье из «Лионского кредита», который пообещал ему помочь. В тот момент Гарри Стенфорд подумал, что все трудности позади, и решил изменить завещание, вычеркнуть вас всех.
– А как же яхта, самолет, Роуз-Хилл? – спросила Кендолл.
– К сожалению, все будет продано, чтобы частично расплатиться с долгами, – ответил Паркер.
Тайлер уставился в стол. Невероятно. Он больше не миллиардер Тайлер Стенфорд. Он опять просто судья.
Тайлер поднялся.
– Я…,
– Кое-что есть, – остановил его Стив Слоун. Тайлер повернулся к нему.
– Что же?
Стив кивнул стоящему у двери мужчине. Дверь открылась, и в конференц-зал вошел Ход Бейкер.
– Привет, судья.
Поворот к лучшему произошел, как только Вуди упомянул о карточке с отпечатками пальцев.
– Пожалуйста, привезите ее, – попросил Стив. – Я хочу взглянуть на нее.
– Но зачем? – удивился Вуди. – На ней лишь отпечатки пальцев женщины, которая совсем не наша сестра.
– Снимал-то отпечатки пальцев мужчина, назвавшийся Френком Тиммонзом, так?
– Да.
– Если он прикасался к карточке, на ней обязательно остались его «пальчики».
Стив не ошибся. Отпечатков Хода Бейкера хватало, и через полчаса компьютер опознал его. Стив позвонил окружному прокурору в Чикаго. С его подачи судья выписал ордер на арест, и два детектива пришли в дом Хола Бейкера.
Он играл в салочки с Билли.
– Мистер Бейкер?
– Да.
Детективы показали свои бляхи.
– Окружной прокурор хочет с вами поговорить.
– Сейчас я не могу, – негодующе ответил Бейкер.
– Позвольте спросить, почему? – полюбопытствовал один из детективов.
– Разве вы не видите? Я же играю с сыном!
Окружной прокурор прочитал стенограмму судебного процесса над Бейкером, а потому знал, как вести себя с сидящим перед ним человеком.
– Как я понимаю, вы во главу угла ставите семью.
– Совершенно верно, – гордо ответил Бейкер. – Страна начинается с семьи. Если каждая семья…
– Мистер Бейкер, – окружной прокурор наклонился к нему, – вы работали на судью Стенфорда.
– Не знаю я никакого судью Стенфорда.
– Позвольте мне освежить вашу память. Он дал вам срок условно. С его подачи вы выступили в роли частного детектива Френка Тиммонза. У нас есть основания полагать, что он просил вас убить некую Джулию Стенфорд.
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Я говорю о тюремном заключении от десяти до двадцати лет. Я буду просить, чтобы вам дали двадцать. Хол Бейкер побледнел.
– Вы не можете так поступить со мной! Мои жена и дети…
– Так оно и будет. С другой стороны, если вы готовы выступить свидетелем обвинения, я позабочусь о том, чтобы вы отделались очень легко.
Хол Бейкер разом вспотел.
– Что…, что я должен сделать?
– Откровенно все рассказать…
И теперь в конференц-зале адвокатской конторы «Ренкуист, Ренкуист и Фитцджералд» Хол Бейкер стоял лицом к лицу с Тайлером Стенфордом.
– Как поживаете, судья?
– Эй! – воскликнул Вуди. – Да это же Френк Тиммонз!
Стив обратился к Тайлеру.
– Этому человеку вы приказали тайком проникнуть в помещения, занимаемые нашей фирмой, и снять копию завещания вашего отца. По вашему же приказу он вырыл тело вашего отца и пытался убить Джулию Стенфорд.