Успеть до коллапса
Шрифт:
— Дранг! — выругался Старейшина. — А можно эту опеку как-то отменить, или передать другому иссэ?
— Попробую… — сказал Ноа-Най и высветил свой варлат.
Несколько минут Канцлер перебегал по экранам длинными пальцами с чёрными ногтями, затем недовольно нахмурился.
— Вы дали согласие на лечение Мерджи в Тивейском Университете и поставили Грэззола ответственным лицом.
— Всё верно, — кивнул Модьйос. Настроение от этих слов у него ухудшилось. Он знал, что Канцлер скажет.
— Оба близнеца сейчас под опёкой Грэззола пока
— Вот ведь чёрное болото! — вздохнул Модьйос. — Ладно, я над этим подумаю. Главное, что стэллат рядом.
“И всё-таки я тот ещё пустой панцирь опруса, раз упустил такую важную деталь!”
— Несколько подставных лиц Итры. Все их корабли пришвартовались на Тахо-Гаэ. Подозреваю, что все они из одной головы растут.
— Не нравятся мне твои слова, Рориссан. Словно ты намекаешь…
— Доверь это Ао Мину, — сухо сказал карлик.
— Очень не нравятся мне твои слова.
Модьйос полусидел-полулежал на диване, сплетя пальцы на животе и смотрел вверх.
— Что там касательно древ?
— Попроси Инар принести ещё бутылку, — ответил Ноа-Най.
— Ясно. Положительные новости?
— Есть продвижения в разработке защитных экранов, — сказал Пранор. — Если бросить все наши силы сейчас на их сооружение вокруг энергорощ, то у нас будет небольшой шанс пережить Второй Великий Коллапс. А при удачном раскладе, может даже и протянем ещё пару лет.
— Хорошо. Попрошу Инар принести нам две бутылки, а затем продумаем стратегию, как заполучить оставшиеся стэллаты, — сказал Модьйос.
Глава 21. Аол
“Хамелеон”. Орбита планеты Аол. Граница Итры и Раудана.
Когда “Хамелеон” прибыл на орбиту Аола, амуры всё ещё крепко спали в техническом отсеке и даже не думали просыпаться. Шэд, как обычно, заглянул к ним, удостоверившись, что всё спокойно, направился на камбуз. Там сидела Мадам Пресли с чашечкой для американо, в которой было молоко, и Митч, задумчиво крутивший жемчужину в руках и читавший книгу по истории Раудана на сефити. У парня оказался дар к лингвистике, и благодаря этому он в ещё в детстве выучил много языков, когда путешествовал на яхте вместе с родителями-океанологами.
Шэд подошёл к каменному холодильнику. Продуктов оставалось совсем мало.
— Расскажи мне о своей жемчужине. — слова вылетели из рта до того, быстрее, чем Шэд осознал, о чём спросил.
— Что? — Митч оторвался от книги и непонимающе посмотрел на дэани. — А! Ты о ней?
— Весь обратный путь ты почти не выпускаешь её из рук.
— Это подарок от отца, — сказал хакер, поднимаясь и разминая плечи. — Досталось от его отца и так далее. Папа говорил, что это — амулет вождей.
— Ты мог бы её продать и жить безбедно до конца своих дней, а не искать работу в пабе Натаниэля.
Митч
— Все деньги рано или поздно заканчиваются, — ответил Митч, съев ягоду. — К тому же, эта жемчужина не продаётся. Ты ведь тоже не продашь то хризолитовое украшение.
Шэд, взяв капсулу-эльги с нектаром, удивлённо посмотрел на Митча. Линда перестала читать и внимательно наблюдала за этим разговором.
— Виви рассказала про твою сестру, — как ни в чём не бывало говорил Митч. — Это очень печально: вот так, в одночасье, потерять её и весь дом.
Шэд никогда не говорил с командой про Сию, но сейчас хотел выговориться, потому что это стало очень важно
— Я не всё потерял, — сказал он, закрыв холодильник. — У меня осталась Норса, это денеба, такая большая кошка.
— Ты про неё не говорил, — удивилась Линда.
— Я не мог взять её на “Хамелеон”, поэтому попросил Сэберру Джай присмотреть за ней. На её планете есть денебы и лираны, так Норсе там будет комфортно.
— Не могу представить тебя верхом на денебе! — покачала головой Линда.
Шэд подсел к ней за общий стол.
— Зря. Я был очень неплохим наездником.
— Ты катался на кошке верхом? — Митч плюхнулся рядом.
— Эти кошки размером с лосиху, — сказала Линда.
— Ого!
— Хотя странно, что дэани издавна придерживались той же традиции, что и венеды. Я имею ввиду не только дом Джай, но и всех. Они обожали объезжать высших хищников своей планеты.
— Правда? — удивился Митч.
— Да, у Джай — кошки-лиран, у Модьйосов — ищейки-орчи, у Грэззолов — совы-шептуны, у Нэггов — пауки, а Грэммы вообще на горных медведях ездили.
— Вот это да! Я видел орчи и не знал, что на них можно кататься верхом.
— Модьйос не ездит на своих собаках, — сказал Шэд. — Из всех венедов только Сэберра и Ноа-Най поддерживают старые традиции. Этан Грэззол летал на своей шептунье, но та убила несколько венедов и ему пришлось отправить её в специальный вольер.
— Жалко, — вздохнул Митч. — Как-то неправильно это всё: вот так ломать красивые традиции.
— Хикаро кстати тоже так считал.
— Ола! О чём разговор? — на камбуз зашёл Диего.
— Как там Ал? — спросил Шэд.
После того, как Шэд избил Алекса, команда от него отстранилась. Остыв, Шэд много думал о том, почему это совершил, вспоминал разговоры с сестрой и её наставления. Пытаясь разобраться в себе, он часто заходил в медпункт, где сидел часами, вглядываясь в бледное лицо Алекса. Чем больше он смотрел, тем больше понимал, что перед ним человек-загадка. Вспоминая навыки дипломата, Шэд прочитал по лицу Алекса, что он был совершенно не тем человеком, каким его знала команда. Тогда он понял, что личность Алекса Фроста кто-то пытался перепрошить, и это его шокировало.