Усмиритель душ
Шрифт:
Юньлань улыбнулся.
Увидев, что происходит, Да Цин вздыбил шерсть и залез на руки Чжу Хун. Улыбка эта была совсем не похожа на Чжао Юньланя. В его глазах сейчас жила безжалостная пустота, а взгляд прожигал насквозь; на лице лежала жуткая тень, а губы кривились в холодящей кровь жестокой ухмылке.
В тот момент сложно было сказать, кто здесь на самом деле злобный призрак.
—
Последние его слова тяжёлыми камнями упали на землю, необъяснимо жуткие и наполненные устрашающей силой. Кровь на лезвии ножа обернулась чёрной, и из-за спины Чжао Юньланя вырвалась целая армия призрачных воинов верхом на костяных лошадях. Размахивая ржавыми мечами, они бросились в атаку с силой морского шторма, отбросили призрака прочь от пролома в стене и живо отсекли ему руку.
Чжао Юньлань, пошатываясь от усталости, нащупал за собой стену и под ошарашенными взглядами медленно сполз на землю. Взглянув на свою руку, с которой всё ещё капала кровь, он выдохнул, тяжело дыша:
— Блядь, рукав испачкал. Прачечная опять мне житья не даст.
Да Цин осторожно подкрался к нему и замер в полуметре, склонив голову на бок.
— Юньлань?
— Чего? — Чжао Юньлань вскинул бровь.
Этот взгляд чёрному коту был прекрасно известен. Как и остальные взгляды Чжао Юньланя, от каждого из которых невольно хотелось выпустить когти. Зашипев, Да Цин шлёпнул Юньланя лапой по щеке и рявкнул:
— Какого чёрта ты тут устроил? Я тебя никогда не учил настолько тёмной магии!
— Люди умеют читать, глупый ты кот, — хвастливо заявил Чжао Юньлань.
Да Цин едва не отвесил ему ещё одну затрещину.
— Что за книгу ты нашёл в библиотеке? — прошипел он, забравшись Юньланю на колени.
Тот погладил его по голове здоровой рукой.
— Книгу Душ. Не бойся, я не специально, просто нужно было кое-что выяснить, вот и наткнулся. И вспомнил в нужный момент. Ничего такого, разве ты мне не веришь?
— А тебе вообще можно верить? — усомнился чёрный кот и в отместку вылизал ему всё лицо.
В конце концов, Да Цин спрыгнул на пол, всё ещё сомневаясь в честности слов Хранителя. В какой-то степени он всё равно Юньланю доверял, а потому только проворчал:
—
— Моя рожа отличается исключительной красотой, знаешь ли, — заявил Юньлань, пихнув его ногой, — а твоя жирная кошачья морда мне просто завидует.
— Это была Атака Теней? — возбуждённо спросил Чу Шучжи, набрав номер шефа. — Кто сумел? Кто настолько крутой и сумасшедший?
Чжу Хун выхватила у Юньланя телефон и повесила трубку.
— Атака Теней? — уточнил Линь Цзин. — Активируемая кровью?
— Кровь и железо служат каналами связи. — Переведя дух, Чжао Юньлань поднялся с пола, отряхнулся и пошёл к двери. — Настоящим катализатором служит злоба. И жестокость, что рождается от неё. Клин клином, верно?
Чжу Хун, помедлив, спросила:
— В тебе есть злоба?
— Я же человек, — улыбнулся Чжао Юньлань. — Во мне её с достатком. И я считаю, что Атаку Теней зря считают тёмной магией. Классно же, почти духовная йога: на выходе ты расслаблен и свеж.
Чжу Хун не нашлась с ответом.
Да Цин запрыгнул Юньланю на плечо и заехал ему по носу.
— Ай! Мерзкий ты кот!
К тому времени теневая армия окончательно окружила злобного призрака, и осознав, что проигрывает, тот бросился наутёк.
Что мгновенно активировало двухслойную ловушку Чу Шучжи. Изначально они здорово недооценили противника: не будь Шэнь Вэй на месте Ока Хранителя, когда призрак был практически побеждён Чжао Юньланем, и ему удалось бы сбежать.
А теперь молния, что давно зарождалась в небесах, ударила прямо в цель. Невидимые путы удержали злобного призрака на месте, и теневая армия беззвучно растворилась в воздухе. Призрак дёрнулся, и вместе с ним задрожала вся больница: врачи и пациенты наверняка подумали, что происходит небольшое землетрясение.
— Мошка угодила в паутину! — заорал с крыши Чу Шучжи. — Паук, не дай ему уйти!
Шэнь Вэй медленно вышел из тени за спиной призрака и вытянул руку. В то же мгновение горло призрака сдавила невидимая рука, а чёрный туман растёкся по земле, оставив за собой лишь безногую фигуру, которая презрительно уставилась на Шэнь Вэя.
Шэнь Вэй не сдвинулся с места, только сжал пальцы, и повинуясь его воле, призрак сжался до крохотного шарика тьмы и исчез во вспышке яркого белого света.