Услышь голос сердца

Карлайл Лиз

Эллиот чуть было по привычке не надерзил ему, но сдержался. Он виноват и обязан извиниться перед этим человеком.

— Похоже, миссис Уэйден избавила меня от унизительной необходимости излагать подробности моих отношений с вашей подопечной.

Уэйден только пожал плечами и, взяв графин с хересом снова предложил Эллиоту выпить. Тот покачал головой, и Уэйден налил рюмочку для себя, затем подошел к окну и, постояв немного, сказал:

— Благодарю вас за то, что вы набрались мужества и пришли сюда сегодня, однако полагаю, что нам не следует продолжать ни этот неприятный для вас разговор, ни ваш визит. —

Уэйден посмотрел ему в лицо. — Насколько мне известно, если между вами имели место непозволительно близкие отношения, то большинство людей, занимающих такое же, как вы, положение, не потрудились бы зайти ко мне в подобных обстоятельствах. К сожалению, Эванджелина несет на своих плечах все тяготы своего аристократического положения, не получая при этом никаких преимуществ.

Эллиот поднялся с кресла и подошел к нему.

— Что именно вы имеете в виду, Уэйден? Это имеет какое-то отношение к Этьену Ленотру?

Уэйден усмехнулся уголком губ.

— Нет-нет, милорд. Я просто предложил Этьену приютить Майкла и Эванджелину в Суассоне, пока Уинни не зафрахтует судно, которое перевезет их пожитки в Гент. От него, конечно, не укрылся ваш интерес к Эванджелине. Однако сам он едва ли его разделяет. У него хватает проблем и без осложнений, связанных с любовными интрижками, как и у вас, милорд, если верить слухам.

Эллиот понял, что весть о смерти Антуанетты уже облетела город, но предпочел пропустить мимо ушей тонкий намек.

— Вам, должно быть, известно, что я скомпрометировал вашу подопечную. По крайней мере ее бабушка уверена в этом, и я считаю своим долгом поступить так, как подобает в таком случае. Однако мисс Стоун неопытна и не сознает всех последствий того, что произошло.

Питер Уэйден вновь посмотрел ему прямо в лицо.

— Напротив, милорд. Это вы многого не понимаете. Мы не принадлежим к вашей культуре и не живем всю жизнь по принятым у англичан правилам поведения.

— Значит, вы поощряете ее поведение? Уэйден решительно покачал головой:

— Ни в коем случае, милорд. Но и ваше поведение непростительно. Я, конечно, строго поговорю с Эванджелиной. Однако у нее своя голова на плечах, а я уже не являюсь ее опекуном, потому что она совершеннолетняя.

— Я предложил ей выйти за меня замуж, — печально сказал Эллиот и, к собственному удивлению, почувствовал, что глаза защипало от близости слез.

— Уинни об этом писала. Значит, Эванджелина вам отказала. Возможно, она поступила не совсем разумно. — Он окинул Эллиота оценивающим взглядом. — А может быть, и нет.

Эллиот возмутился. Что они все, с ума посходили, что ли? Уэйден обязан был либо потребовать, чтобы он женился, либо вызвать его на дуэль.

— Возможно, вы не поняли, мистер Уэйден? Я ее обесчестил, погубил ее репутацию.

— То есть помешали ей стать жеманной, безгрешной супругой какого-нибудь напыщенного англичанина? — с явной насмешкой воскликнул Уэйден. — Возможно, это очень важно для тех, кому нечем больше гордиться. Эванджелина — художник в подлинных фламандских традициях, и у нее большое будущее, уж поверьте моему опыту. Я уверен, что один опрометчивый поступок не помешает ей добиться успеха в более важных делах.

Как видно, Уэйден не относил его отношения с Эванджелиной к категории важных дел. На сей раз Эллиот

не смог подавить возмущение.

— Послушайте, дружище! Разве вам не понятно? Эванджелина предпочла жить в Англии, где она является высокородной леди, внучкой пэра, сестрой будущего графа. Такая родословная накладывает тяжелые обязательства.

Уэйден, приподняв седую бровь, пристально посмотрел на Эллиота поверх края бокала.

— Если нормы жизни, принятые в Англии, придутся Эванджелине не по вкусу, она в любой момент может переехать на континент, милорд. А кроме того, предполагаемый наследник — это не то же самое, что прямой наследник. У нового графа Трента есть супруга, которая, как, очевидно вам известно, все еще находится в детородном возрасте. Может быть, она еще родит ему сына?

— Разве только если свершится чудо, — пробормотал Эллиот, сложив на груди руки.

К его удивлению, Питер Уэйден откинул назад голову ц весело рассмеялся.

— Вы правы, милорд, пожалуй, для этого потребуется чудо. Откровенно говоря, если ни вы, ни другие великосветские повесы не помогут миледи, то, по-моему, надежды на успех нет.

Эллиот чуть было не выругался при упоминании о Джанет Стоун.

— Учтите еще одно, Уэйден: я смогу сделать больше, чем спасти репутацию Эванджелины. Я смогу защитить Майкла от махинаций со стороны семейства его отца. Они не посмеют злить меня. К тому же вполне возможно, что Эванджелина ждет от меня ребенка. Мне это только что пришло в голову, но это, несомненно, может повлиять на ваше решение.

Питер Уэйден удивленно взглянул на него:

— На мое решение? Вы переоцениваете мои возможности, лорд Рэннок! Неужели вам показалось, что я мог бы заставить Эви выйти за вас замуж? — Он улыбнулся с явным сочувствием. — Нет, я не могу этого сделать, — тихо добавил он.

Мрлчание затянулось. Эллиот понял, что встреча подошла к концу.

— Спасибо, что уделили мне время, мистер Уэйден. Не смею вас больше задерживать. — Он направился к двери, но едва взялся за ручку, как Уэйден его окликнул:

— Скажите, лорд Рэннок, вы любите Эванджелину?

Чуть помедлив, Эллиот, отбросив всякую гордость, кивнул:

— Да, мистер Уэйден. Очень люблю.

— В таком случае вам, возможно, следует попытаться завоевать ее сердце. Может быть, вам удастся то, что не удалось другим. Если у вас получится, я с радостью дам свое благословение.

— Спасибо, мистер Уэйден, — сказал Эллиот и почувствовал, что краснеет. — Но боюсь, что мой непредумышленный обман лишил меня всякой возможности добиться успеха.

— Жаль, — произнес Питер Уэйден, допивая остатки хереса. — Возможно, мне следует поехать в Роутем-на-Ли и поговорить с вдовой моего брата? Уинни только кажется безмозглой курицей, на самом деле она не такая. Пожалуй, я так и сделаю. И с Эванджелиной побеседую. Я настоятельно посоветую ей пересмотреть ваше предложение. Это все, что я могу вам обещать, милорд. Эллиот открыл дверь.

— Мистер Уэйден, — произнес он, снова обернувшись через плечо. — Хочу, чтобы вы знали, что я предложил Эванджелине выйти за меня замуж до того, как мы… до того, как я ее… скомпрометировал, — робко сказал он. — Я и сам удивился, что сделал предложение, сэр, но я, черт возьми, имел и все еще имею самые серьезные намерения.