Ускользающие улики
Шрифт:
— Да. Представляешь, как он проживает? Впусти меня, не будем же мы разговаривать через дверь.
Послышался шорох, Люси, подойдя к двери, отперла ее. Лидия вошла и, радуясь своему могуществу, прикрыла за собой дверь. Запирать ее она не стала: вся операция займет совсем немного времени. Лучше действовать без промедления. Взглянув на Люси, все еще одетую в платье, она изобразила удивление:
— Ты что же, дорогуша, так и не ложилась? Знаешь, сколько уже времени?
— Это не важно, — покачала головой Люси. — Я не могу
Лидия Крю кивнула.
— Он был ужасно встревожен. Я обещала, что принесу тебе снотворное — микстуру.
— Генри… позвонил тебе? — В усталом голосе мисс Каннингэм звучало недоверие.
— Да-да, представь.
— Генри?
— Тебе, наверное, приятно будет узнать, что мы помирились?
— Приятно ли мне? Лидия, о-о-о, что ты говоришь!
По щекам мисс Каннингэм покатились слезы. Она протянула руки, чтобы обнять подругу. Лидия взяла Люси за руки, отвела к кровати, шепотом ее успокаивая, и села рядом.
Мисс Силвер услышала этот утешающий голос и всхлипывания тоже. Она и ее спутники поднялись без единого шороха и теперь слушали сквозь неплотно прикрытую дверь разговор двух дам. Мисс Крю сказала:
— Перестань, Люси, больше не о чем плакать. У нас с Генри все по-прежнему, как было двадцать лет назад, ты должна радоваться за нас. Но он ужасно волнуется за тебя, так что выпей-ка этой микстурки. Тебе необходимо как следует выспаться. А Генри попросит миссис Хаббард утром тебя не будить. Когда же ты проснешься, то сколько угодно можешь радоваться, что мы снова все вместе.
Мы-то с тобой вообще никогда не расставались. У нас ведь никогда не было ссор и обид, правда? И никогда не будет.
Люси не переставая плакала, пока та говорила, плакала очень тихо, словно из последних сил. Лидия и Генри помирились. Лидия так добра к ней, не о чем больше волноваться. Но и радоваться нет сил. Поскорее бы лечь и уснуть. Люси почувствовала, как Лидия сняла руку с ее плеч и встала, потом подошла к умывальнику. Звякнуло стекло. И через несколько секунд Лидия протянула ей стакан.
— На, выпей. Сейчас я помогу тебе раздеться и ты наконец уснешь.
Мисс Силвер приоткрыла дверь еще дюйма на два. Люси Каннингэм сидела на краю кровати, заплаканная и растерянная. Над ней, спиной к двери, возвышалась Лидия Крю. В руке у нее был наполовину наполненный стакан, она протягивала его Люси.
— Ну же, выпей все до дна! — сказала она приказным тоном.
Люси в последний раз устало всхлипнула и произнесла:
— Я не хочу, Лидия. Ты здесь, и теперь я усну спокойно.
Голос мисс Крю стал еще более властным:
— Пей сейчас же и без всяких капризов! Тебе необходимо поспать, и подольше!
Люси Каннингэм нехотя взяла стакан. И вдруг увидела, как в комнату входит мисс Мод Силвер — в пальто из черного сукна с меховым капюшоном, в своей «повседневной» шляпе и теплых шерстяных перчатках. Столь удивительное
Она сразу отвлеклась от настойчивых уговоров Лидии и отвела стакан от губ.
Мисс Силвер тихонько кашлянула и сказала:
— Очень мудро с вашей стороны, мисс Каннингэм, отказаться от успокоительных средств. Естественный сон всегда полезнее.
Лидия Крю медленно обернулась. Один шок она совсем недавно пережила. Теперь грянул еще один. Несколько мгновений передышки — и она опять сможет хитрить, выкручиваться. Пока же она лишь стояла и ошеломленно смотрела вокруг.
За спиной мисс Крю Люси Каннингэм, наклонившись, поставила стакан на ночной столик. Она сделала это, видимо, машинально: зачем держать стакан в руке, если можно поставить его на столик. Что-то ведь привело мисс Силвер в ее дом посреди ночи? Люси поднялась, прошла мимо Лидии и встала подальше от нее: от подруги исходили волны ярости. Люси ничего не понимала, но явственно почувствовала перемену. Лидия, только что такая милая и добрая, совершенно преобразилась. Ее голос загремел с той холодной властностью, которую Люси очень хорошо знала и боялась невероятно.
— Что вам нужно?
На мисс Силвер ее угрожающий тон не произвел никакого впечатления. Она ответила абсолютно спокойно:
— Мне нужно, чтобы вы ушли домой, мисс Крю. Думаю, так будет лучше. Мисс Каннингэм необходимо отдохнуть.
Лидия Крю невероятным усилием воли сдержала душившую ее злобу и заставила себя говорить спокойно:
— Я увидела, что она растворила несколько таблеток, снотворных. И просто ждала, когда она примет эту свою микстуру, чтобы помочь ей лечь.
И надо же было Люси, этой несусветной дуре, брякнуть:
— Лидия, я вообще не держу в доме снотворного. Не люблю я всех этих таблеток… они мне не нужны. Это ты принесла.
Повисла тишина. Лидия Крю подготовилась к последнему рывку.
— Очень хорошо, я уйду. А раз тебе не нужно это снотворное, давай его выльем. — И вдруг пронзительно крикнула:
— Куда ты его дела? А-а!
Она поздно обернулась. Мисс Силвер уже загородила ей дорогу к ночному столику. Этого мисс Крю стерпеть не могла. С диким ревом она бросилась душить мисс Силвер.
Люси Каннингэм завизжала во все горло, и тут же комната наполнилась людьми: Фрэнк Эбботт, Крейг Лестер, Николас. Последним появился Генри Каннингэм, трясущимися руками зажимавший уши: теперь уже — и отвратительно — визжала Лидия Крю.
Глава 41
Розаменд снился сон. Она идет с Крейгом по весеннему саду. Темная роща осталась в прошлом, и она о ней больше не вспоминает. Она в весеннем саду. Яблони в розовом цвету, белеет цветами вишня. По обеим сторонам тропинки — желтые нарциссы и яркие примулы. Небо голубое, сияет солнце.