Шрифт:
За субботней чашкой чая профессор Лори сообщил, что он изобрел усилитель интеллекта. Это такой порошок, который смешивается с сахаром и принимается внутрь, вместе с чаем.
Гости посмеялись, но когда подали чай,
– Я пью без сахара, – сказал литератор Дауккенс. – В моем возрасте сладкого лучше избегать.
– Если позволите, я лучше с вареньем, – сказал доктор Фрайд.
– Как военный человек, я вообще не пью чай, – сказал майор Стенли и подмигнул с намеком на свое любимое питье.
– В таком случае будем пить коньяк, – гостеприимно предложил профессор Лори. – Он у меня тоже настоян на этом усилителе.
И тут оказалось, что компания подобралась непьющая. Доктор Фрайд вообще никогда не пил, литератор Дауккенс уже месяц как бросил, а майор Стенли, военный человек, бросил только вчера, и ему бы не хотелось начинать все сначала.
– Лучше выкурим по сигаре, – сказал литератор Дауккенс, и все поддержали это предложение.
– Вот и отлично, – сказал профессор Лори. – У меня как раз сигары пропитаны усилителем. Стоит сделать пару затяжек, и вы поумнеете в тысячу раз.
Литератор Дауккенс не сдержался:
– Послушайте, профессор, вы что,
– Да нет же, Дауккенс, я не раз убеждался в вашем уме, но ведь поумнеть никогда не мешает.
– Может быть, штатскому человеку, но не военному, – отрубил майор Стенли. – Вы думаете, полковник Бромли потерпит, чтобы майор был умнее его? Меня же в два счета уволят в отставку.
– А я останусь без читателей. Они просто перестанут меня понимать, – вздохнул литератор Дауккенс.
– Вот именно, – поддержал его доктор Фрайд. – Если предположить, что человек умней обезьяны в тысячу раз, то когда я поумнею в тысячу раз, люди будут казаться мне обезьянами.
– А вы им будете казаться ненормальным, и они упрячут вас в вашу же клинику, – захохотал майор Стенли. Но при этом подумал, что неплохо бы попросить щепотку усилителя для сына, который вот уже четвертый год не может вылезти из первого класса. Правда, он и так считает себя умнее родителей, а если еще выпьет этой дряни…
– Боже мой, – покачал головой профессор Лори, – я всегда знал, что человека в жизни подстерегают сотни опасностей, но никогда не думал, что для него так опасно умнеть.