Ущелье ведьм
Шрифт:
— Однако, затянулись у них летние каникулы, — заметил Дин.
— Не думаю, что кто-то использовал школу со времен моего детства, — отозвался Байрд. — Мерфи начали делить ранчо в тридцатых, когда парк стал привлекать людей и им понадобилось жилье.
— Даже мебель не вынесли, — посетовал Сэм. — А могли бы поставить в каком-нибудь музее.
— Думаю, за это время много школ бросили. Некоторым вещам просто суждено сгнить на корню.
— Да уж. Не знаете, где ваш учитель мог хранить свои записи?
Некоторое время Байрд внимательно вглядывался
— У мистера Стайна был здоровенный сундук из кедра. Он там держал учебники и свои старые журналы. Больше у него, собственно, никаких ценностей и не было. На сундуке висел большой замок, а ключ мистер Стайн всегда носил с собой.
— И где этот сундук стоял? — поинтересовался Дин.
— В передней части комнаты, позади этой… как там ее… А, кафедры. Помню, смотрел я на этот сундук день за днем. То хотелось узнать, какие сокровища там хранятся, то самому туда спрятаться.
Сэм все никак не мог представить, как в этой комнате все располагалось:
— А где здесь перед?
Байрд немедленно указал на худшую часть комнаты, которая сама выглядела частью ущелья, потому что крыша совсем провалилась:
— Тут он был. Прямо тут.
Глава 29
— Думаю, копать надо, — решил Дин. — Полцарства за костюм химической защиты.
Он выключил фонарик и сунул его в карман, потому что для разбирания каракулей давно почившего учителя света было бы мало, а для ручной работы — вполне достаточно. Дин только надеялся, что в процессе не наткнется на крысиную нору. Он ненавидел крыс. Всей душой.
Сэм тоже спрятал фонарик. Через минуту они уже продирались через многолетние залежи всякой дряни, копаясь голыми руками в холодной грязи, перегнившей древесине, фекалиях и всякого рода мелких трупиках. Руки потом придется мыть в семи водах, чтобы не подцепить сюрприз из широкого выбора кишечных инфекций. Что и говорить, работенка была мерзкая, но через некоторое время они откопали деревянный сундук, который в точности подходил под описание старика. Петли и запор проржавели, но все еще различались. Дин пнул старый замок, и тот рассыпался в пыль.
— Думаешь, то, что внутри, все еще читабельно?
Сэм пожал плечами:
— Не узнаем, пока не взглянем поближе.
Он открыл сундук, и Дин, снова вооружившись фонариком, посветил внутрь. Верхний слой бумаги и вправду превратился в труху, но он защитил другие записи: ниже лежали старые журналы с именами учеников, тщательно выведенными на обложках, а еще ниже — те самые тетради, в коже и почти нетронутые, разве что насекомые подточили края. Дин осторожно вытащил один и перевернул хрупкие пожелтевшие страницы, заполненные тем же аккуратным почерком.
— Бинго, — сказал он.
— Похоже, это те, — подтвердил Байрд.
— Здесь их штук двадцать, — добавил Сэм. — Много же преданий он собрал.
— Много бредней, — напомнил старик.
— Но хоть капля правды там будет, надеюсь.
— Не обещаю.
—
— Если попытаемся их перенести, можем повредить, — вздохнул младший Винчестер. — Плюс дело-то срочное…
— Значит, здесь. Рекомендую начать, — и Дин плюхнулся прямо в грязь, здраво рассудив, что одежду беречь уже поздно.
Все тетради были на одно лицо, и старший Винчестер взял наугад, причем быстро понял, что не ту: записи повествовали о каком-то особо жарком лете, когда сохла трава, бушевали пожары, а скотина дохла от голода. Неприятные события, но ничего, хоть отдаленно напоминающего сверхъестественное. А красноватый на желтом фоне старомодный почерк, хоть и красивый, было трудно разбирать даже с фонариком. Дин пробегал глазами страницы, силясь найти упоминания о ведьме или происшествии, которое могло бы вызвать у кого-то враждебное отношение к городу. Нет, мелких стычек было полно: вылазки за продовольствием, вылившиеся в драку, или кого-то обсчитали и все такое, но даже Дин, который наверняка знал, как мелочны иногда бывают люди, сомневался, что подобное могло вылиться в массовые убийства.
Он досмотрел первую тетрадь и взял вторую. Сэм листал страницы так же быстро, а вот Байрд сидел с открытым томом на коленях, но взгляд его блуждал вокруг, будто в классной комнате все еще сидели его школьные приятели. Дин даже усомнился, что старик полностью осознает, чем они тут вообще занимаются. С другой стороны, Байрд вооружился и стал на защиту жителей города, к которому больше не испытывал ровным счетом ничего. В конце концов, никто не сделал для прекращения убийств больше, чем он.
И все же Дин чувствовал, как бегут драгоценные минуты, так ясно, будто от каждой на руке оставалась насечка.
Когда он боролся с третьей тетрадью, рядом тихо присвистнул Сэм.
— Что?
— Кажется, что-то нашел. Подожди.
Сэм продолжил чтение, водя пальцем под строчками, а Дин забросил собственный том и следил, как младший брат неуклонно мрачнеет. Еще через несколько минут Сэм поднял глаза:
— Похоже, то, что нужно. Хармон, вы когда-нибудь слышали о женщине по имени Элизабет Клэр Марбро?
— Семье Марбро это ранчо принадлежало до Мерфи, — Байрд щелкнул пальцами. — В жизни бы не вспомнил.
— Ну, а что насчет этой женщины? Имя ничего не говорит?
— Не особо, — не порадовал его Байрд. — Дженс Марбро, вроде, был первым владельцем. Мои предки работали на него за поколение до моего рождения, ну а потом он продал ранчо Мерфи.
— А что за леди Марбро? — нетерпеливо спросил Дин.
— Если верить девушке, которая тогда работала служанкой и прачкой на ранчо, Элизабет Клэр Марбро была ведьмой, — ответил Сэм. — Она приехала откуда-то из восточной части страны, и истории о ней гуляли еще до ее прибытия, а потом стали еще страшнее. Эта девушка, Мэри Бет Гибсон, утверждала, будто видела, как Элизабет превратила лошадь, скинувшую ее внука, в ящерицу.