Уровень Пси
Шрифт:
– Чего того? – не понял Фыц.
– Ну… – Ay замялся, переложил полозья на другое плечо. – Ну, я б ее поцеловал, например!
– Ивизол, ага!
– Да лана, ты сто раз там был, подумаешь!
Фыц тоже сменил плечо:
– Все мы там сто раз были. Жизу свою целуй, если охота!
Ау заржал, даже шаг сбавил:
– Ну уж не уж! Жизька и так моя скоро будет, нам с ней до взрослой жизни всего ничего осталось. Там успею!
Фыц смолчал, только пот со лба вытер. Полозья были здоровенные, тяжеленные. Не утопят ли они вообще лодку? Ау крепкий и рослый,
– Если смотреть спереди, то моя Жиза твою Пипетку, конечно, делает! – громко рассуждал он, не сбавляя темпа. – Я имею в виду не морду лица, а ниже шеи, ты понимаешь! Гы!
Фыц не ответил.
– А если смотреть сзади, тут… Тут… – Он внезапно развернулся, сделал пару шагов спиной, после чего так же внезапно остановился и бросил свою ношу на землю, растопырив руки: – Если сзади, то так…
– Эй! Больно же! Хоть предупреждай, что остановка!
Фыц тоже скинул полозья. Оттянул футболку у ворота: так и есть, ссадина!
– Ерунда, до нового дня заживет! – не счел нужным извиняться Ау. – Гляди, если говорить о задних пончиках, то моя Жиза, когда ходит, они у нее так… Дык-дык!
Ау расставил пальцы и показал, как именно. И продолжил:
– А твоя Пипетка, когда бегает, ее пончики так… Тиу-бимц! Тиу-бимц!
– Чего ты ее Пипеткой все время?
– Так она и сама не против!
Фыц сделал несколько взмахов руками, разминая плечи.
– Что касается глаз, у Жизы они круче, я считаю, – не унимался Ау. – Во-первых, ресницы…
– Так у нее же нарощенные, она на это аж два дня жизни угробила. День – открыть наращивание, и еще день на вечное окрашивание…
– Да я знаю, и что?
– Так ненатуральные же!
– Ай, какая разница? Главное – результат!
Фыц наклонился, свесив руки вниз, плетьми, чтобы размять спину.
– А вот нос, нос у Пипетки лучше! – вздохнул Аууарен. – Если бы, допустим, взять глаза Жизки и носяру Пипетки…
– Да хватит ее уже Пипеткой называть, ну! У человека, между прочим, нормальное имя есть!
– Ох, мальчик разозлился, я не могу! Пи-и-петка! Пи-и-петище! Будем драться?
– Я б тебя двинул, но в изол неохота…
Ау сощурился и готов уже был выдать следующую порцию дразнилок, но тут вдали на тропинке появилась фигура.
– Кто это?
– Жизка вроде.
– А чего по этой тропинке?
Да, это была Жизель. Неслась к Желтому Дому на всех парах.
– Эй, ты чего!
– Потом, потом! – Она пронеслась мимо, лихо перепрыгнув через преграждающие путь полозья.
– А лодка?
– Пото-о-о-ом!
Ау и Фыц проводили ее взглядом.
– Чего это с ней? – не понял Фыц.
– Думаю, задание выполнила, побежала за новым. Еще ж полудня нет. Наверное, хочет успеть.
Ау угадал. Жизель только что справилась с предыдущим заданием и бежала к себе, чтобы успеть зачесть день и попасть в Зал
Жиза ворвалась к себе в одиннадцать утра тридцать две минуты. Метнулась к компу Так. Быстрее, быстрее! Ну, включайся уже!
– Да-а-а!!! Есть!!!
Теперь быстро переодеться в официальное. И вниз. Бежать нельзя, но лифт на этаже, повезло. Только бы там было свободно, только бы… Главное – попасть внутрь до полудня. А сидеть потом, думать над конвертами можно хоть сутками. Говорят, как-то раз один фтопленник две недели не выходил, перед Залом тогда даже очередь скопилась. Две недели – может быть. Но вот чтобы очередь, это вряд ли, в это Жизель не верила. Все-таки не так уж часто фтопленники выполняют задания. Зал иногда месяцами пустует. Редко когда кому приходится ждать. Ой, а вдруг сегодня как раз…
Одиннадцать пятьдесят три. Зал свободен. Фух. Жиза пригладила ладонью волосы (зеленые дреды ей давно надоели, теперь у нее были мелкие малиновые кудряшки с белыми бусинками). Вошла.
На столе лежал один-единственный конверт, что было странно. Пятнадцатилеткам всегда – всегда! – предоставляют выбор.
Каждый раз, беря в руки новый конверт, Жизель волновалась, как в первый раз. Вот и сейчас ее привычно трясло.
Из одного-единственного конверта выпала одна-единственная маленькая бумажка с одним-единственным абсолютно тупым словом: «Влюбиться!»
– Что?! – удивилась Жиза. – В каком смысле? В кого? А как же Ау?
Она еще раз заглянула в конверт. Но нет, он был пуст, никаких подробностей, никаких подсказок. Делать было нечего. Пришлось убирать задание в конверт и возвращаться к себе, чтобы спрятать все это в ящик, подальше от посторонних глаз.
«Влюбиться. Как? В кого? Зачем? Но я же люблю Аууарена! Как я могу влюбиться еще в кого-нибудь?!» – в растерянности думала Жиза. Задание казалось ей невыполнимым.
Спрятав конверт в ящик и переодевшись, Жизель направилась к морю. Всю дорогу она думала о том, в кого бы ей влюбиться и почему ангелов не устраивает, что она уже влюблена в Ау. Может быть, у них другие планы на Ау? Может, во взрослой жизни им нельзя будет жить вместе? Но ведь в книжках сказано, что во взрослой жизни ты можешь жениться и выходить замуж за кого хочешь! Целовать кого хочешь. Детей рожать от кого хочешь. Жиза хотела от Ау. А тут такое задание…
Она шла к морю, наверное, целый час. Ей было совершенно непонятно, с чего надо начинать влюбляться. И что делать теперь с Аууареном Реном? Сможет ли она продолжать быть его девушкой, выполняя задание «по влюблению»?!
– О, Жизелька! – Пипа плескалась у самого берега и немедленно выскочила навстречу подруге. – Вернулась! Ты с такой скоростью утром мимо меня пронеслась…
По правде сказать, долго плескаться еще не хотелось, воздух и песок прогревались быстро, а вода, хоть и была уже достаточно прекрасной температуры, но еще не совсем дошла до кондиции. Пипа любила погорячее, прямо вот чтоб совсем тепло-тепло.