Уровень атаки

Огай Игорь

Павел покинул номер и быстро зашагал к лестнице. Два из четырех лифтов, выходящих на площадку, одновременно пришли в движение, и табло принялось резво отсчитывать этажи снизу вверх. Не слишком характерная картина для гостиницы в начале пятого утра. Павел прибавил шагу. Если параллельщики воспользовались лифтами, значит, «паузу» не включали. Везенье продолжалось — еще полминуты, и они взяли бы Павла тепленьким, «заморозив» его вместе со всем этажом.

Он толкнул дверь на лестницу и ринулся вниз. Кто бы ни руководил сегодня группой, пару бойцов

здесь он выставит обязательно. Если это будут инки — шансы прорваться есть, если же гипербореи или атланты… Об этом варианте Павел старался не думать — слишком много улик осталось в номере, чтобы надеяться на оправдание в трибунале Ассамблеи.

Навстречу тоже кто-то поднимался. Стремительная тень мелькала в просвете между периллами, поглощая пролет за пролетом. Павел вспомнил, как вот так же бесшумно взлетал на восьмой этаж другой московской высотки Чщахт, и похолодел. Сам он успел спуститься только на три этажа, когда встреча стала очевидной.

Павел на бегу всем телом ударился в дверь лестничной площадки, отпрыгнул к стене, обнажив оба ствола. И застыл, стараясь не дышать, — смарр вполне мог уловить движение воздуха сквозь закрытые створки.

Обе кабины лифта почти бесшумно пронеслись вверх. Плащ ящера на миг заслонил свет в дверном витраже… Мелькнул — и тут же вернулся вновь. Павел превратился в камень — оружие в его руках было совершенно бесполезно против такого врага. Здесь, при большом везении, скорее пригодился бы штык, который остался в… Впрочем убивать смарра при исполнении было равносильно подписанию себе смертного приговора — тут и трибунала никакого не надо.

Дверь скрипнула, открываясь. Ящер сделал два плавных шага, оказавшись на середине площадки. Черный зев его капюшона повернулся вправо почти на 180 ^о, потом влево… Не увидеть Павла он просто не мог. Долгих пять секунд тьма под плотной тканью вглядывалась в землянина, затем ящер молча развернулся и шагнул обратно в сторону лестницы.

Павел опустил оружие. Что это значило? Ему попался слепой смарр? Или этот ящер…

— Чщахт! — Павел рывком распахнул дверь и почти уперся носом в темный плащ.

— Молч-чи, ч-человек… — не оборачиваясь, ящер двумя плавными движениями преодолел лестничный пролет. — Ух-ходи быс-стро…

Предлагать дважды Павлу не понадобилось. Чщахт или другой ящер — не важно. Главное — отпустил, а угадывать их мысли ничуть не проще, чем опознавать смарров по голосам.

Добежав до второго этажа, Павел перешел на шаг и по широкой лестнице в холл спустился уже почти спокойно. Ввязываться в недоразумения с охраной отеля в его планы не входило, тем более что парочка секъюрити и так принялась щупать взглядами красноречиво оттопыренные бока его куртки.

Киоск сотовой связи у самого выхода на удивление работал. Видимо, телефонные услуги пользовались у постояльцев спросом в любое время суток. Зевающая продавщица читала книгу.

— Здравствуйте, мне нужен телефон, — без лишних слов Павел полез за бумажником.

— Какой? —

девушка подняла на него сонные глаза.

— Любой, — Павел кинул на стойку пять стодолларовых бумажек, — только побыстрее.

— Контракт?

— Нет, только аппарат.

— Понятно. Посмотрите, только вчера завезли новую модель… Почти как раз в вашу сумму… Если добавите еще двадцать пять долларов…

— Девушка, вы не поняли. Мне нужен любой телефон, готовый к работе.

— Конечно, я поняла… Вот посмотрите: аппарат со встроенной камерой. Память рассчитана на…

Сколько нужно мобильной группе, чтобы вернуться вниз? Обыск этажа под «паузой» займет от силы пару десятых долей секунды, значит, запас времени упирается в скорость лифтов.

Павел перегнулся через стойку.

— Дайте вот этот, — рядом с книгой, которую отложила продавщица, лежал в потрепанном чехле видавший виды «Сименс».

— Но… Это мой… Он без гарантии…

— Зато заряженный, — Павел взял аппарат и без лишних слов просочился сквозь стеклянные двери холла. Основная задача — покинуть зону действия «паузы» — была близка к положительному решению, а привычка парковать машину у самого края стоянки давала еще пару драгоценных секунд форы. Только вот…

В миг когда «Лендкрузер» приветливо мигнул сигнализацией, из известного всей фабрике микроавтобуса «Мерседес» на другой стороне улицы появилось трое деловитых парней.

— Павел Головин! — окликнул идущий первым, вынимая руку из-за пазухи. — Остановись!

Характерный акцент, футуристический силуэт лучемета… Слава богу — инки! Акар, похоже, настоял на усилении мобильной группы своими бойцами, но второй «паузы» не дал.

Не притормаживая, Павел изменил направление бега.

— Скорее! — крикнул он. — Наверху засада! Нужна помощь!..

— Что?! — сбить с толку старшего удалось лишь на мгновение, но и этого хватило с лихвой. — Головин, стой!..

Поднять ствол в боевое положение индеец уже не успевал. Павел использовал оружие только в качестве кастетов — лишний шум и новые обвинения были ни к чему. Старшему хватило попадания рукояткой «гюрзы» в лоб. Второй инка успел нажать кнопку, но луч опалил лишь каменную колонну крыльца за спиной землянина. Стрельба не позволила краснокожему позаботиться об обороне, и Павел нанес точный удар в солнечное сплетение. Третий учел ошибки товарищей и на бегу перехватил лучемет за ствол.

Булава — исконное оружие инков в рукопашном бою…

Павел вспомнил эту строчку из скудного наставления по боевым возможностям параллельщиков одновременно с началом атаки. Вовремя. Предплечье пронзило болью, когда оно приняло удар — кость спасло только то, что рукоятка лучемета была мягкой. Сходу выстроить новую линию боя оказалось невозможно — индеец танцевал вокруг Павла, словно под бубен шамана, гримасничая и потрясая оружием. Совершенно незнакомая техника. Одно неверное движение, и потерей сознания, пожалуй, не отделаешься, а отпущенное время форы стремительно таяло…